Мне важно этой ночью (СИ)
Поднимаюсь на ноги. Смахиваю крупные капельки слёз. Хватит жалеть себя. Я знала, на что именно шла. Так нужно было. А о моральной части своего поступка я потом когда-то подумаю.
Иду в душ, стараюсь быстрее привести себя в порядок. Так будет лучше – уйти из этого номера, а не остаться. Он может потребовать продолжения нашей ночи, но я не уверена, что смогу ещё раз сделать это для него. Не в нём дело. Он действительно запоминающийся любовник. По таким охотно скулят девушки, желая заполучить в постель. Дело во мне и только во мне. Голове нужно осознать, что это случилось, что уже не будет так, как прежде.
Только сейчас до меня дошло, что в принципе этот мужчина занялся необъяснимой для моего ума благотворительностью. На кой черт ему платить завышенную цену за секс с сумасшедшей стриптизёршей-девственницей? У него и без денег отыщется море желающих покувыркаться в кровати. Загоняюсь. А зачем лишний раз добивать себя этими размышлениями. Не хочу. Только не здесь, не сегодня, потом когда-то.
Поспешно надеваю платье, вылетаю в комнату. Отлегло. Спит мой принц богатырским сном посреди комнаты. На моём грустном лице появилась вымученная улыбка. Даже такой он красивый. Повезёт же кому-то.
Свои трусики нахожу возле кровати. Уши тут же вспыхнули, когда вспомнила, как именно пальцы мужчины шалили у меня между ног. Это было непривычно. И стыдно, и в тоже время хотелось нескромно сказать, чтобы не прекращал. Боялась лишний раз слово мяукнуть, чтобы не передумал. Если ему нравятся молчаливые девушки, пришлось исполнять желание клиента.
Деньги! Я едва о них не забыла. Уже схватил рукой ручку, меня прострелило напоминание: ты что-то забыла! Экстренно вспоминаю указку, ищу конверт и пересчитываю купюры. Горло сжимает новым спазмом. Не срочно нужно на воздух.
Я покидаю этот номер настолько быстро, настолько мне позволяют мои ноги. Прячу деньги в сумочку и прижимаю её к своему животу. В огромном фойе чувствую на себе пристальные взгляды администрации. И словно на лбу высвечивается клеймо: подстилка. Ускоряю шаг. Плевать. На всех и всё. Я должна была. Лишь бы помогло, лишь бы мама жила.
7 глава
Прошло полтора месяца- Агния Петровна, я вернулась. Сейчас готовить чай или позже, когда поужинаем?
Я вошла в красивую квартиру, где проживала последний четыре недели на полном обеспечении. Работа здесь была не пыльная. Можно, даже сказать очень приятная. Моя подопечная – милая старушка, даже не так: милая дама неопределённого возраста. Выглядела она всегда превосходно в свои семьдесят пять.
Я прислушалась. Моя подопечная в это время любила слушать что-то ностальгическое из огромной коллекции старинных пластинок. Раритетный проигрыватель стоял в красивой светлой гостиной. И да, именно там происходил сеанс дневного релакса. В тот момент лицо Агнии Петровны излучало молодость, свежесть. Она прикрывала глаза от удовольствия и словно перемещалась во времени на десятилетия назад. Молодая, амбициозная женщина, которая многих кавалеров сводила с ума.
До этой фартовой работы я всяких пациентов видела, терпела. А, соглашаясь на эту работу, не подозревала, что мне наконец-то выпадет настолько счастливый билетик. И я буду медленно, но уверенно выползать из кокона, в который меня загнала смерть мамы. И стараться позабыть, если не стереть из памяти, скотское отношение ко мне отца, который решил, что я могу решить его проблемы.
- Я в спальне, Диночка, - слышу голос из другого конца квартиры. - Займись ужином и выпей чаю сама, я что-то слегка устала и решила прилечь.
Да какой уж там чай? Я тональность голоса Агнии Петровны изучила от А до Я. Бросаю пакеты с покупками среди прихожей, сбрасываю босоножки и бегу в спальню. Черт, я видимо задержалась, а моё подопечной стало нехорошо.
- Что случилось? Опять давление? Вас не тошнит?
Я хватаю тонометр и бегу к кровати.
- Всё хорошо, убери это, - кивает на тонометр, - всё хорошо. Просто неприятный телефонный разговор, не бери в голову. Всё, передумала, завари чаю нам обеим.
