Пока хватит сил (ЛП)
— На протяжении многих лет мы иногда встречались в казино. Он был моим фанатом. Я случайно столкнулся с ним в Монако и попросил о помощи. Он не дал мне денег, но я сказал, что знаю способ достать их сам и заплачу ему сто тысяч, если он мне поможет.
— Чертова пятерка за сообразительность, Энтони. — Я снова выругался. Глубокий вдох, которым я пытался усмирить свой гнев, больно ударил по легким, еще раз напомнив мне обо всем, что он натворил. — Я сжал грудь, но на этот раз я знал, что боль была эмоциональной, а не физической. — Ты сам устроил свое похищение и использовал меня, чтобы достать деньги. И что, ты решил, что круглая сумма в миллион звучит неправдоподобно, и выбрал девятьсот пятьдесят?
Ему повезло, что я был прикован к постели, когда он пожал плечами, потому что, Господи, помоги мне…
— Я решил, что ты найдешь способ помочь мне, если у тебя будет достаточно мотивации.
Я перевел взгляд на потолок, не в силах больше смотреть на него.
— Но потом Хьюго появился в Монако в поисках очередной встречи с Бьянкой. Очевидно, у него все еще были чувства к ней. Поговорим о дерьмовом выборе времени. Когда он спросил ее о драгоценностях, она призналась, что я сделал.
— И он нашел тебя. — Я думал, что это у меня проблемы с везением. У моего брата они были на высшем уровне.
— Ты подоспел как раз вовремя.
— Ты не предполагал, что твой план может провалиться?
— Не с тобой у руля, — честно признался он. — Я имею в виду, это то, чем ты занимаешься. Ты же спасаешь людей, верно?
— Я подвел тебя. — Мой желудок скрутило, когда я снова посмотрел в сторону окна. Воспоминания, нахлынувшие на меня, были такими же темными, как и ночь за окном. Долгие командировки и нечастые звонки, когда я был моложе. — Судя по всему, я делал это снова и снова.
Энтони обогнул кровать и пристально посмотрел на меня.
— Ты должен прекратить это дерьмо. Отец умер. Это не твоя вина, и ты не обязан его заменять. — Он ткнул пальцем себе в грудь. — Мои решения, мои промахи — на мне. Ты не имеешь к этому никакого отношения. — Он тяжело вздохнул. — Когда я увидел, как твой друг бросился в горящее здание, и подумал, что ты можешь погибнуть… — Он провел рукой по лицу. — Я понял, что настало время вмешаться. Поступить так, как всегда поступал ты. — Слезы потекли по его щекам. — И ты всегда был рядом со мной. Веришь ты в это или нет, но это правда.
Часом ранее мама принесла аналогичные извинения за то, что заставляла меня постоянно обо всех заботиться, особенно присматривать за Энтони. Она сказала, что была в ужасе, когда я чуть не умер так же, как папа, а потом сломалась и зарыдала.
Я не мог видеть ее такой расстроенной. И я ни в чем ее не винил.
Но Энтони? Он просто выводил меня из себя.
Я был слишком зол, чтобы принять его извинения. Мои друзья могли погибнуть. Я мог потерять Наталью, прежде чем у нас появился шанс быть вместе.
Я ненавидел его прямо сейчас. Знал, что со временем найду способ простить его, потому что я такой, какой есть, но сегодня был не тот день.
— Мне нужно, чтобы ты ушел. — Я изо всех сил пыталась обуздать свои эмоции.
— Насчет Натальи…
— Я знаю, что ты сделал. Фальшивая помолвка, — огрызнулся я, мой гнев разгорелся еще сильнее от этого воспоминания. — Мне понадобится время, чтобы простить тебя за все это.
— Я поговорю с ней. Если понадобится, буду молить о прощении на коленях, чтобы все исправить. — Он перевел взгляд на мониторы, расположенные рядом со мной, и я понял, что мой пульс участился, когда он упомянул Наталью. — Что случилось?
— Идея о том, что ты стоишь перед ней на коленях, просто выводит меня из себя, наверное. — Потому что они когда-то встречались и… да, от этой мысли мне захотелось блевать.
— Вау. Она тебе действительно нравится, не так ли? Все серьезно? — его брови сошлись вместе. — Тогда я рад за тебя. — Энтони кивнул. — Я стану другим. — Он повернулся к двери. — Для тебя. Для папы. Обещаю, что изменюсь.
