Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

Наши преследователи раздались в стороны, усложнив мне задачу. Собственно, за нами уже никто не ехал. Теперь бандиты заняли фланги. Их стало значительно меньше, но было всё ещё много. И у них хватало вооружения и боеприпасов.
Я снова сбросил скорость, и мы оказались перед грузовиками. На них имелась артиллерия, и с ней следовало разобраться. Скастовав алую сеть, я набросил её на тот, что ехал первым. Машина на ходу развалилась на части, вспыхнул огонь, повалил дым, а затем начали рваться снаряды. Три других грузовика обогнули подбитый и принялись обстреливать нас. Попали, правда, всего трижды. Магическое поле выдержало, но я тратил Живу, а пополнить её возможности не было. Выругавшись, я крутанул руль, и броневик развернулся. Втопив педаль газа, я помчался навстречу одному из грузовиков. Обшитый листами железа и снабжённый чем-то вроде паровозного скотосбрасывателя, он шёл на таран. Но я не собирался тягаться с заведомо более тяжёлым соперником. В последний миг ушёл влево, пронёсся мимо грузовика, развернулся и оказался у него в хвосте.
— Огонь по колёсам!
Задние покрышки лопнули через полминуты, но после этого бандитам удалось развернуть пушку к нам. Ну, нет, не выйдет!
Прибавив газу, я оказался справа от машины и скастовал Алого Рыцаря. Он появился на крыше «Бастиона», ловко перепрыгнул на грузовик и заработал огромным мечом. Я же вырвался вперёд и, поравнявшись с кабиной, создал Демонический кулак, которым хорошенько влепил прямо в защищённую решётками лобовуху!
Грузовик вильнул вправо, поднимая волну песка, затем накренился, но устоял. Водителю даже удалось выровнять машину, но в этот миг на крышу кабины запрыгнул Рыцарь. Перехватив меч остриём вниз, он вогнал его в металл, разрезав того, кто сидел за баранкой, пополам.
Наконец, грузовик потерял управление. Я свернул технику Рыцаря, чтобы не тратить энергию. Эта тачка была обречена. Крутанув руль, я направил броневик к следующему грузовику.
  
Глава 29
 
По броне щёлкали пули и, кажется, несколько даже попали по колёсам, но их было недостаточно много, чтобы ущерб не стал роковым. Я скастовал алую сеть и накинул её на кузов, разрезая пушку и расчёт, а затем создал Бера. Медведь окатил машину кислотным пламенем, перепрыгнул на кабину и заработал когтями. Ему понадобилось минуты три, чтобы распотрошить её, добраться до водителя, а затем взяться за мотор. К этому моменту грузовик был уже полностью выведен из строя, и мы погнали к последнему. Несколько байкеров сбавили скорость, чтобы поравняться с нами, но Падшие обстреляли их из пулемётов, и ездоки остались в тучах песка далеко позади.
Водитель грузовика попытался оторваться от нас, но шансов у него не было, и вскоре алые нити обрушились на кабину, разрезая её вместе с ним на куски.
Я втопил газ, и «Бастион» помчался вперёд, настигая один из пикапов. Их него пальнули гранатой, которая взорвалась, врезавшись в магическое поле. Я ударил пикап бампером, и он завилял. Пулемёты буквально изрешетили его, и мы проскочили дальше.
И тут я заметил, что впереди мелькнула молния. Звёзды исчезли с небосклона: над нами поднималась непроглядная туча. Скоро и луна пропала, а затем вместе с очередным ударом грома ливанул дождь!
Мародёры начали отставать. От них осталось меньше половины. Когда перед нами мелькнула пара мотоциклов, я врубил огнемёт, и байкеры превратились в живые факелы. Вода не могла потушить их, ведь на них попала горючая смесь. Я видел в зеркало, как ездоки остановились и бросились на песок, чтобы сбить пламя.
Марта провела подсчёты. Мы потеряли ещё два внедорожника и один броневик. А затем схватила бинокль и уставилась вдаль.
— У аль-гулей по-прежнему две тачки! — объявила она. — Тех, кто их преследовал, не видно.
— Мы проезжаем мимо них, — отозвался я.
И правда, на песке валялись мотоциклы, тела и разрубленные на части автомобили. Группе, пустившейся за похитителями, не повезло.
Гроза усиливалась. Со всех сторон хлестала вода. Видимость была практически нулевая, так как дворники не справлялись с обрушившимися на стекло потоками. Дождь барабанил по крыше, пропитывал песок, который налипал на колёса, но благодаря ему поверхность становилась плотнее, и нам удалось прибавить в скорости.
 
