История всемирной литературы Т.7
ТУРКМЕНСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
Вторая половина XIX в. ознаменована рядом побед туркменского народа в борьбе с войсками иранского шаха и хивинского хана, а также событием исторического значения — присоединением земель, населенных туркменами, к России. Эти факторы способствовали приобщению туркмен к передовой культуре русского народа, территориальной и идейно-политической консолидации разобщенных племен.
В народе крепло сопротивление захватническим притязаниям со стороны Бухарского эмирата, Хивинского ханства, усиливались вольнолюбивые стремления, вдохновляемые поэтами и певцами свободы.
Важнейшие исторические события эпохи находили воплощение в сказаниях и исторических поэмах, проникнутых патриотическим пафосом. Одно из таких произведений — историческая поэма Абдысетдара Казы «Дженг-наме», в которой рассказано о победах туркмен в сражениях с войсками иранского шаха в 1858 и 1861 гг. В духе традиций народно-героического эпоса поэт прославляет храбрость воинов, показывает их самоотверженность в бою.
Автор поэмы стремился описать мощь, силу объединенных туркменских племен, способных дать отпор агрессору. Если в XVIII в. Махтумкули первым воспел в стихах идею единения туркмен, то спустя сто лет Абдысетдар Казы воссоздал один из важных периодов истории народа, когда разбросанные племена, на время объединившись, одержали победу в борьбе с захватчиком.
А. Н. Самойлович, издавший критический текст этой поэмы с комментариями в 1914 г., обоснованно сравнивал ее со знаменитой героической эпопеей Фирдоуси «Шах-наме» (XI в.).
Историческая тема характерна для творчества Мухаммедрахима (сына Молланепеса), Мискинклыча, Дована и некоторых других поэтов того времени. Мухаммедрахим посвятил свой дестан «Война текинцев с каджарами» исторической победе объединенных сил туркмен в борьбе с иранскими войсками, напавшими на Туркменистан в 1861 г.
В туркменской литературе развивалась в это время социально-сатирическая, назидательно-дидактическая поэзия, любовная лирика. Замечательными творцами ее были Мятаджи и Мискинклыч.
Мятаджи (1824—1884) относится к плеяде поэтов дореволюционного Туркменистана, продолжавших и развивавших традиции Махтумкули. Поэзия Мятаджи имела большое общественно-политическое, нравственно-эстетическое, историко-культурное значение. В его наследии немало оригинальных содержательных стихов о любви и семье, о родине и героизме. Он изображает нравы и обычаи туркмен, труд земледельца и животновода, ряд стихов посвящен верному другу джигита — коню. Поэт выступает как истинный сын своего народа, как выразитель его героико-патриотических идеалов. Он с горечью пишет об угнетении, нищете и тяжкой зависимости тружеников от феодалов. Многие стихотворения Мятаджи стали народными, например стихотворение «В моем краю», которое, по преданию, было создано на чужбине, когда поэт томился в плену у иранского феодала.
Сочетание романтических и реалистических элементов, свойственное Махтумкули и его последователям, в том числе и Мятаджи, было характерно для прогрессивно мыслящих туркменских поэтов. Обращаясь к романтически-возвышенным образам, они выражали идеалы, чаяния, стремления целого поколения туркменского народа, но порой, идеализируя действительность, отрывались в своих мечтах от суровой реальности. Эта черта заметна и в стихотворении «В моем краю». Поэт, критикуя социальное неравенство, невежество, жадность, жестокость власть имущих, духовенства, ищет выход из такого положения. Он пользуется и традиционным приемом, предостерегая тех, кто за свои жестокие, бесчеловечные дела должен понести неминуемое наказание. Особенность поэзии Мятаджи заключается в том, что он не ограничивается предостережениями о суровом возмездии «на том свете», как это делали его предшественники, разделявшие суфийское учение. Поэт берет факты из жизни, обращается к людям, которых хорошо знал, среди них есть достойные, уважаемые народом, но есть и жестокие, жадные, бессердечные, которых история не простит. Конкретность, ясность мысли, отсутствие отвлеченных рассуждений — знаменательные черты поэзии Мятаджи.
