Рок-н-рол под Кремлем 6. Шпионы и все остальные.
– Какой-то ты странный сегодня, Лев Николаевич! Если у меня в гараже «Мерседес», «Ролл-Ройс», «Порше», так что – «Ламборгини» уже не могу прикупить? Ты лучше займись этим Лешим! Познакомься, проведи предварительный разговор, потом привези ко мне на беседу… А то говоришь какими-то загадками. При чем здесь карлик?
– Был карлик, а стал политик. Была новая девушка, а стала яблоко раздора. Не захочет, скорей всего, Леший с вами говорить. А везти его сюда и не надо – боюсь, он сам придет, без приглашения. Вы откройте-то папочку…
Ошарашенный Трепетов открыл досье. Первой там лежала большая фотография Пули. Он раздраженно захлопнул папку.
– Ах, вот ты о чем! Так я в курсе, что у нее раньше был этот Леший! Подумаешь, новость. Хотя… Подожди… Откуда ты знаешь, кто там у меня наверху? Ты же ее не видел, и имен я тебе не называл!
– Пустое! – Лев Николаевич махнул рукой. – Я запись вашего приезда просмотрел, на всякий случай. И озаботился, признаться…
– Чем?! – Трепетов откинулся на спинку кресла. – Этим бывшим диггером?! Ну, ушла от него девушка ко мне, так что? Из-за этого он от выгодного дела откажется?! Или мстить станет?! Да кто он против меня?! Не смеши, Лев, сегодня ты какой-то…
Но человек для особых поручений оставался серьезным. Он стал напротив, наклонился, оперевшись кулаками на стол, и жестким взглядом уставился прямо в глаза своего хозяина. Они смотрели друг на друга в упор, будто в гляделки играли: кто не выдержит, кто раньше моргнет. За все время их сотрудничества Лев никогда так не смотрел.
– Иногда деньги, связи, возможности отходят на второй план, – медленно и очень значительно произнес он. – А на первый выдвигаются личностные качества человека. Такое в наших условиях редко бывает, очень редко. Но все же случается…
Трепетов не выдержал и моргнул. А от этого разозлился:
– Опять туману напускаешь? К чему все это?!
Лев Николаевич бросил быстрый взгляд:
– А вот к чему… – Он придвинул к себе досье, открыл. – Итак, Синцов Алексей Иванович. Леший – диггерское погоняло. Капитан воздушно-десантных войск, майор ФСБ. Курсы спецподготовки в лагере «Барс» под Ставрополем…
Лев Николаевич прокашлялся. Трепетов легко мог представить его в эсэсовской форме, методично выкашивающим жителей, укрывающих партизан. Или жителей определенной категории. Или просто жителей… Скажем, для поддержания оптимального поголовья. При этом в нем нет ни капли брезгливости, обычно присущей аккуратистам. Робот-стерилизатор…
– Это плохо, – продолжил робот. – Участник Первой чеченской кампании. А это еще хуже. Я знал нескольких парней, прошедших Первую кампанию, их трудно перепутать с кем-нибудь еще. Среди моих людей нет ни одного из таких. И это неслучайно.
Лев Николаевич посмотрел на хозяина.
– Продолжай, – сказал Трепетов.
– Синцов был в плену у полевого командира Амира Железного, сидел в так называемом газыре. Это глубокая узкая яма, в которой человек помещается только с вытянутыми вверх руками. Чисто чеченский аттракцион. Там он просидел около двух месяцев. Я думаю, именно тогда у него начались проблемы с психикой…
– Ты думаешь, он сумасшедший? – Трепетов поморщился.
– Я так не сказал. Я сказал: «проблемы с психикой». А проблемы разные бывают: «отмороженность», железное упорство, отсутствие страха смерти – это тоже проблемы с психикой. Хотя обычно из «газырей» выходили только трупы или сумасшедшие, Семен Романович. У меня такие сведения.
– И к чему ты ведешь?
– К тому, что когда Амир Железный объявился в Москве, Синцов его убил. Своими руками! Хотя у того целая банда за спиной была… И еще вокруг него ходит много глухих слухов. Из-под земли немногое просачивается. Но и того, что есть, достаточно…
– Для чего достаточно?
– Чтобы серьезно относиться к Синцову. И опасаться его!
– Какие основания у меня его опасаться? – Семен Романович несколько стушевался. Никогда еще его подчиненный не разговаривал с ним таким тоном.
