Тьма сильнее тени (СИ)
- Все еще как добыча? - едва слышно прошептал Палач.
- Да, и я хочу, наконец, поймать ее, - Волконский сомкнул челюсти на коже Палача, мягко прихватывая плоть зубами.
- Вкусный, - прошелестел Женя, и его губы начали ползти вниз, касаясь то ключиц, то яремной впадинки человека.
И после каждого нежного поцелуя оборотень будто сходил с ума, начиная сжимать кожу Рюрика зубами и оставлять на ней свои отметины, расцветающие, спустя пару мгновений, багровыми цветами. Евгений мял и стискивал Палача, словно тот был пластилином, и человека бросало то в жар, то в холод. Рюрик пытался уйти от прикосновений, но одновременно подавался им навстречу. Его трясло, как в лихорадке. В низу живота ухало, и человек сам не заметил, как возбуждение достигло предела. Палач застонал.
- Потерпи, драгоценный мой, - шепнул ему куда-то в район пупка Волконский, и Рюрик затрясся еще сильнее.
Вот он Евгений, которого Палач знал и обожал!
Ладони оборотня легли на тазовые косточки Рюрика, нежа и поглаживая его кожу. Ногти Жени щекотно касались ягодиц Палача, что почти подбрасывало последнего на кровати. Ощущение было такое, что все тело зудело. Но что почесать и как - ни единой мысли!
- Подними ножки, хороший мой, - проворковал Волконский, и его руки аккуратно переместились на колени Палача, - Да, чуть выше, драгоценный…
Рюрик послушно закинул голени на плечи Евгения. Вот сейчас и будет второй тест-драйв!
Волконский действовал очень осторожно - отвлекал Палача, чем мог, осыпая поцелуями его ключицы и грудь, покусывая соски и потираясь носом об его лицо, пока палец Жени аккуратно пытался проникнуть в нутро Рюрика.
Но все равно стало больно…
Оборотень чертыхнулся, отрываясь от кожи Палача.
- В этом несчастном бункере одни только консервы! Хоть бы масло какое завалялось! - почти прорычал Волконский и тут же расплылся в ослепительной улыбке, - Ну ничего! Есть и другие варианты! Слюна оборотня обладает поистине целительными свойствами!
Евгений раздвинул ноги Рюрика чуть шире и, не колеблясь, уткнулся носом прямо в его отверстие между ягодиц. Но это было еще пол беды! Волконский, не теряя времени, сначала прикоснулся губами к дырке Палача, а потом принялся вылизывать его задний проход.
- Нет! - стыдливо вскрикнул Рюрик, пытаясь сжать ноги и уползти, но кто бы его слушал.
Язык оборотня скользнул внутрь, проникая достаточно глубоко, что окончательно лишило Палача разума и дара речи. Он только постанывал, алчно двигая бедрами, когда язык пытался покинуть его нутро. Между ягодиц стало сыро, а по внутренней стороне бедер потекло. И когда чувства достигли предела, и захотелось еще, больше, Волконский резко замер и оставил его истерзанное отверстие в покое. Правда, ненадолго.
Через секунду ноги Рюрика вновь оказались на плечах Евгения, а пальцы оборотня опять атаковали не пришедшую еще в себя дырку. Не церемонясь, Волконский пропихнул внутрь сразу две фаланги. Рюрик забился на кровати, словно попавшая в сети рыба. Он не понимал, что лучше - соскочить, или наоборот - податься навстречу.
Пальцы Волконского определенно вытворяли что-то дикое - Рюрику было хорошо и плохо одновременно. Хотелось то орать, то просто проглотил свой язык. Но эта пытка внезапно кончилась - Евгений вытащил пальцы, и Палач даже почувствовал себя неуютно - внутри стало пусто.
- Расслабься, хороший мой, - дернул уголком губ Волконский, и Рюрик зажмурился.
Палач не был дураком и понял, что к чему. Вот сейчас он окончательно лишится девственности…
Рюрик сжался, будто ожидая удара. Волконский хмыкнул и без разговоров прижался своими губами ко рту Палача. От неожиданности Рюрик чуть не подавился. Он немного не этого ожидал, но… Так было хорошо. Очень хорошо…
Язык оборотня проник в рот человека, не встречая сопротивления, и Палач почти заскулил. Оказалось, что когда твои губы кусают, а твое небо вылизывают - весьма приятно. И пусть ты бревно, главное, что рядом есть тот, кто знает, как лучше… Рюрик окончательно обмяк, позволяя Волконскому все.
