Приз (СИ)
Кое-как высидев положенный срок, Кларк встала и негромко сказала:
— Прошу прощения за такую бестактность, но я бы хотела удалиться к себе наверх. Я немного устала сегодня днем и хотела бы прилечь отдохнуть. Большое спасибо за нанесенный визит, леди Блейк, — и в этот момент она не могла не удержаться и не добавить, — ваш прием вчера был просто образцовым.
Октавия смотрит на нее с понимающим взглядом. Смотреть на Беллами Кларк по-прежнему отказывается.
— Мы с нетерпением ожидаем вашего визита к нам, леди Гриффин, — немного взволнованно отвечает ей Октавия, — вы вчера не видели и половины нашего поместья!
Кларк вежливо благодарит за приглашение, но не обещает прийти. А потом, наконец-то, поднимается в свою комнату.
Она хочет, чтобы Блейки побыстрее убрались из ее жизни и из ее дома.
В эту ночь она спит как убитая. Наверное, перенесенные волнения дают о себе знать.
На следующий день утром приходят пригласительные карточки на ланч от Блейков и Уиков. Кларк просто выбрасывает их в мусорную корзину. Ее одновременно раздражает и злит вынужденное затворничество. Она скучает немного по Октавии, но не настолько сильно, чтобы рисковать встречей с Беллами. Этот день она проводит с отцом, читая разные бумаги и изучая технологии выращивания и перевозки хлопка. Отвлечься не получается. Она не может жить здесь спокойно, зная, что Беллами где-то так близко.
Но через два дня она просто физически не может сидеть дома. В Саванне проходят ежегодные благотворительные скачки, а Кларк умирает от желания прокатиться на лошади. Она направляет записку Финну, которого очень несправедливо игнорировала последние дни, попросив сопровождать ее.
И вот они за городом, недалеко от ипподрома. Кларк просит оседлать ей самую быструю лошадь, желательно кобылу. Ей плевать, что это мужской заезд и что женщины не участвуют в скачках, она просто хочет прокатиться на лошади. Думая, что если она усядется еще и по-мужски в седло, чем окончательно шокирует аристократию еще и в Новом Свете, Кларк просит оседлать седло по-женски. Потом спрашивает самый безлюдный маршрут и рысью направляется в сторону от приема.
Мгновенно становится легче. Она двигается не очень быстро, наслаждаясь быстрыми и плавными движениями кобылы. Кажется, будто бы она в их поместье в Англии, никуда и не уезжала. В раздумьях, она совсем не заметила быстро подъехавшего к ней всадника. Подняв взгляд, она увидела перед собой лицо Беллами Блейка.
========== Глава 17 ==========
Они молча смотрят друг на друга, пока Кларк первая не нарушает молчание:
— Надо же, грязный пират научился держаться в седле? Думаешь, надел фрак и стал джентльменом? Грязь невозможно скрыть, Беллами, — ее голос звучит с нескрываемой насмешкой и снобизмом. Она ведет себя как богатая и избалованная стерва.
— Я хотел поговорить, Кларк, — умоляющим голосом говорит он ей, — пожалуйста, выслушай меня!
— Леди Гриффин, — жестко обрывает она его, — я выше тебя титулом, поэтому ты должен обращаться ко мне именно так.
— Мои чувства к тебе — все было по-настоящему, — торопливо перебивает он ее, — я правда любил тебя. И до сих пор люблю. Кларк, я просто боялся за свою сестру, твой отец организовал на нас охоту и мы едва успели скрыться…
— Избавь меня от своих оправданий, лорд Блейк, — равнодушно обрывает она его, — я смотрю, денег хватило на достойную жизнь? Даже удалось купить титул?
— Я вернул деньги твоему отцу, Кларк, — вымученным голосом говорит он, продолжая сверлить ее умоляющим взглядом.
— Ты лжешь, — мгновенно парирует она, с ненавистью глядя на когда-то так любимое лицо, — отец бы сказал мне об этом.
— Это правда, — твердо говорит Беллами, — как только у меня появились средства, я начал копить их для твоего отца. Я поступил нечестно по отношению к тебе.
— Да неужели? — горько спрашивает она его, обводя взглядом окрестности вокруг. Нужно уезжать отсюда как можно дальше и как можно быстрее.