Я наконец-то замечаю, что женщина немного бледновата. И кто посмел обидеть эту прекрасную старушку?
- С мармеладкой, как вы любите? Или с зефиром? - присаживаюсь на край кровати и беру руку Агнии Петровны, считаю пульс.
- С зефиром, Диночка, - она дожидается, пока я отпущу её руку, и тогда встаёт. - Сын звонил, - говорит нехотя. - Когда он долго не звонит я забываю, какой он тяжёлый.
- Какие-то проблемы? Или вы не готовы об этом говорить?
Я не привыкла настаивать. Обычно люди сами хотят облегчить душу и выговориться. Я же просто слушаю, так лучше. Да и состояние пациентов заметно улучшается. Что порой нужно одиноким людям? Правильно – общение. А я ещё ни разу не видела кого-то из близких Агнии Петровны в этой огромной квартире в центре мегаполиса.
- Не стоит даже разговора, - раздраженно отвечает старушка, - соизволил поиграть в заботливого сына.
Одергивает себя:
- Да что о нем говорить, лучше расскажи о своём дне.
- Всё хорошо, сегодня я официально в отпуске, поэтому мы сможем с вами со спокойной душой гулять в парке и никуда не спешить.
Помогаю Агнии Петровне выйти из спальни. И пока она рассматривает свою прическу в зеркале, поднимаю пакеты.
Идем на кухню, старушка присаживается в ее любимом кресле у окна и спрашивает:
- Разве я тебе мало плачу? Бросила бы эту вторую работу.
Я едва не подавилась кусочком банана, когда услышала о второй работе. Некрасиво недоговаривать, но нужно ли знать моей милой старушке о том, что я не только в больнице работаю, но и на выходных танцую стрип-пластику.
- Я думаю об этом, но кредит в банке нужно платить регулярно, - едва выдавливаю из горла давно известную Агнии Петровне информацию.
Я ловко включаю чайник, бегаю по кухне и стараюсь не думать о прошлом.
- Точно мало плачу, - утвердительно говорит старушка, глядя на мои передвижения. - Надо поднять тебе жалованье.
Емаё! Хорошо что я ей не называла суму всего долга. Чтобы потом было бы, услышь она подобную информацию. Считать Агния Петровна умеет прекрасно. Того жалования, что я получаю у неё, едва хватает на погашения одного кредита. На второй я вкладываю заработок в клубе. И те копейки, что получаю в больнице, мне остаются на проживание. И это спасает тот факт, что в этой квартире у меня есть своя комната.
- Вот только давайте не будем о моих долгах. Лучше расскажите, куда мы завтра с вами пойдём. Есть предпочтения?
- Никуда, к сожалению. Завтра мы принимаем гостей, девочка. Приедет мой любимый внук, нужно хорошо его встретить.
- Охох, это важный момент. Тогда давайте решим, что же вкусненького приготовим к приезду вашего внука, - хлопаю в ладоши, а потом ставлю перед нами чай…
8 глава
Дина- Агния Петровна, ваш пирог скоро поспеет. Ароматы божественные. Люблю корицу и выпечку в вашем исполнении.
Я метлой мотаюсь по дому, в последний раз проверяя, всё ли идеально. Безупречно. И главное – именно так, как любит хозяйка дома. Проверив все в очередной раз, бегу в кухню, чтобы убедиться, что хозяйка квартиры там справляется одна.
Я настолько волнуюсь, что не могу объяснить своё состояние. Интригу, которую держит Агния Петровна меня просто разжигает. Ничего толком не рассказывает о внуке, говорит, что нужно просто знакомиться и узнавать человека в общении. Окей.
Бегу в кухню, с ноги слетает тапок. Я смеюсь, когда вижу, что он залетает под шкаф.
- Что-то случилось, Диночка?
- Тапок убежал под шкаф.
- Ты там не ударилась?
- Вы что, я же бывшая гимнастка и танцовщица, грация – мой конёк, - смеюсь и опускаюсь на четвереньки, рукой тянусь за тапком, прогибаясь словно кошка.
ДимаЯ негромко вошёл, почему-то решив, что бабуля спит. Не знаю с чего заклинило, наверное внезапный звонок от отца и новости о ее здоровье и самочувствии после инсульта, засели в подкорке. Не хотел представлять ее больной. Было стыдно, что был не в стране, стыдно, что пропустил, и как только узнал сразу прилетел.