И вот тогда, когда Палач совсем расслабился, Евгений предпринял хитрый маневр - в отверстие Палача стало проталкиваться кое-что покрупнее пальцев. Рюрик застонал в губы Волконского. От боли даже слезы выступили. Их поспешно вытерли ловкие пальцы…
- Все будет хорошо, драгоценный, - выдохнул Волконский в висок Палача, - Дыши глубже… Слюна поможет…
И правда, через пару минут стало легче. Боль начала отходить на задний план…
Рюрик дышал полной грудью, чувствуя легкие поцелуи на своих щеках. Не выдержав этих щекочущих бабочек, Палач приподнялся и обнял Волконского за шею, согнувшись чуть ли не в бараний рог.
- Давай, - прошептал в ухо оборотню человек, - Я готов.
Евгений потерся носом о челюсть Рюрика и начал осторожно двигать бедрами. Сначала Палач только жмурился - стало еще невыносимее, но потом человека словно огнем опалило. Было и больно, и невообразимо хорошо. Внутри все будто зудело, и лишь Волконский мог унять это странное ощущение.
- Ммм… - невнятно промычал Рюрик, обращаясь к оборотню, но не зная, что конкретно он хотел.
Женя понял и без слов. Он принялся двигаться быстрее, и Рюрик начал активно подмахивать, пытаясь схватить Волконского за шею и слепо тычась ртом в его губы. Влажное тело Палача ездило по простыне, не выдерживая такого напора. В конце концов, Евгений прекратил мучения Рюрика и, полуобняв его за талию, посадил человека на свои бедра, не выходя из него. Все стало острее и ярче. И боль, и удовольствие усилились.
Волконский буквально поднимал и опускал Палача на свой член. Рюрик держался за шею оборотня и глушил свои стоны, остервенело покусывая плечи Жени. Еще бы они были обнаженными…
Так продолжалось несколько минут, пока Волконский не осатанел, начиная буквально подкидывать Рюрика над собой и входя в него слишком быстро и резко… Палач почти завыл в голос, но Евгений и тут нашел выход - оторвал человека от своего плеча и заткнул самым действенным способом - поцеловав.
Рюрик мычал в губы Волконского, пока Женя не проник особенно глубоко, внезапно замерев. В этот же миг оборотень провел ладонью по истекающему смазкой члену Палача, и человек задергался, будто в судорогах, обильно пачкая семенем их животы. После этого Волконский аккуратно выскользнул из Рюрика, и Палач почувствовал, что по его ногам течет что-то более вязкое, чем слюна…
Эмм… Краснеть было уже поздно?
Но Евгений не дал ему предаться рефлексии. Он нежно обтер Рюрика простыней и завалился на него сверху, прижимая к матрасу.
- Я прошел тест-драйв? - неуверенно пролепетал Палач, утыкаясь носом в горло Волконского, - Ты не сожрешь меня?
- Я уже сожрал тебя, милый, - фыркнул ему в макушку Евгений, - Закрывай глазки…
И Рюрик действительного отрубился, как по команде.
***
Палач с трудом разлепил тяжелые веки. Тело болело так, будто он двадцать четыре часа подряд разгружал вагоны. Задница, на удивление, не тревожила.
Слюна животворящая, не иначе!
Рюрик прижался к плечу Евгения сильнее. Оборотень, видимо, пока Палач спал, прикрыл его одеялом и сдвинулся чуть вбок, больше не придавливая человека своим весом.
Князь почти задремал, когда заметил, что Волконский больше не спит - глаза оборотня были чуть приоткрыты. Они задумчиво застыли в районе потолка.
- Жень, все в порядке? - едва слышно прошептал Рюрик, почти заползая на его грудь.
- Я кое-что умолчал, - будничным тоном поведал Волконский, - Волчеягодник обладает еще одним свойством…
Рюрик не выдержал и разразился истеричным смехом, перебивая оборотня.
- И какое еще свойство? - нервно выпалил Палач, - Лечит понос и золотуху? Это панацея от всех болезней?
Волконский чуть повернул голову в его сторону. В глазах оборотня плясали черти.
- Нет, он открывает истинные желания, - насмешливо ответил Евгений.
- Ну и что? - хмыкнул Рюрик, устраиваясь удобнее на животе Волконского, - Разве это и “срывает тормоза”, как ты говорил ранее, - не одно и то же?