"Непрофильный" факультет (СИ)

Словно почувствовав, что дочь взяла доску в руки, кто-то из родителей девушки, судя по почерку, мама, написал короткое: «Как ты?». Вооружившись мелком, Ильда прямо в этой же строчке как можно мельче вывела свое послание.
Лия с любопытством заглянула ей через плечо: о досках ей прежде приходилось только слышать. Написанная Иль строчка чуть заметно замерцала и буквально впечаталась в дерево.
— И как быстро оно появится на второй?
— Вблизи почти сразу. А на таком расстоянии минут через пять-десять, наверное, так папа говорил. Они проверяли, когда он по распределению в наш город уехал, а мама ещё в академии была. Целители же дольше учатся.
— И как они это проверяли? В смысле как это на таком расстоянии проверишь?
— По часам, — улыбнулась дочь магов. — Он говорил, лучше по главным городским, их чаще сверяют со столицей.
— То есть они просто оба написали, сколько у них времени, что ли?
— Ну да. Правда, такими бессмысленными штучками они уже за неделю доски исписали, и пришлось папе свою маме пересылать с дилижансом.
Ей для подобного не хватило бы смелости, хотя отец и предлагал. Остановил его аргумент мамы, что очистка досок удовольствие не дешевое, особенно в их глуши. В столице, конечно, подешевле, но это если места и нужных артефакторов знать. Видимо, места это были такие, куда юной девушке одной лучше не ходить, потому что объяснять алхимик отказался наотрез. К тому же, трат у Иль и так ожидалось немало. Тот же артефакт тишины тоже стоил немалых денег. Артефакты вообще были дорогим удовольствием, в основном из-за требуемых для их изготовления материалов и ингредиентов.
— Звучит весьма романтично, — признала Розалия.
Ильде, мысли которой были уже далеко, потребовалась пара секунд, чтобы понять о чём она. Что на это сказать менталистка не знала, так что поделилась ещё одним фактом о переписке родителей:
— Потом он додумался до лупы и тонкого мелка. Но мама возмутилась и сказала, чтобы он не портил зрение. Всегда же можно послать обычное письмо. Доски это на крайний случай.
Уже через пару часов, когда они легли, стало понятно, что амулет, а скорее даже артефакт, всё же потребуется: силы их заклятий не хватало даже совместно. Более того, стоило им кое-как уснуть, как заклятья слетели.
— Давай по очереди, — вздохнула Иль, вновь вешая заклятье против шума. — Спи первая. Я разбужу, как пойму, что больше не могу держать.
Спорить сонная Розалия и не подумала. Только пробурчала себе в подушку:
— Ты только не засни случайно.
Но менталистка услышала и ответила:
— Постараюсь.
Убедившись, что соседка заснула, она зажгла слабый огонек и открыла книгу, которую читала перед сном. Ничего стоящего, всего лишь дешевый роман для девушек с неплохой детективной линией.
Когда глаза стали совсем уж слипаться, Иль закрыла роман о приключениях юной графини и выбралась из своего «гнезда». Чтобы встать с матраса, пришлось сначала сползти коленями на пол. Половицы безбожно скрипели, но Лия, видимо, слишком устала для того, чтобы проснуться от этих противных звуков.
В коридоре на неё обрушился гомон весело болтающих где-то по соседству некромантов, звуки плохо настроенной гитары, фальшивые подвывания… Причем с разных сторон. Что странно, друг другу разные компании не мешали. Хотя, если они использовали амулеты, глушащие посторонние звуки, но не отсекающие их собственные…
В конце коридора около женской уборной ей встретилась такая же несчастная как она сама девушка, притулившаяся на подоконнике с сигаретой.
— Тоже не дают поспать? — предположила она, выдыхая разноцветный дым. Черноволосая, с забранными в косу волосами, в мужского покроя одежде выглядела она типичной такой некроманткой.
— Вроде того. Мы с соседкой решили спать по очереди, — поделилась Ильда. — Так что я держу противошумовое и пытаюсь не заснуть, а то слетает.
— Это правильно. А у меня соседки нет ещё. Я — Кос. Из семьдесят восьмой комнаты.
— Иль, из шестьдесят шестой, — присаживаясь на подоконник рядом, представилась менталистка.
