"Фантастика 2024-109". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Нет, моя девочка, я, наконец, говорю тебе правду, — дядя встал и подошел к самой кромке воды. — Я Воин Света, Мэй, как и твои родители. — Я промолчала, ожидая продолжения. — Ты ничего не знаешь об Ордене, мы не рассказывали тебе. Но теперь, когда в тебе появился Свет, пришло время рассказать и о Воинстве, и той силе, что наполняет тебя, и о том, что предшествовало твоему рождению. А так же разобраться, кто ты, и научить пользоваться этой силой.
— Чем эта сила может мне помешать учиться в академии? — спросила я о том, что больше всего меня волновало.
— Терпение, родная, терпение. Я обо всем тебе расскажу. — Дядюшка вернулся ко мне и сел напротив, взяв за руку. — Началась эта история несколько тысяч лет назад, когда Тьма восстала против других богов и людей…
Историю восстания Тьмы я слышала, но вот о том, что не Святители стали настоящими избавителями мира от гибели, узнавала впервые. Мне всегда рассказывали официальную историю. Я слушала дядюшку внимательно, рассказывать сказки он всегда умел. Только в этот раз не было веселых сказок, мне открывали вход в новую, неизвестную мне реальность. Воинство Света — Орден, основанный девятью магами, сумевшими подчинить себе силу чистого Света, и живущие по сей день. Отцы-основатели, так назвал их дядюшка. Верить в подобное было сложно, люди не живут тысячелетиями, тем более вечно. И все же, что-то внутри меня соглашалось с каждым словом лорда Бриннэйна.
— О Воинстве ходит много домыслов, единицы знают братьев в лицо. Это закрытый Орден, Мэй. Мы отказываемся от всего, вступая в него. И даже в семью возвращаемся, лишь когда научимся прятать свою новую суть. Слишком велика опасность гибели тех, кого мы любим. По сути, не тебя, не твоего брата не должно было родиться. Безбрачие и отсутствие привязанностей одни из основных вещей, от которых мы отказываемся, принося клятву. У нас не может быть детей, для этого даже не приходится прилагать никаких усилий. Нечто вроде блока ставится после подключения к потокам чистого Света.
— Почему? — спросила я.
— Все просто, счастье мое. Когда нечего терять, ты практически неуязвим. — Ответил дядя. — Тьма — не умертвие. Этот противник опасней всех созданий Оллаферских болот вместе взятых. Здесь невозможны ошибки. Каждый Воин щит для другого. И прежде, чем Рон и Айли смогли войти в храм, им пришлось пять лет доказывать, что они могут быть в Воинстве, что они не станут угрозой остальным. Более того, они и сейчас продолжают доказывать это. Если бы ты видела их в момент сражения, ты никогда не поверила бы, что они готовы жизнь отдать друг за друга. И если твоему отцу будет грозить опасность, мама побежит на помощь тому, кто нуждается в ней больше. Тоже самое с Ормондтом.
— Зачем им вообще понадобилось это Воинство, — недоумевая спросила я. — Они могли бы жить и без таких проблем.
— В том-то и дело, что не могли, — усмехнулся дядюшка.
— Расскажи, ты обещал, — я жадно посмотрела на него. Историю любви моих родителей всегда хотелось узнать.
Дядя немного помолчал, его взгляд устремился в морскую даль, и я поняла, что он сейчас где-то далеко отсюда. Ждать пришлось достаточно долго, даже покашляла привлекая его внимание. Дядюшка вздрогнул, повернулся ко мне и накрыл широкой теплой ладонью мою руку. Он начал рассказывать о том, что произошло двадцать шесть лет назад, рассказывал так, словное его самого это задевало за живое, словно он был не просто свидетелем, на глазах которого развивалась история любви. Поверить в то, что лицо моей красивой мамы было изуродовано страшными шрамами, оказалось сложней, чем в то, что основатели Воинства живут уже несколько тысяч лет. В глазах дяди мелькнула затаенная боль, будто это он сам пережил то, что переживала мама.
— Иди ко мне, малышка, — дядюшка потянул меня на себя, и я только заметила, что по щекам текут слезы.
Я прижалась к любимому дядюшке. Он вытирал мои слезы, гладил по волосам и продолжал рассказ. Это было похоже на сказку о том, как два Воина, лишенных силы и обездоленная сирота отправились в путешествие, полное опасностей, чтобы собрать части древнего артефакта, хранителем которого оказалась та самая сирота, моя мамочка. Дядя рассказал и про призрачный город Блиеру, и про драку со слирами, и про то, как мама смогла подружиться с последним огненным драконом, и он спас путников от Тьмы. И о том, как Воин и девушка полюбили друг друга так сильно, что она готова была отказаться от своей мечты, а он умереть ради возможности быть со своей возлюбленной. Как они смогли залечить раны в душах друг друга. Ощущение, что дядя сильно не договаривает, не отпускало. Но нарушать плавный ход истории и лезть с вопросами совсем не хотелось. Я только вздыхала и вглядывалась за горизонт, где мне открывались такие четкие картинки прошлого моих родителей. А потом дядя рассказал, про то испытание, которое пришли мама и папа, доказывая, что имеют право на жизнь и на счастье. А еще про странный ритуал, что провели отцы-основатели перед самой свадьбой родителей.
 
— Не знаю, что это был за ритуал, не знаю, чего магистры хотели добиться, но, когда родилась ты, они появились, осмотрели и пожелали Рону и Айли счастья. На их лицах было разочарование, словно они ждали чего-то иного. — Дядюшка вдруг застыл, вновь мечтательно уставившись за горизонт, его пальцы, скорей, машинально ворошили мои волосы. — Мэй, — прошептал он, — малюсенький человечек в кружевных пеленках. Это ощущение тепла в руках, стук крохотного сердечка, уморительное сопение… Такие маленькие пальчики, настоящая куколка. Когда мне дали тебя в руки впервые, я плакал, малышка, не мог удержаться. Это такое потрясающее чувство. — Голос дяди вдруг сорвался, и я обняла его, прижимаясь крепко-крепко. Он отвернул от меня лицо, но руки сжались вокруг меня с такой силой, что затрещали ребра. — Твой отец тоже не мог удержать слез, глядя на вопящее чудо, Бидди причитала. Наша суровая домовиха ждала этого чуда с тех пор, как ее обожаемый Ормочка вылез из коротких штанишек. Шэра пришлось вообще выгнать, он от избытка чувств чуть дом у озера не спалил. А Айли, когда посмотрела на нас, вздохнула и сказала: "Ну, все, избалуют мне ребенка". — Дядя негромко рассмеялся и звонко поцеловал меня в щеку.
— Я очень-очень люблю тебя, — сказала я, снова положив ему голову на плечо.
— И я тебя, счастье мое, до самых далеких звезд, — ответил дядя, и мы ненадолго замолчали.
Снова пришел дворецкий, за ним семенила кухарка и еще один слуга, он же конюший. Перед нами поставили низкий столик и накрыли его. Лично для меня принесли пирог с яблоками. Мне нравилось, как его готовит дядина кухарка, и она меня баловала в наши редкие визиты сюда. Я улыбнулась женщине, и она умиленно всплакнула, глядя на нашу с дядюшкой идиллию. Слуги поклонились и поспешили обратно к замку.
— Вовремя, — сказал лорд Алаис и потер руки.
Он наполнил наши тарелки, вдохнул аромат рыбы, запеченную на углях, и довольно улыбнулся.
— Все эти переживания так аппетит подогревают, — сказал он.
— Ага, — согласилась я и принялась за свой ужин. — А что с моим светом? Я тоже Воин Света и не могу влюбляться и замуж выходить?
Сказала и помрачнела. Эта мысль мне совершенно не понравилась. Несправедливо! И дядя, и мама с папой знали, на что шли, а я-то, выходит, жертва. Может, замуж я пока не собираюсь, но влюбиться-то не против. Да и вообще…
— Нет, малышка, — ответил дядя, отступая от своего правила "Никаких разговоров во время еды". — Ты не Воин Света, ты нечто совсем иное. Мы подключены к исходящим потокам. Даже магистры. Свет питает нас и наполняет силой через них. Если поток будет перекрыт, мы умираем. Не сразу, но очень быстро. Твоего подключения не было. Расскажи, как и когда ты обнаружила его.
Я густо покраснела. Сейчас я должна сознаться, что умолчала о своей новоявленной силе. Выходит, будто я не доверяю одному из самым близких мне людей. Мне было не то, что стыдно, я готова была провалиться сквозь землю.
— Мэй, хватит кокетничать, — усмехнулся дядюшка. — Я не обижен. Сам виноват, стал уделять тебе меньше времени, и у тебя появились секреты. Рассказывай уже.