Невеста по договору
В этот момент принесли заказ. Разговор, без сомнения, был важный, но есть мне тоже очень хотелось, и я пододвинула к себе тарелку с салатом.
– Когда Никифоров сказал, что я переписываюсь с его дочерью, скажите честно, вы поверили? – некоторое время я соображала, кто такой Никифоров, а потом подумала: неужели для Максима важно, поверила я или нет? Если честно, то сразу и безоговорочно.
– Ну да, поверила, – я ответила честно, как он просил, не стала увиливать, и мне показалось, что Максим улыбнулся.
– Я сам даже почти поверил, – теперь он нахмурился, продолжать разговор про ту девушку ему явно не хотелось. – Кстати, у Никифорова три агентства недвижимости “Районы”, возможно, где-то в документах вам попадалось? – я пожала плечами. – У него взгляд ядовитый, как серная кислота, – я вспомнила фильм ужасов, там у мужика глаза дымились, когда он превращался в чудовище, и именно эта сцена была перед глазами. Там, на лестнице, все неприятные чувства, связанные с этим фильмом, я испытала снова. После того, как Никифоров посмотрел на меня, я даже пьяную мать вспомнила. Пьяное чудовище… “Ха-ха” три раза, всё, как Блок завещал.
– Валерия? С вами всё в порядке? – я вздрогнула, прогоняя из памяти страшные видения. Сильно я что-то впечатлилась. – Вы первая, кто заметила его нездоровый взгляд, – он смотрел, как будто ждал чего-то от меня, а я не знала, что мне делать. В одну минуту мой мир перевернулся, уже совсем по-другому я начинала воспринимать Максима, но всё же сопротивлялась. – Сейчас у нас нет достаточно времени, чтобы я мог рассказать вам побольше, обеденный перерыв заканчивается, – он вытащил телефон и показал часы, затем приложил смартфон к терминалу у подошедшего официанта.
– Так или иначе, нам с вами придётся поговорить, – сомнения во мне росли с каждой минутой, поэтому я предпочитала отмалчиваться. – И, если честно, то мне очень нужна ваша помощь! – “Ладно”, – подумала я. Что ж, послушаю, уши мои не отвалятся. Надеюсь.
– Хорошо, встретимся после работы, – сказала я вслух.
С обеда мы немного припозднились, Максим заходил ко мне за оставленными документами. Я больше чем уверена, Калугина выскочила из своего кабинета, чтобы пропесочить мне мозги по поводу опоздания. Лицо её мигом преобразилось, когда она столкнулась с Шиловым-младшим.
– Это я Валерию задержал, мы вместе обедали, – кстати, я ему не жаловалась на Евгению, даже не намекала, но его авторитет смогла оценить тут же. Как бы к нему не относились, но считаться всем приходилось.
– Ничего страшного, – и моя начальница расплылась в улыбке. Куда же делась эта надменная фурия, которую не интересовали причины моего опоздания? Да и пятничная её благосклонность не исключено, что дело рук Максима… Но это лишь мои догадки.
Я отдала папку с документами и села за стол.
– Значит мы договорились, в пять я зайду? – Калугина ещё не успела закрыть дверь в свой кабинет и слышала всё прекрасно.
– Да, до вечера, – подтвердила я вслух нашу договорённость.
Никакая работа мне и близко в голову не шла. Ещё в пятницу я была практически уверена, что Максим ко мне больше близко не подойдёт. Тёте Маше я тоже про инцидент ничего рассказывать не стала. Она итак за меня обрадовалась, что с работой всё получилось.
– Жалко, что Коля не дожил, он был бы просто счастлив, – тётя Маша смотрела на меня со слезами радости. – Твой дядя очень тебя любил и каждую минуту, наверное, переживал после смерти Андрея, – сердце у меня сжалось, когда она напомнила об отце, а вот папиного старшего брата я почти не помнила. Когда мы виделись, я маленькая была очень маленькая.
– Ты очень на Андрея похожа, мне Коля про него так много рассказывал, – продолжила тётя Маша грустную тему. – Поэтому мне с тобой легко находить общий язык, ты такая же, как Коля с Андреем, – она положила свою руку на мою.
Мы проговорили почти до ночи, до фильма дело так и не дошло, решили в выходные посмотреть.