— Оставить тебя там было самым трудным решением в моей жизни, Кларк. Я не мог остаться, ты же знаешь. Моя сестра и мои люди были бы в опасности, нескольких из нас ранили при передаче тебя отцу. Ты же не глупая, Кларк! Ты же знаешь, что у меня не было выбора!
— Даже если это и так, зачем ты сейчас мне все это говоришь? — ее лошадь немного нервно делает несколько шагов вокруг его жеребца.
— Потому что я до сих пор тебя люблю, Кларк! Я никогда не переставал.
— Да, и твоя невеста очень хорошо подтверждает это, — со злой усмешкой говорит она ему, натягивая поводья для отъезда.
— Она — ничто для меня, Кларк. Я вчера разорвал помолвку…
— Меня это не касается, лорд Блейк…
— Я выбрал ее только потому, что она так сильно похожа на тебя, Кларк, — с тоской в голосе говорит он ей. И Кларк чувствует, как впервые с начала их разговора, ее дыхание немного сбивается. Смутные ростки жалости начинают прорастать в ее душе. — Я просто хотел иметь детей, знаешь? И чтобы они были светловолосые и голубоглазые. Тогда я мог бы представлять, что это наши с тобой дети, Кларк.
Последняя его фраза ударила ее в самое сердце. Дети. Их воображаемые дети.
Он давит на больные места.
— Думаю, ты всем своим шлюхам говорил это, да? Скольких еще ты трахал на кровати в своей каюте?
— Никого, — жестко говорит он и впервые голос звучит немного рассерженно, — ты строишь сейчас из себя полную дуру, Кларк. Ты способна отличить настоящие чувства от фальшивых. Я знаю это.
— Хочешь мне помочь? — зло шипит Кларк, наклоняясь к нему немного ближе и глядя опять прямо в его глаза, — убирайся из моей жизни, лорд Блейк. Или мне, к огромному моему сожалению, придется прервать мою такую счастливую до встречи с тобой поездку, и вернутся быстрее в Лондон.
— Я люблю тебя, Кларк, — спокойным голосом говорит он ей.
И она верит ему. Чувствует, что он говорит сейчас правду. Но это, в общем-то, ничего не меняет.
— На днях мы объявим о моей помолвке с мистером Финном Коллинзом, — счастливо улыбается она ему, — я влюблена в него, знаешь? Как когда-то была влюблена в тебя. Но ты — грязный пират, ничего не сможешь мне дать. А Финн — настоящий джентльмен, верно?
— Что, он целует тебя так же, как и я? — глаза Беллами стали темными от едва сдерживаемой ярости и ревности, — ласкает так же, как и я?
— Даже лучше, — мстительно говорит ему Кларк, — убирайся из моей жизни, Беллами. Иначе я всем расскажу о твоем тайном прошлом. И репутация твоей сестры погибнет навсегда.
— Ты этого не сделаешь, ты не такая, — недоверчиво говорит он ей.
— Ты сделал меня такой. Прощай, Беллами, — и наконец-то, она пускает лошадь в галоп, направившись обратно к ипподрому.
Очередной безнадежно испорченный день. Кларк дрожит, снимая с себя перчатки и пытаясь восстановить дыхание. Не получается. Вообще не получается. Она садится на кровать и слезы текут по щекам. Все кончено. Ее спокойная и размеренная жизнь окончена. Сегодняшний разговор с Беллами всколыхнул самые тайные уголки ее души. Она чувствует себя такой несчастной и разбитой. Больше всего на свете ей хотелось броситься к нему в объятия и почувствовать вкус его губ. Желание просто нестерпимое и непреодолимое. Она не может думать ни о чем другом, кроме как о нем. Об их разговоре и об их времени, проведенном на «Вызове».
Кларк ненавидит себя за то, что верит ему. Где-то на краю сознания бьется мысль, что прости она его сейчас, то все ее мучения закончатся. Она может остаться жить здесь вместе со своим отцом, они бы поженились и жили бы, как она всегда и мечтала. Что ей мешает так поступить? Его ложь и обман, так сильно ранившие ее тогда. В полном расстройстве чувств она остается у себя в комнате до самого утра следующего дня.
Она не видела мистера Хартли, появившегося поздно вечером. Он тихо зашел в кабинет ее отца и передал ему какую-то бумагу. Прочитав ее, Джейк Гриффин ошеломленно посмотрел на своего поверенного: