Массандрагора. Зов Крысиного короля
Пашка хотел было напомнить майору о Семене, но сдержался. Опустив голову, он принялся молча разворачивать шуршащую обертку «Медовой забавы» за 1 рубль 36 копеек в ценах февраля 1957 на неизвестно какой планете-глобуле-или-чем-там-еще.
Внезапно в зале потемнело.
– Что это? – насторожилась Лиза, перестав разливать молоко по граненым стаканам. – Пыльная буря?
– Не похоже, – нахмурился капитан, оставил нарезку сыра и подошел к окну, пытаясь через грязные разводы рассмотреть улицу. – Дуар, разведайте обстановку и немедленно доложите!
Дуар, который до этого осторожно выглядывал через щель приоткрытой двери, щелкнул каблуками и выскочил наружу.
– Новая напасть… – проворчала Лиза. – Куда ж без этого!..
Стемнело еще сильнее. Создавалось впечатление, будто кто-то крутил ручку яркости на неведомой небесной люстре.
– Врубить свет? – предложила девушка, повернувшись к выключателю на стене.
– Не надо, – остановил ее капитан. – Привлечем к себе ненужное внимание. Проверю-ка я лучше сержанта.
Он заспешил на другой конец здания к черному входу, где расположился Сармат.
– Ничего особенного, – доложил вошедший Дуар. – Просто солнце село за горизонт.
Вот так вот взяло – и быстренько закатилось? За пару секунд? Пашка покачал головой. В этом мире ни на что нельзя было рассчитывать или в чем-либо быть уверенным. Прежний опыт можно было выкинуть на помойку. Его нужно было выкинуть – чтобы не сойти с ума и выжить.
– А тут такое в порядке вещей, – видя выражение его лица, сказал Далед, – не удивляйтесь, молодой человек.
– Стараюсь, – вздохнул Пашка.
– Возможно, полигон подстраивается под наше суточное время, ведь сейчас уже двенадцатый час ночи. Не знаю, что он так долго раздумывал.
– На улице стало довольно прохладно, – добавил Дуар. – Холодает…
– Ну так вечер как-никак, – резонно заметил майор.
Когда Федор вернулся, Пашка спросил его, уже вовсю жуя бутерброд с сыром и положенными сверху шпротинами:
– А вы говорили, будто обычно турнир начинается как-то… по-другому. Это как?
– Если это не урок физкультуры в частной школе и не учения военных, а действительно соревнование, то обычно все крайне торжественно. Ну, как в спортивном шоу по телевизору: свет, звук, разнообразные эффекты, напор и энергия – сам подход, понимаешь? Только вживую, по-настоящему и с куда большим размахом: прямо на небе возникают огромные трехмерные надписи, экраны с видеотрансляцией происходящего, всякие там стоп-кадры удачных моментов, вопящие зрители, возбужденный ведущий, спонсоры, реклама, статистика турнира, рекорды и тому подобное. Звук идет просто отовсюду! И от этого невозможно скрыться, оно везде, не заметить все эти эффекты просто невозможно, а ты для зрителей как на ладони… Однако сейчас этого ничего нет – вот мы и призадумались.
– Ясно…
– Да и вообще – одни мы тут! А где персонал? Ни-ко-го! Обычно на полигонах очень много всякого вспомогательного состава. Но не в этот раз.
– А еще оружие и экипировка, – вставил дарханин. – Как правило, они предоставляются здесь же, на месте, сразу. Хотя бы для начала, до первых трофеев, ну, если состязание военного типа, конечно. Невозможно пронести с собой что-нибудь со стороны – все, что не по уставу турнира, просто исчезает при переходе. Вот почему мы теперь безоружны. А мне как дарханину признать это крайне нелегко! Это позор!
– И никакой экипировки не дали, – поддакнула Лиза.
– Хорошо еще, что не раздели догола, – усмехнулся капитан. – Хотя кто знает, что нас тут еще ждет…
Перекусив, Пашка с Федором и Даледом прошли в контролерскую. Капитан с ходу защелкал тумблерами рации, и она тут же ожила: засветились мягким желтым светом индикаторы, задергались стрелки, в наушниках затрещали и засвистели атмосферные помехи. Майор в это время начал изучать надписи на стенах, что-то бубня себе под нос.
– Не хай-энд, конечно, – ухмыльнулся капитан, беря наушники, – но вести переговоры тебе можно будет.
