Цена свободы – любовь (СИ)

– Я не боюсь. Я хочу, чтобы вернулась она! – Проговорил ту правду, которую даже от себя за семью печатями спрятать хотел. – Понимаешь?! Я хочу, чтобы вернулась она!
Саша с места подскочил так, что стул опрокинулся. Илья тоже поднялся и внушительно на друга глянул.
– Не кричи, напугаешь всех.
– Прости. – Саша отчаянно головой покачал. – Прости… Я не могу, не могу больше… Я дом купил, Илюх. Новый, огромный просто. Обставил его, прислугу нанял, а переехать с концами не решаюсь. Всё боюсь, что она появится и не сможет меня найти…
– А вот это уже клиника, командир. Нужно просто эту ситуацию отпустить.
– Да, да, такое нелюбимое Алией слово «смирение». – Поддакнул Саша, отчаянно кивая головой. – Так вот, я его тоже ненавижу! Я уже давно её не ищу, я не вспоминаю её даже, но расстаться не могу, не получается!
– Тебе нужно обзавестись семьёй. Жена, дети… Это всё отнимает очень много времени и внимания. И вспоминать о своих ошибках молодости ты будешь всё реже. Пусть ты не сможешь полюбить её так же. Ту, другую. Но ты будешь ей благодарен за то, что она для тебя делает. Семья – это не всегда огонь. Иногда семья – это взаимопонимание. Я знаю, что говорю. Сам был женат трижды. Была страсть, сумасшествие было, а хорошо только сейчас стало. И душа никуда не рвётся, как было прежде. Я сначала решил, что старею. Совсем недавно осознал, что действительно этого хочу. Тишины, покоя, её улыбки.
Отмахиваясь, Саша вымученно скривился.
– У меня так не получится.
– Я не узнаю тебя, командир. Это не ты. – Илья глянул исподлобья и что-то в лице Саши разглядел. – Было что-то ещё?
– Что-то было. – Недовольно скривился тот, понимая, что хотел… хотел это кому-нибудь рассказать. Такую свою правду. – Я тогда на войну вернулся. Нужно было чем-то заполнить эту пустоту внутри, а здесь я подобного найти не мог. Ввязывался тогда в очень сомнительные дела, под нехорошими историями подписывался. А в одной деревне мы нарвались на засаду.
– Дай угадаю, ты почувствовал острое желание жить?
– Нет, не так. – Саша легко усмехнулся, но уже спустя мгновение эта напускная лёгкость слетела с лица. – Я тогда, отстреливаясь, задел одну девчонку. Она была так похожа на мою Али… Я смотрел, как девчонка умирает и всё думал, что, может, и она вот так же где-то истекает кровью от шальной пули. Потому что с головорезом связалась. – Саша зажмурился, будто в прошлое возвращаясь, и тяжело вздохнул. – Девчонка умерла, а я продолжал смотреть, не понимая, а… зачем, собственно, идти дальше… Смотрел и осознавал, что с такой же лёгкостью однажды сам застрелю её. Это было бы так эпично…
– Саш…
– Я сдох там, рядом с ней, понимаешь?! – Выкрикнул, пытаясь объяснить. – Сломался. И больше не смог взять в руки оружие. Вот был командир, а вот его уже нет!
– Этот момент наступает практически у всех. Ты же знаешь. Сколько мы с тобой таких проводили?
– Какая разница, что там происходит у всех, когда я сам себя потерял?!
– Я уже сказал, что тебе нужно. Найди ту, которая станет хорошей женой и постараться сделать её счастливой.
Саша сцепил зубы.
– У меня другая жизненная философия!
– Дерьмо твоя философия, вот, что я тебе скажу.
– Илюх…
– Я уверен, у тебя всё получится.
– А я уверен в том, что ты грёбаный Андерсен. Только я не верю в сказки.
– Ну, тогда найди свою Али и не ной!
Саша отрицательно качнул головой.
– Я не хочу начинать сначала.
– Тогда скажи, чего ты хочешь? Сам-то знаешь, нет?
Горькая усмешка засела на потемневшем от тяжести мыслей лице.
– И сам не знаю.
– Врёшь. – Оскалился Илья.
– Вру. – Обречённо кивнул Саша в ответ. – Я не хочу без неё жить. По сути, я и не живу все эти годы… так… порчу воздух, не более.
– Что в ней было такого, что ты до сих пор как под кайфом ходишь?
– Ничего. В ней не было ничего такого. Просто она была моя, для меня. Так иногда случается.
На этом Саша встал и ушёл, не прощаясь. Хотелось отдышаться, но никак не получалось заставить лёгкие впустить в себя достаточно воздуха. А потом хотелось задохнуться и положить конец нелепому существованию. Точнее, создавалась видимость такого желания. В реальности же он цеплялся за эту грёбаную жизнь всеми силами, вот только реальность не всегда бывает красивой.
 
Глава 15
– Александр Владимирович, Мажевский на связи. – Звонким голоском сообщила секретарь и он снял трубку.
– Привет. Сто лет тебя не слышал. Как жизнь? – Выдал прежде, не давая и рта раскрыть. Мужчина на том конце провода покатисто рассмеялся и настроение пошло в гору.
– И тебе привет. Только давай без лишней скромности. Ты бы предпочёл не видеть и не слышать меня ещё лет триста, как минимум, да не так всё просто.
– Вот за что я тебя уважаю, так это за честность и понимание. – Усмехнулся и Саша, отложив папку с документами в сторону.
– Приезжай в гости.
– Хрен тебе!
– Приезжай, повод есть.
– Я и так все твои поводы знаю. Сто пудов отдаёшь замуж Маруську, хотя мне её в жёны обещал.
– Прав, Саша, прав. Отдаю. Хороший парень. Любит её. Так что без обид.
– Какие уж тут обиды, кровный враг ты мне, ничуть не меньше!
– Приедешь?
– О чём разговор, разумеется. Когда нужно быть?
– Да вот завтра и приезжай.
– В четверг? Не рановато ли?
– В самый раз! Есть что обсудить, да и расслабиться тебе не мешает.
– Боюсь, если я расслаблюсь, то собираться буду долго и едва ли удачно, но попробовать стоит. Жди в четверг.
Мажевский, удовлетворённый ответом, отключился, и Саша уставился прямо перед собой. Они знакомы с ним уже лет пятнадцать, не меньше. Хороший мужик, талантливый бизнесмен. А три года назад сын Мажевского Павел влюбился без тормозов в его Милу. Живут они с ней сейчас душа в душу. В те самые моменты, когда умудряются не ссориться. Короче, обычная семья. Дочка их Дианка… могла бы стать Сашкиной крестницей, но с его переходом в мусульманство, такой лакомый кусочек обломился другому. Теперь вот Мажевский и дочку, Машу, отдаёт за какого-то хорошего парня. Счастливый человек, счастливый отец. И вообще, когда все кругом до такой степени счастливы, он отчего-то чувствует себя среди них лишним. Нужно или выйти из дружных рядов, или пойти по их стопам и не портить статистику кислой рожей.
Приехал, как и договаривались. Мила с Пашкой, оказалось, уже здесь были. Да она, наверно, и говорила, только Саша, как всегда, самое важное пропустил мимо ушей. Встретились, пообедали, выслушали тысячу и одну семейную историю. Потом рыбалка, банька, шашлык. Девки шикарные, грудастые. Только Пашке не повезло: под строгим Сашиным присмотром на грудастых ему оставалось только облизываться.
– Не больно-то и хотелось. – Смеялся он потом, в стороне ото всех.
Саша шутку не оценил, опасно прищурился.
– И это правильно, Паш.
Паша посмотрел на него и посуровел.
– Характер у твоей сестрицы дрянной.
– Это она вся в меня.
Снова долгий взгляд и кривая улыбка на губах.
– И мне почему-то кажется, что измену Мила не простит.
– Тебя только это останавливает?
– Я люблю её.
Саша с готовностью кивнул.
– Я тоже.
– Знаешь, я не хочу так же, как ты, сделать, а потом всю жизнь об этом сожалеть.
Саша прищурился на один глаз, силясь улыбаться, но потом решил, что для показухи ломать себя не стоит и идею эту отпустил.
– Тебе Мила рассказала?
– Рассказала. Но по тебе и так видно.
– Это хорошо, когда есть желание учиться на чужих ошибках.
– Ты своей тоже изменил?
– Не изменил. Просто оказался не тем, кого она искала. А ошибаться в людях очень больно. Вот она этой боли и не выдержала.
 
Паша слушал очень внимательно.
– Ты никогда об этом не рассказываешь.
– Потому что все и так знают, а добавить мне нечего. Ладно, забудь, идём.
Мажевский уже замаялся ждать, а когда те появились, глянул строго.