Бешеная скорость (СИ)

 По крайней мере, он очень на это надеялся. 
 - Ты теперь всегда будешь таким?  
 Дилан поднял свой взгляд и увидел в дверях ту, о которой сейчас думал. Она стояла, завернутая в белую простыню, её светлые волосы были взъерошены и немного спутаны, а глаза выражали какие-то неопределенные мысли, которые он не мог понять. 
 - Каким? – спросил он, отпивая из своей чашки. 
 - Отстраненным, - внезапно произнесла она, делая шаг по направлению к нему. – Холодным. Чужим. Не моим, - её зеленые глаза словно смотрели в самую глубь его души. Раньше он никогда не замечал, насколько красивыми были эти глаза. Опасно красивыми. 
 - Что снова не так? – вздохнул он, понимая, что они снова и снова, раз за разом, возвращаются к одному и тому же разговору. 
 - Всё, - грустно улыбнулась она. - Я пришла к тебе сегодня, сказав, что безумно соскучилась, а ты только разозлился от того, что я заранее не сообщила о том, что буду тут. 
 - Я не ожидал, ясно? Я просто шел в свою пустую квартиру, в которой планировал остаться наедине со своими мыслями, а тут… - он изобразил что-то непонятное своими руками, - …ты… и я… в общем, это сложно. 
 Ему показалось, что в её глазах промелькнула боль. 
 - Но уложить меня в свою постель пару часов назад было для тебя не так уж и сложно. 
 - Алисия… 
 - Пожалуй, я поеду домой, - она опустила свои глаза вниз, а затем сильнее закуталась в простынь и направилась обратно в спальню. 
 Дьявол!  
 Дилан взъерошил свои русые волосы обеими руками и прикрыл глаза, чуть запрокидывая голову назад и делая глубокий вдох. Все было замечательно. Семь месяцев назад все было просто отлично. А он вот так вот взял и в одну секунду испортил свою идеальную жизнь, впустив в неё нечто действительно сумасшедшее. Все его мысли, чувства, эмоции… они были во власти чего-то необъяснимого.  
 Почему? Почему тот день просто не мог быть самым обычным? Какого черта он тогда позволил себе проявить такое безрассудство?  
 Дьявол. Дьявол. Дьявол! 
 Он готов был каждую секунду сожалеть о содеянном, повторяя, какой он долбанный придурок.  
 И почему в этой гребаной жизни нельзя было просто взять и повернуть время вспять?! Или прогуляться в прошлое и сказать своему «Я» никогда не делать того, что оно все-таки сделало. Связать. Усыпить. Накачать алкоголем до потери сознания. Сделать что угодно, но заставить самого себя прожить предстоящую ночь совершенно по-другому.  
 Он не знал, что с ним происходило, но его поведение действительно стало абсолютно иным. И Алисия была права, когда злилась или расстраивалась. Он и правда стал холодным и отстраненным. Разве ему так трудно было просто проявить немного заботы? Поцеловать её, когда она этого совсем не ожидала? Обнять и сказать, как прекрасно она выглядела в этом платье? Позвонить лишний раз? Просто так, без какого-либо повода. Черт… да, это было невероятно трудно для него. Почему? Он не знал. Но ему казалось, что главная причина пряталась совсем неподалеку, а он просто не хотел признавать очевидного факта. 
 Факта… он усмехнулся собственным же мыслям.  
 К черту все. 
 Нет никакого факта.  
 
 Он просто запутался и устал.  
 Да, именно так. 
 Вот почему он совершает одну ошибку за другой. 
 И иной причины этому просто не было.  
 ***  
 Дилан вдыхал аромат ванили и шоколада, которым пахли её волосы, и старался не потеряться в тех ощущениях, которые испытывал. Он выпил слишком много виски. Чересчур много. Он мог бы даже быть уверенным в том, что потерял способность контролировать собственные поступки и решения, но вряд ли в его голове в данный момент все ещё вертелись шестеренки сложного мыслительного процесса. Простыми словами – он забыл, каким местом должен был думать.  
 Его пальцы касались её обнаженной кожи, которая освещалась ярким лунным светом, а его губы нежно целовали её шею, заставляя каждый участочек её тела полыхать с неистовой силой. Она тоже была пьяна. И очень сильно. Они оба выпили сегодня непозволительное количество крепчайшего алкоголя, который заставил их обоих оказаться этой ночью в одной постели. 
  Он позволял себе целовать каждый участочек её кожи, опускаясь все ниже и ниже, и заставляя её разгоряченное тело дрожать под его прикосновениями. Где-то глубоко в своем сознании, он понимал, что находится в каком-то параллельном мире, и что, возможно, совершает ошибку, о которой потом будет сильно жалеть, но наслаждался каждой секундой этого забытья, потому что, черт возьми, это было самое прекрасное его безрассудство!  
 Дилан осторожно поцеловал чувствительное местечко в самом центре её живота, а затем проделал нежную дорожку вверх, аккуратно добираясь до её ключицы, и это почти что лишило его оставшейся частички самообладания. Она еле слышно выдохнула, когда он мягко прикусил мочку её уха, а затем открыла свои глаза, в глубинах которых он увидел такую невообразимую гамму чувств, что даже непроизвольно замер. Если ещё всего минуту назад он мог бы сомневаться в её желании, то теперь он был просто уверен – она ощущала всё то же, что и он. И она хотела его так же сильно, как и он хотел её. 
 Неожиданно её руки коснулись его лица, и он почувствовал легкую прохладу её тонких пальцев. Она молча смотрела на него, словно пыталась понять, о чем он думал, и какие эмоции испытывал, а он не смел шевелиться, наблюдая за тем, как менялся цвет её глаз. Дьявол, он мог бы поклясться, что сейчас они были совершенно другого оттенка… мог бы поспорить на что угодно, что в данную минуту они выражали все цвета уже изведанной и в то же время скрытой от человеческого взора части загадочной Вселенной. И, твою мать, как же сильно он попал… 
 Она запустила свои руки в копну его светлых волос, а затем притянула его к себе, разрешая ему, наконец, завладеть её мягкими губами. И вот в какой момент он понял, что окончательно пропал. Вот в какой момент осознал, что теперь от его гребаного контроля не осталось и следа. Их поцелуй становился все настойчивее, а его язык проникал все глубже, исследуя её самые потаенные уголки. Сильный запах спиртного, смешанного с тонкими нотками сладких фруктов, так сильно дурманил голову, что Дилан забыл обо всем на свете, четко зная лишь одно – он хотел быть в ней. Он вошел в неё одним резким движением, побуждая её отчаянно застонать ему в рот, а затем быстро задвигался, с каждой секундой лишь ускоряя свой ритм. Его толчки становились жестче и чаще, а она сильнее впивалась ногтями в его спину, с блаженными стонами раздирая накаленную до предела кожу. Он никогда не испытывал ничего подобного. 
 Никогда и ни с кем.