– С кем? – поинтересовался Пашка.
– Надеюсь, что с нами в том числе – когда мы отправимся дальше. А ты останешься здесь – будешь ставить нам оценки. «Бодрые старты» же!
Пашка озадаченно промолчал. Федор нацепил наушники, предварительно протерев их ладонью от пыли, и некоторое время крутил верньеры настройки, морщась и качая головой.
– Ничего нет, – сказал он наконец. – Ни на одном диапазоне; только треск и вой. Сдается мне, надвигается гроза. И нехилая.
В подтверждение его слов с улицы донесся мощный раскат грома. Пашке даже показалось, что задрожало здание.
– Я же сказал… – Хорошавин отложил наушники и начал перелистывать журнал «описи склада».
Заворчал еще один разряд, глухой, сонный. И почти сразу же грохнуло действительно сильно, резко и хлестко, совсем недалеко от кафе. С потолка посыпалась пыль, но ни капитан, ни майор, казалось, не замечали этого.
– Обычная декорация, – сказал Далед, стуча костяшками пальцев по бумажкам на стене. – О турнире ничего нет.
– Не уверен, – задумчиво проговорил Федор. – Нужно тщательнее все изучить. Возможно, тут есть подсказки.
– Ну вот и займитесь этим, господин Хорошавин. – Майор повернулся к двери, собираясь выйти. – Наше соревнование – вовсе не компьютерный квест, разве нет? Глупость какая-то!.. Кто же все-таки это затеял? Можете не отвечать, вопрос риторический, хотя по своей окраске и матерный.
В проеме двери он столкнулся с немного испуганной Лизой.
– Там такое!.. Жуть! Можно я с вами побуду? – спросила она, поеживаясь.
– Нельзя, – несколько грубовато отрезал Далед. – Идемте со мной, барышня!
Они ушли, и капитан как ни в чем не бывало продолжил изучение журнала. Ударил гром, еще и еще раз.
– Да уж, не на шутку разошлось, – сказал Пашка.
– Угу… – рассеянно промычал Федор. – Точно… Так… Хм.
– А как мы завтра узнаем, что мне делать? – помедлив, спросил Пашка.
– Э-э… – Капитан резко захлопнул журнал, подняв кучу пыли, и невидящими глазами уставился на Пашку. – Созвонимся. Э-э… В смысле, свяжемся… В смысле, видно будет. Иди спать!
Федор выглядел довольно растерянным, сбитым с толку. И стал он таким после просмотра этого самого журнала… Странно.
Они вышли из контролерской; Хорошавин забрал журнал с собой. «Хочет изучить на досуге, – решил Пашка. – Интересно, что там?»
На улице действительно творилось что-то страшное. Даже сквозь грязные пыльные окна было видно, как по всей долине сверкают десятки фиолетовых, желтых и просто ослепительно-белых молний. Ломаные линии, ветвясь и изгибаясь причудливыми фигурами, вонзались в землю, и после грохотал гром – вечный спутник небесного электричества.
– А туч-то нет, – заметила Лиза.
И то правда. Пашка не сразу понял, в чем странность ситуации. Молнии били из темного вечернего неба, на котором не было ни облачка. Просто появлялись – и всё. Из ниоткуда. И их становилось все больше. Несколько раз они ударили совсем близко от кафе, и некоторые кусты уже горели.
– Этого еще не хватало… – пробормотала Лиза, зябко кутаясь в кофточку. – Апокалипсис какой-то!
На улице стало ярко как днем, от шума и треска закладывало уши.
– Это что – новое испытание? – спросил Пашка Федора.
Капитан молча пожал плечами, похлопывая журналом себя по бедру. Его лицо мерцало фиолетовыми отблесками.
– Да отойдите вы от окон! – раздраженно приказал Далед. – Судьбу, что ли, испытываете? Удивительный вы народ, приматы!
– Да, Павел и Лиза, ложитесь-ка спать, – нахмурившись, сказал Федор. – Тут есть раскладушки. Подъем – в полседьмого!
Но еще некоторое время они все стояли посреди зала и как завороженные смотрели на беснующуюся грозу. Она буквально гипнотизировала. Все вокруг было наполнено разноцветным свечением, мерцанием, треском и резкими разрывами гневающихся молний. Казалось, вот-вот вдребезги разлетятся окна, сорвется с петель дверь или рухнет крыша, и тогда… тогда, наверное, мало не покажется.