Алмазы для Золушки
Они ужинали в ресторане «Жюль Верн» на втором ярусе Эйфелевой башни. Антикварная мебель, огромные окна от пола до потолка, наклонные решетчатые конструкции за ними и огни раскинувшегося в ста двадцати пяти метрах внизу огромного города – все это соответствовало фантастическим мирам великого писателя… Уже был съеден омар, фаршированный креветками, и они перешли к десерту – пирожным под шампанское «Мумм». Зал был почти полон: в основном, солидные пары средних лет или небольшие – по три-четыре человека, компании. Японцы, немцы, несколько англичан – французов почти не было, во всяком случае, в глаза они не бросались.
– О, к чудесам я всегда готова! – тут же откликнулась Кира. Она пребывала в прекрасном настроении – наверное, этому способствовали две рюмки десятилетней граппы цвета раскаленного закатного солнца или сыграли свою роль несколько бокалов какого-то крутейшего Шардоне, а может, она была просто рада видеть давнюю знакомую, круто изменившую ее жизнь. Когда Диана позвонила, имитируя удивление открытия: «Привет! Оказывается, ты в Париже! Давай встретимся?» – первым чувством была радость и желание этой встречи! Как будто объявилась давняя задушевная подруга, внезапно уехавшая и забывшая оставить адрес… Подруга, открывшая для нее новый мир – огромный, сверкающий и переливающийся яркими красками…
– И если сюда причалит придуманный Жюлем Верном летающий корабль, я не задумываясь, перейду к нему на борт! – с подъемом продолжила она.
– Подожди, подожди, – Диана замахала руками. – Он же придумал подводную лодку. Эту, как его… «Наутилус»… Тут даже есть такой салат…
– Не только. И несколько летающих машин тоже. Кстати, я летала на одной, причем не придуманной, а настоящей. «Звезда Африки» называется. Знаешь?
Диана, конечно же, знала, но изобразила удивление.
– Что это еще за чудо?
– Дирижабль. Очень современный и комфортабельный. Принадлежит какой-то шишке из корпорации «Алмазы Борсханы»! – Кира допила свой бокал шампанского. – Джелани Афолаби – слышала? Он меня и пригласил на воздушную прогулку, потом на обед у себя на вилле!
Диана едва заметно улыбнулась.
– Слышала. А с чего вдруг он тебя везде приглашает?
Кира бросила на спутницу лукавый взгляд.
– Не знаю, – тут же тряхнула головой и улыбнулась. – Наверное, понравилась. Даже не «наверное», а точно – женщина ведь чувствует подобные вещи, правда?
– Чувствует! – согласилась Диана Сорель, отмечая, что полковник Кассе и майор Фуке были правы – объект вербовки привязывается к своему куратору: вон как непосредственно ведет себя серая мышка с картонажной фабрики, как она расположена к ней, как раскована и откровенна! И это совершенно искренне, хотя они были знакомы всего несколько недель, а не виделись почти год… Правда, она выпустила Киру из тусклого и безнадежного существования в пропыленной комнатушке в настоящую жизнь – красивую и обеспеченную! Конечно, так бывает далеко не всегда: оперативные задания редко предусматривают облагодетельствование объекта. Крайне редко. В практике капитана Сорель это был единственный случай. Как правило, бывает наоборот…
«Сьюзен» недавно вывели из разработки опасного международного террориста, которого она влюбила в себя и заманила на «медовую неделю» в Трувиль, где его арестовали, судили и дали пожизненное… Естественно, после столь жесткого финала он вряд ли сохранил к ней нежные чувства и так душевно посидеть в ресторане им бы уже не удалось… Наоборот, неизвестно, сколько бы она прожила после встречи с бывшим возлюбленным или его друзьями: недаром в ее сумочке надолго обосновался нестареющий «Walter PPK» – изящный, безотказный, с точным и резким боем… Но с Кирой совсем другая истории…
Диана усмехнулась.
– Однако, ты, подруга, поднабралась опыта! Но не раскатывай губы – у него гаремы красавиц со всего мира… Может, ему от тебя было что-нибудь надо?
Официант бесшумно приблизился и наполнил опустошенные бокалы. Метрдотель тем временем встретил и провожал к столику с табличкой «Rezerv» четверых арабов в дорогих европейских костюмах. Диана невольно покосилась, срисовывая лица, и на всякий случай сдвинула стул, чтобы сидеть к ним не спиной, а вполоборота.