***
— Ты и твоя упрямая голова. — Саманта одновременно поцеловала меня в щеку и сжала мою руку. — Спасибо, что спас моего парня. — Когда она отстранилась, в ее глазах стояли слезы. Было утро следующего дня, и рейс жены Оуэна прибыл час назад.
— Мы всегда будем прикрывать друг друга, ты же знаешь. — Я посмотрел на Наталью, сидящую на другой стороне кровати, и поблагодарил ее за то, что она тоже была рядом.
Что касается моего брата, то несколько часов назад я попросил Энцо отправить его и мою маму в Шарлотту. Я убедил маму, что присутствие Энтони рядом не лучшим образом сказывается на моем сердце, и она неохотно уехала с ним. Энцо пообещал не выбрасывать его из самолета во время полета, ведь я так старался его спасти.
Я также заставил Ноа вернуться домой, к своей семье. Ему не нужно было оставаться здесь. Его часть миссии была завершена, и я не планировал еще одну остановку сердца, или что там со мной случилось, что напугало Наталью. Я буду вечно благодарен ему за то, что он был рядом, когда все полетело к чертям, но его семья нуждалась в нем больше, чем я.
— Я хотела познакомиться с твоими друзьями, — заговорила Наталья, отрывая меня от моих мыслей, — но точно не так. — Она посмотрела на Оуэна, стоящего у двери.
— Что ж, у меня такое чувство, что мы скоро встретимся по другому поводу. — Оуэн подмигнул Наталье, и я понял, на что он намекает. Свадьба. Боже, я мог только надеяться.
— Твой дядя не против отправить нас всех обратно в Штаты на своем самолете? — спросила Саманта.
— Он настоял. — Еще одним странным поворотом событий во всем этом бардаке стал дядя Маурицио и тот факт, что он хотел быть частью нашей жизни. — Как только мы получим разрешение на вылет, я буду готов, поверь мне.
— Принял. — Оуэн наклонил голову к двери, и Саманта присоединилась к нему. — Мы оставим вас наедине. Может, и отдохнете немного.
Его ухмылка заставила меня улыбнуться, когда я помахал ему на прощание. Как только дверь закрылась, я потянул Наталью за руку.
— Как ты?
— Так же, как и в прошлый раз, когда ты меня спрашивала, — пошутил я.
А на самом деле? Теперь, когда мой брат уехал, я чувствовал себя гораздо лучше. Мне нужна была передышка, а я никак не мог отдышаться, пока он был рядом.
Да, прощение займет некоторое время.
— Энтони промямлил извинения, когда уезжал отсюда, — поделилась она, что стало для меня новостью.
— Никаких просьб на коленях, верно? — мое внимание сразу же переключилось на мониторы, надеясь, что эти чертовы штуки не выдадут учащение моего сердцебиения при этой мысли.
Когда я вернул ей свое внимание, она приподняла бровь, и на ее лице появилось забавное выражение.
— Серьезно?
— Что? — попытался пожать плечами, но это движение причинило боль, и я вздрогнул. Часть сарая упала на меня не более тридцати часов назад. Думаю, у меня было оправдание.
— Мне нужно время, чтобы простить его за это, — сказала она, осматривая меня с ног до головы на кровати. — И чтобы все было ясно, единственным, кто когда-либо будет стоять передо мной на коленях… будешь ты.
— Чертовски верно, — сказал я без колебаний. — И мне не терпится сделать это снова.
— Ммм. Ты слышал доктора.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь. — Я одарил ее наглой ухмылкой.
— В любом случае, мы оба должны найти способ простить его, чтобы все это осталось позади. Я не говорю, что мы пригласим его на свадьбу, но…
— Кто женится? — поддразнил ее, не в силах остановиться, и она закатила глаза.
— Учитывая, что ты уже опустился передо мной на одно колено, я надеюсь, что в скором будущем ты сделаешь это по-настоящему, — ответила она мягким тоном.
Я потянул ее за руку, притягивая ближе к кровати. Наши глаза встретились, и я улыбнулся.
— Парни ошибались.
— В чем?
Потянулся свободной рукой к ее подбородку.
— Что я буду ждать две недели, чтобы быть с тобой, — сказал я, прежде чем прижаться к ее губам.