 
— Хочешь? — новая знакомая протянула ей ещё одну сигарету.
— Нет, спасибо.
— Ну и правильно. Та ещё зараза. Как подсела во время экзаменов, так отвыкнуть не могу.
— Мне после них худеть пришлось, — призналась Иль. То, что она имеет в виду экзамены, а не сигареты, её собеседница прекрасно поняла.
— А я вообще почти не ела. Мама насильно кормила. На сколько сдала?
— Двести семнадцать. А ты?
— Двести пятнадцать, — поразила её некромантка. — Накосячила во втором блоке, а потом времени не хватило проверить.
— И тебе? Наша учительница весь год нам твердила, чтобы мы не тормозили на лёгких вопросах и не искали подвоха где не надо, но одно дело тренировочные варианты, другое реальный.
Кос согласно закивала. Дальше разговор свернул на конкретные задания, кому что в них досталось, возможные ошибки… Общих тем обнаружилось неожиданно много. Девушки оказались похожи. Обе из провинции, обе из магических семей, закончившие со сходными баллами и ещё не научившиеся толком ориентироваться в столице. Каким-то невероятным образом дошло и до демонстрации заклинаний.
Проходившая мимо старшекурсница посмотрела на них как на идиоток, но ничего не сказала. Зато заставила Иль опомниться:
— Мое заклятье там, наверное, уже совсем выдохлось! Надо сходить проверить хоть.
— Не будешь соседку будить?
— Да мне что-то спать уже расхотелось.
— Значит, составишь мне компанию? — обрадовалась Кос. — Можно ко мне в комнату пойти.
— Давай. Только сначала заклятье проверим.
— Идём, — некромантка первой соскочила с подоконника.
Но оказалось, что заклятье держалось. Подпитав его, Иль прикрыла дверь и последовала за новой знакомой. Комната той оказалась этажом выше. И по дороге туда они миновали как минимум две развесёлые компании.
— Я знала, что в общаге тишина — редкий гость, но не думала, что настолько, — покачала головой Иль.
— Аналогично.
В комнате Кос было на порядок приличнее, чем у них: и кровати собраны, и стол стоит, и даже гардина над окном имеется.
— Похоже, комендантша нам всё-таки отомстила, — прокомментировала это менталистка. И в ответ на логичный вопрос некромантки рассказала историю их заселения.
— А чего вы так поздно к ней пришли?
Пришлось сознаваться, что вовсе не некромантка и рассказывать историю своих мытарств. К новости об её специальности Кос отнеслась спокойно, а над поисками проректора посмеялась.
— Вам стоило спросить у секретарши, как его отличить. Тогда было бы проще.
— Думаешь, сказала бы? — засомневалась невольная студентка МАН.
— Ну, мне сказала.
— Ты-то не пыталась у него документы забрать.
— Ты хочешь сказать, она из-за документов вас побегать решила заставить?
— А из-за чего ещё?
— Ну, так-то да.
Помолчали. Наконец Иль набралась храбрости:
— А почему ты так спокойно отнеслась к тому, что я — менталистка?
— У меня некромант — только папа, — призналась девушка, помедлив. — Мамуля — целитель, как и у тебя. И старший брат по её стопам пошел, как его папа на кладбища не таскал.
— Серьёзно? Разве некроманты на целителей вообще смотрят в этом плане⁈
— Когда у них в лазарете пару месяцев поваляются, вполне так смотрят, — заверила некромантка. — Да и вообще смотрят. Просто признавать свои чувства не любят. Это же моветон в целителя влюбиться! Некроманты вообще не такие, какими их простые люди, да и другие маги рисуют. Общалась я с папочкиными приятелями. Маги как маги. И тётка моя с его стороны от мамы по характеру недалеко ушла. Сила ведь не полярна, специальность — это просто профессия. И как любая другая профессия она отпечаток, безусловно, накладывает, но не более. И тут ещё от конкретной специализации многое зависит: боевики они что некроманты, что стихийники такие… боевики. Я потому прикладную некромантию и выбрала. Тихо, спокойно, не надо носиться по болотам на границе с Лесами… Сидишь себе в городе, да делами ритуальными занимаешься. Для девушки самое оно. А ты почему именно на ментальную магию решила?