Кира многозначительно улыбалась.
– Было надо, но… Но, но, но… Но дело не только в этом! Впрочем, что мы все обо мне… Как твои дела?
– Да в общем нормально…
– Но, наверное, не так «нормально», как бы хотелось?
– Почему ты так решила?
– Ты менее оптимистична, чем обычно, более насторожена, не выпускаешь из рук сумочку… Не удивлюсь, если в ней окажется пистолет!
Диана принужденно изобразила ответную улыбку.
– У тебя разыгралась фантазия! Кроме контрацептивов, ключей и пары карточек там ничего нет. Правда, на счетах приличная сумма…
– Наверное, зарплата с премией? Кстати, где ты сейчас работаешь? – очень естественно поинтересовалась Кира. Непосредственность очень важна при разведопросе, который должен выглядеть как обычная застольная беседа. Для этого надо естественно «подводить» собеседника к интересующим тебя вопросам. Кире это удавалось не всегда, но сейчас получилось хорошо.
Они беседовали по-русски. Диана отправила в рот кусочек пирожного, запила шампанским, вздохнула.
– Пока в Министерстве иностранных дел. Жду назначения в какую-нибудь приличную страну. Но не исключено, что пошлют в Африку…
Женщины переглянулись. В глазах обеих на миг будто отдернулись глухие шторки и промелькнули тщательно скрываемые чувства. Они не раскрывали карты, но Кира прекрасно понимала, кто сидит напротив, ведь именно Диана непосредственно начала и успешно провела операцию, в результате которой она оказалась в Париже. Диана тоже знала, что ее профессия не секрет для Киры, и в свою очередь пыталась заглянуть ей в душу, поймать на косвенной информации, знаниях, не входящих в компетенцию, на неосмотрительных проговорках, в конце концов, установив ее причастность к русской разведке и грандиозной афере с алмазным месторождением… Но обе предпочитали обходить молчанием грубую шпионскую подоплёку красивой сказки. Да, мир груб, примитивен, коварен, нежные цветы успеха произрастают в почве, о составе которой лучше не вспоминать, и быть просто подругами. Насколько это, конечно, возможно…
– Так может, познакомить тебя с Афолаби? – предложила Кира. – Он может существенно облегчить тебе жизнь в Африке.
– Он может меня трахнуть, и на этом, скорей всего, наше общение закончится, – махнула рукой Диана. – А ты, судя по всему, серьезно его зацепила. Вот и не выпускай из рук – вначале держи мягко и нежно, потом постепенно показывай коготки…
– Но я ведь замужем! И Жак меня вполне устраивает!
– Это все равно, что сравнивать ваши «Жигули» и «Роллс-Ройс»!
– Я всю жизнь вообще ездила на общественном транспорте, – подмигнула Кира. – И только когда от меня получили то, чего ждали, удалось пересесть на автомобили.
Диана понимающе кивнула.
– В газетах писали про какую-то карту и про то, что ты наследница доли в алмазном месторождении… Значит, ты нашла отцово наследство – и вуаля: тыквы превратились в кареты, а мыши в гнедых коней?
– Ну, как-то так.
– Расскажи подробней. Мне жутко интересно, – Диана очень естественно изображала интерес. Кира не могла понять: зачем? Ей ведь дали прочесть личное дело… Или это тоже тактика разведопроса? Впрочем, «или» здесь не причем…
– Вспоминала, думала об этом, проходила сеансы гипноза… И в голове вдруг сложились части ребуса, как картонки пазлов. Щёлк – я вспомнила рассказ отца, что туземцы в Африке используют могилы в качестве тайников. Щёлк – поняла, где он должен был спрятать такую ценность, как алмазная карта…
Диана потянулась к ней бокалом, они чокнулись.
– За твои пазлы. А потом?
– Потом я на кладбище перед развороченным памятником, у меня в руках карта. И я позвонила Жаку – у нас была договоренность, – сказала, что согласна выйти за него замуж… Условная фраза: ведь по легенде, он сделал мне предложение… И конечно, счастливый жених на крыльях любви прилетел в Тиходонск, начались предсвадебные хлопоты, получение визы и все такое… А закончилось все настоящей свадьбой. Правда, не знаю, насколько она настоящая…