– Да такие, что его «Фольксваген» несколько раз проезжал мимо ворот вашей усадьбы. Зачем? Может, случайно? Не-е-ет! Если тигр вокруг дома ходит, принюхивается, то подбирается к корове, или, там, козе… А может, и к хозяину! Особенно если этот тигр уже попробовал человечины…
Человек для особых поручений опустился в кресло. В библиотеке наступила тишина. Трепетов и Лев сидели напротив, избегая смотреть друг на друга. Лев Николаевич перевел дух и промокнул лоб платком. Трепетов повторил его жест.
– Хорошо, Лев, я все понял, – сказал, наконец, Семен Романович. – Я дам указание усилить охрану. Распоряжусь, чтобы ужесточили контроль и на въезде в поселок. Возьму еще одну машину в сопровождение.
– Это очень разумно, – кивнул Лев Николаевич.
– А ты поищи другие варианты для выполнения нашей задачи.
– Есть, Семен Романович! – Лев Николаевич кивнул еще раз. – Прошвырнусь по старым знакомым в Конторе, может, кто-то сможет подсобить с картой подземных коммуникаций или еще с чем. Попробую отыскать других «тоннельщиков» – их же во взводе человек тридцать было, не меньше…
– Работай, Лев, работай, – одобрил Трепетов. – А пройдет неделька-другая, обиды улягутся, тогда можно будет и побеседовать с Лешим… Деньги всем нужны. Тиграм тоже жрать хочется…
Оставшись один, Семен Романович еще раз напомнил горничной, чтобы его не беспокоили. Поднялся по лестнице на второй этаж и остановился, засмотревшись в окно. Расчерченный аллеями сад, поле для гольфа, доходящее почти до горизонта, беседки в форме китайских фонариков, живописный пруд с золотыми рыбками… Да, в самом деле, красиво в Жаворонках. Красиво и покойно. А в кабинете его ждет Полина Герасимова, Полли, Пуля – девушка-«ламборгини»: точеная фигура и синие глаза, сладкий приз для солидного мужчины. «Яблоко раздора»! Смешно… Какой раздор у него может быть с каким-то диггером?
Пилот, планируя высадку, разведывает аэродром, командир десанта – подбирает подходящие площадки, а Леший стал искать подземные подходы.
В загородных дачных поселках, как правило, центральной канализации нет. Но на особо привилегированные поселения это правило не распространяется. Здесь, не считаясь с расходами, прокладывают канализационные коллекторы. Причем не обычные сорокасантиметровые трубы, а бетонные, метрового диаметра. Потому что на каждом участке имеется по бассейну, если не по два, да еще фонтаны, джакузи и прочая мерихлюстика, и сбрасывается здесь не просто слив туалетного бачка или душевой кабинки, а десятки тонн воды, поэтому без «ливневки» никак не обойтись.
Представляясь прорабом стройки очередного коттеджа, он пришел к районному архитектору, заплатил в кассу пять тысяч и получил ксерокс канализационной сети жаворонского поселка № 3 и обещание дополнительных консультаций по врезке нового дома. За дополнительную плату, разумеется…
Потом он съездил на место, «привязал» усадьбу Трепетова к подземным магистралям и даже прикинул место «закидки». Люк находился в пятидесяти метрах от ворот участка – если спуститься, когда стемнеет, то через полчаса он будет на месте. Но когда Леший прибыл на окончательную рекогносцировку, то его «легенда» насчет прораба не помогла поднять шлагбаум на КПП: охранники потребовали доверенность от хозяев участка и личные документы… План пришлось менять. Теперь он нырнул в магистральный люк, расположенный на краю тянущейся вдоль дороги лесополосы. Довольно долго шел в полный рост по бетонному коридору, по колено в черной вонючей жиже, потом, ориентируясь по GPS-навигатору, свернул в поселок и, наконец, влез в метровую трубу, ведущую к нужному дому.
«Хоть бы не разодрало их сейчас бассейн сбрасывать!» – подумал он. Но эта мысль мелькнула на периферии сознания. Потому что им руководила бурлящая внутри ярость, затмевавшая и оттеснявшая все другие чувства, в том числе и чувство самосохранения. Какой-то хрен взял и отнял у него единственную ценность! Тем самым плюнул ему в душу и продемонстрировал полное пренебрежение к его личности! Леший удивлялся сам себе. Никто, кроме Амира Железного, не пробуждал в нем столь сильной ненависти. Да и вообще сильных чувств. Ему все было по барабану. А тут… Обычная девушка – две руки, две ноги, а вот поди ж ты!