Рок-н-рол под Кремлем 6. Шпионы и все остальные.
– Ну, не хотите, вам же хуже, – обиженно буркнул Бруно.
…В конце концов дошла очередь и до него.
– Кульбаш, заходи! – крикнула кассирша Тая.
На этот раз он стерпел столь неуважительное обращение.
За выступление Бруно полагалось двадцать долларов, в месяц набегало около двухсот. С трудом хватало на месяц трезвой сухомятки. Бруно выбирал нечто среднее.
Он успел в магазин до закрытия, купил бутылку водки, колбасы и бананов. Труппа гуляла в вагончике Джу Джу, там гремела музыка и слышался могучий топот Али Ахмеда. Туда Бруно не пошел. Он знал, что неблагодарные коллеги ему не обрадуются и слушать его не станут.
И все же у Бруно Аллегро был друг, постоянный собутыльник и заинтересованный слушатель. К нему он и отправился.
– Давай, дружище, выпьем, – говорил Бруно, сидя на травяной подстилке и наполняя пластиковые стаканчики. Себе налил полный, другу – чуть-чуть. – Тебе много нельзя, без обид. Давай, за нас с тобой. А все остальные могут идти нах.
Они выпили, закусили, улыбнулись друг другу.
– Конечно, в Америке я мог развернуться, – Бруно тут же налил по второй. – Но…
Он пощелкал пальцами, подбирая слова.
– Но там уважения нету. А я без уважения не могу. Мне там даже триста долларов в месяц предлагали. А делать, считай, и ничего не надо. Ну, убираться там немного…
Он выпил и скривился. Собеседник привычно влил в себя содержимое стаканчика, очистил и съел банан, растянул губы в довольной улыбке.
– Закусывай давай, колбасой, – назидательно говорит Бруно. – Видишь, как я закусываю. А то проснешься потом и тоже ни хрена не будешь помнить, кто ты и зачем. Это ведь хреновей не придумаешь…
Бруно жадно сжевал очередной кусок колбасы, налил себе новый стаканчик, выпил.
– Вот прикинь, был ты арабским каким-нибудь принцем, к примеру. Нет, ты сядь, обниматься пока не надо… По мне так что арабы, что обезьяны, все одно. Без обид, конечно. И вот, прикинь, ты принц, и все у тебя есть – и деньги, и женщины, и власть, и уважение. А потом ты как-то нажрался до усрачки, проснулся, и… Б…дь! А ты уже не принц, а шимпанзе в цирке лилипутов!
Собутыльник сонно проморгался, зевнул.
– Вот точно такая штука случилась и со мной, прикинь. Потому что пил и не закусывал…
Бруно достал сигарету, закурил. Выпустил дым из ноздрей. Друг очнулся, захлопал в ладоши – понравилось. Он выхватил сигарету у Бруно, попытался вставить в рот, но не тем концом, обжегся и отбросил в сторону.
– Шимпанзе, – задумчиво повторил Бруно. – В цирке лилипутов…
У друга на глазах появились слезы. Он был в стельку пьян. Волосатые руки обхватили Бруно, прижали к туловищу.
– Ты потише, а то раздавишь…
Друг положил голову ему на плечо, задвигал губами, вытянул их в трубочку и стал тихо подвывать. Наверное, он пел.
– Помолчи, – Бруно отстранился. – Лучше я тебе расскажу, как спускался на охрененную глубину…
Собеседник покачал лохматой головой.
– Ты что, тоже не хочешь слушать?!
Бруно уставился в печальные карие глаза старого шимпанзе, будто хотел его усовестить.
Но Джус повернулся и, даже не сказав «спасибо», зашел в свою будку и захрапел.
Бруно вздохнул.
– Все вы одинаковые, – с горечью сказал он.
Джус ничего не ответил, он спал.
Ростов-на-Дону
2013 г.