А спустя примерно час пустыня начала уступать место степи, поросшей низкой жёсткой травой. Гроза постепенно стихала, дождь ослабел, и стало видно, что мы приближаемся к торчащим из земли скалам. Они походили на скрюченные пальцы великана, и между ними сверкали толстые ветвистые молнии.
Впереди вдруг возник в свете фар здоровенный камень, и я едва успел вывернуть руль, чтобы не влепиться в него на полном ходу. Броневик занесло, и мы едва не перевернулись. Дальше такие препятствия стали появляться всё чаще. Приходилось не отрывать глаз от дороги. Я старался даже не моргать. А затем один из «Бастионов» всё-таки врезался в камень и остался позади. Другой остановился, чтобы подобрать его пассажиров — тех, кто уцелел — и канистры с бензином.
Появились тонкие, кривые, чахлые деревья. Пару из них я просто снёс.
Скалы становились всё ближе. Вскоре мы въехали в просвет между ними, и стало совсем темно. Свет фар резал мрак, который нарушали только голубые всполохи молний. Одна ударила в нескольких метрах от нас. Затем откуда-то показалось огромное бесформенное существо. Оно ринулось на нас, прыгнуло и упало прямо на капот. Заскрежетали когти. По монстру ударили пулемёты, но спустя несколько минут стихли.
— Мы лишились оружий! — воскликнули спустившиеся в салон броневика Падшие. — У нас больше нет пулемётов. А ракетница заблокирована его тушей. И, скорее всего, повреждена.
Выругавшись, я скастовал на крыше Бера. Раздались звуки возни, низкое рычание, а затем иссечённая когтями и обожжённая кислотой туша свалилась влево и осталась в темноте.
— Проверьте ракетницу, — велел я.
Спустя пару минут Аглая доложила, что установка безнадёжно скособочена и не может двигаться.
И тут мы преодолели скалы и выскочили на равнину, поросшую кустами и одиноко стоящими деревцами. Словно из гигантских ворот выехали.
— Река! — крикнула Марта, глядя в бинокль. — Это точно она!
— С чего ты взяла? — спросил я.
— Я вижу мост! И аль-гулей! Они как раз заезжают по нему! Может, выпустить дронов, чтобы разрушили перед ними…
— В такую погоду? — перебил я. — Мы просто потеряем их.
Мы гнали минут десять, а затем Марта снова подала голос:
— Эти твари остановились… Что-то делают… О, чёрт!
— В чём дело? — спросила Аглая.
— Они установили мины! Отъезжают…
В темноте полыхнуло, а через несколько секунд до нас докатился грохот взрыва.
— Мост обрушен! — воскликнула Марта.
— Я удивлена, что он вообще до сих пор сохранился… — пробормотала Аглая. — Что будем делать, Ваше Сиятельство?
— Доберёмся до берега, а там посмотрим, что за река. Может, есть брод. Или другой мост.
Девушки не ответили. И я понимал, почему: оба варианта были маловероятны. Мысленно проклиная аль-гулей, я продолжал гнать броневик, пока мы не оказались возле моста. И тут, к всеобщему облегчению, оказалось, что русло реки давно пересохло и представляло собой растрескавшуюся равнину! Падшие не смогли сдержать ликования.
Свернув налево, я повёл машину вниз по раскисшему склону. Колёса скользили, и пару раз мы проехали по грязи, словно на салазках, но затем добрались до дна, прокатились метров десять и оказались на твёрдой поверхности. Остальные машины последовали за нами. И вот мы уже гнали по месту, которое когда-то занимала река. Впереди мелькнула полуразвалившаяся баржа. Свет фар вспугнул каких-то мелких хищников, бросившихся врассыпную и быстро пропавших из виду. Обогнув судно, мы достигли середины реки и помчались дальше, иногда скользя и сбрасывая скорость: дождь размыл засохший ил, и порой попадались целые полосы жидкой грязи. И тут мне в голову пришла идея. Свернув вправо, я через некоторое время въехал под мост. Ту часть, которая не была обрушена, и по которой катили аль-гули. Здесь было посуше, и мы смогли увеличить скорость.