Своеобразно творчество одного из виднейших туркменских поэтов второй половины XIX и начала XX в. Мискинклыча (1847—1905), автора лирико-эпических стихотворений, посвященных жизни, истории, быту народа. Особенно привлекательны стихи назидательно-дидактического содержания, в которых поэт выступает с критикой представителей правящей верхушки и духовенства. Он уверен, что чаша терпенья народа переполнится и «бедняк, страдающий от ран, всю жизнь терпеть разбой не будет».
Во второй половине XIX в. крепнут русско-туркменские литературные связи. Русские писатели и путешественники создают первые художественные произведения и очерки о туркменах (Н. Каразин — «Тигрица», «Туркмен Сярей» и др.; Н. Грабовский — «Текинка»; Щербак — «История одной текинской девочки и ее няни, солдата Родиона» и др.); туркмены пишут о русском народе, о его силе и непобедимости (рассказ в стихах туркменского певца Нури с острова Челекен, написанный в 1870 г., — «О многочисленности и могуществе уруса»; «Воззвание Мухамет-Сафы к адаевцам в 1870 году» Мухамат-Сафы и др.). В этот период появляются научные исследования о туркменских литературе и фольклоре, первые учебники туркменского языка, принадлежащие видным востоковедам России, в том числе труды А. Н. Самойловича, Н. Березина, А. Крымского, позднее В. Бартольда.
Героический пафос, дух оптимизма и патриотизма — своеобразные черты туркменской литературы второй половины века. Ее традиции восприняли и другие поэты — Молламурт, Дурды Клыч, Байрам-шахир, Мухамметкули Атабаев, творчество которых определило следующий этап развития туркменской литературы.
УЗБЕКСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
Развитие узбекской литературы второй половины XIX в. тесно связано с большими переменами как в экономической, социально-политической, так и в культурной жизни края. К середине 80-х годов завершилось присоединение Средней Азии к России. Хотя Бухарский эмират и Хивинское ханство формально сохраняли политическую самостоятельность, фактически они находились в вассальной зависимости от царизма. Кокандское ханство перестало существовать еще в 1876 г.
Указанные исторические события объективно сыграли огромную прогрессивную роль в жизни и дальнейшей судьбе всех народов Туркестана. Оно ознаменовало собой и новый этап в истории узбекского народа, содействовало вовлечению его передовой части в сферу революционного движения народов России. В крае распространялись демократические, а к началу XX в. социал-демократические и марксистские идеи. В Ташкенте, Самарканде и других городах открываются публичные библиотеки, возникают научно-просветительные общества, клубы, театры, организуются художественные и промышленные выставки.
С 1870 г. на узбекском языке стала выходить первая газета, вначале как приложение к правительственному органу «Туркестанские ведомости», а с 1883 г. отдельно под названием «Туркистон вилоятининг газети» («Туркестанская краевая газета»). Русско-узбекские литературные связи стали приобретать к концу века постоянный и все более плодотворный характер. На страницах узбекской газеты нередко печатались статьи о классиках русской литературы и переводы их произведений. А на русский язык переводились образцы узбекской литературы и устного народного творчества. Были переведены и изданы почти все произведения просветительского характера Фурката, его автобиография («Фуркат-наме»), письма, а также некоторые сатиры Мукими.
Если передовая русская общественная мысль, культура, искусство способствовали развитию и обогащению прогрессивно-демократического направления в узбекской литературе, то царские власти всячески поддерживали местную реакцию, содействовали распространению ортодоксально-религиозной идеологии. В демократической литературе развивалось два течения: просветительское во главе с Закирджаном Фуркатом (1859—1909), представители которого рассматривали присоединение к России как положительное историческое явление, и сатирическое, во главе с Мухаммедом Аминходжи Мукими (1850—1903), беспощадно критикующее существующий строй, господствующие порядки, двойной гнет, буржуазно-собственническую мораль. Мировоззренческие основы художественного творчества Мукими, Закирджана Фурката, Камила (1825—1899), Убайдуллы Завки (1853—1921), Дильшод-Барно (1800—1905), Надима (1840—1910) формировались под воздействием именно такой конкретной исторической обстановки.