А фильм мы с ней так и не посмотрели, потому что назавтра в субботу, позвонила её старшая сестра сказала, что заболела и тётя Маша уехала к ней. Нужно было до приезда дочери, побыть с Галиной.
Все выходные я слонялась по квартире, не зная куда себя деть и чем заняться. Несколько раз звонила тёте Маше, спрашивала, не нужна ли моя помощь? Она сказала, что мне вредно смотреть на больных старух и что не такая уж тётя Галя больная, но оставлять её нельзя, а то мало ли что может случиться.
Звук открывающейся двери вернул меня в реальность. Евгения, одарив меня укоризненным взглядом, куда-то вышла. Я поняла, что она ненадолго, сумки при ней не было.
Калугина вернулась минут через пятнадцать, я делала вид, что усердно работаю.
– Валерия, ты будь поосторожнее с сильнейшими мира сего, – она остановилась напротив меня, а я очень надеялась, что это мимоходные нотации. – Если они попадают в неприятную историю, виноватыми оставляют простых смертных, – Евгения продолжала стоять, а я не понимала, чего она от меня ждёт.
– Спасибо вам за участие, – ответила я первое, что в голову взбрело, лишь бы поскорее от неё избавиться.
– Я не смогу тебя защитить от Шилова, они тут с отцом закон, – как бы не наоборот, это Максим меня от тебя защищал, подумала я.
– Я поняла, – если Калугина продолжит этот душещипательный разговор, то я как юрист, буду обязана её предупредить, всё что она скажет, может и будет использовано против неё. Я не знала, что ещё буду отвечать, но Евгения сжалилась и ушла, а я выдохнула.
Даже тётя Маша, никогда не разговаривала со мной в таком тоне, хотя имела полное право.
Потом хотела Максима по полочкам разложить. Сошлась на том, что девушек у него целая куча, а я просто на глаза попалась. И после моего истерического отказа, Шилов начнёт шарахаться от меня, такой вариант подходил лучше других, в моих умозаключениях. Я даже настроилась, что всё так и будет, пока Максим сегодня утром не появился у нас в кабинете.
Он зашёл за мной ровно в пять, как и пообещал. Максим не пытался даже завести какой-нибудь разговор, чтобы развлечь меня, за что я ему была благодарна.
– Куда пойдём? – спросил он, когда мы вышли на улицу.
– Возле стоянки есть красивый парк, можно там прогуляться и поговорить, – предложила я, мы с тётей Машей раньше часто так гуляли или сидели на скамейке под деревьями.
– Вы ещё не проголодались? – было такое чувство, что его напугало слово “прогуляться”, мне так показалось.
– Купим мороженное и до дома вполне выживу, – Максим заулыбался и согласно кивнул головой. Проблема с “поесть” была решена.
***
– Вячеслав Юрьевич мне с детства не нравится, только пацаном я не понимал, почему, а сейчас понимаю, но доказать ничего не могу, – я слушала его очень внимательно, стараясь вникать в суть дела. – У него есть дочь Ника, моя ровесница. Никифоров, когда узнал, что отец меня в Канаду собирается отправить учиться, начал дочку тоже туда снаряжать, – я представила: Канада – это же очень круто! Максим остановился купить мороженное, а я зависла. – Лера, вам какое взять? – спросил он.
– Фисташковое, – его я могла есть до бесконечности. – И что же с учёбой в Канаде? – мне было очень интересно.
– Перед самым отъездом, я с другом Гошей сбежал в Москву, оставив записку родителям, – я даже остановилась от такого неожиданного поворота, он пожал плечами, заметив мою реакцию. – Всё сами за меня решили, жизнь мою расписали, как по нотам, – объяснял Максим свой поступок. – Я сам поступил в университет, нашёл работу, созванивался с родителями, два раза даже приезжал, – получается, он не пользовался отцовскими деньгами… Я даже такое ни разу не предположила. – Меня периодически повышали в компании, где я работал, а отец без конца звал меня вернуться, – мы шли по парку очень медленно, Максим рассказывал монотонно без эмоций, ему явно не доставлял удовольствия рассказ “о себе любимом”. Как же так, я была уверена, что он с отцовскими деньгами всегда жил беззаботно, и сама ни на что не обращала внимания… Удивительно.