Дисконект. Отключи меня от сети (СИ)

— Почему вы с самого начала не сказали мне как относитесь к такому выродку, как я? — моим голосом можно было сейчас точно так же заморозить, как голосом Терезы.
— Не имел такой возможности, потому что Сай слепо обожал всех своих подопечных. Когда я… Все эти годы я хорошо видел, кто есть кто!
Джей-ши развернулся и ушел через проход в другую часть салона, и только мой взгляд проследил за этим, как я окликнул его опять:
— Вы слепнете, Джей-ши, — мужчина замер, держа темно-зеленую ткань в руках, и казалось натянулся как струна, — Так ведь? Поэтому вы сейчас вымещаете свою боль на мне? Боитесь потерять зрение и стать никем? — я поднялся и взял с пола то, что обронил мужчина, который медленно повернулся ко мне, а когда увидел в моих руках флакон с каплями, я прошептал:
— Катаракта или глаукома? Что из этого является последствием того, что произошло в Петрограде, Джей-ши?
— Тебя это совершенно не касается, — он вырвал флакон из моих рук, и скрылся за полотном, которое разделяло части салона.
"Действительно… Но вот как тогда вас касается чей, мать его, я сын? Торговки, шлюхи или нормальной женщины?" — боль сдавила в груди так, что мне на мгновение стало трудно дышать, а отпустило, когда я шел по терминалу аэропорта Борисполь и в толпе встречающих видел фигуру в чёрном.
Тереза стояла в обычных бойфрендах, байке и кожанке, однако ее лицо неизменно скрывала черная маска и капюшон.
Мы не проронили ни слова, не поздоровались, не сказали ничего! Однако как только нас окружила охрана и мы пошли в сторону запасного черного выхода, я ощутил, как мягко наши руки просто прикасались, пока Тереза шла рядом. Одно касание, второе… Совершенно невзначай, потому что мы шли одной толпой к выходу.
Однако, когда я уже хотел взять её за руку, Тереза сделала это сама. Грубая ткань перчатки, не дала ощутить насколько холодная её кожа, но то с какой силой мою руку сжали в своей, заставило улыбнуться и тихо произнести:
— У меня есть компромат на бывшего агента американских спецслужб. Ты охренительно красиво улыбаешься, Тереза.
— У меня тоже есть на тебя кое-что, красавчик! — холодно и зло произнесла Тери, сжав мою руку так, что я сжал челюсть, — Ты невероятно хорош и фотогеничен. Особенно когда тебя со всех сторон снимают камеры! Скажи мне, ты помнишь что обещал мне?
— Помню, — отбросил ребячество и остановил Терезу рывком руки.
Остальные оторвались от нас на достаточное расстояние и я чётко произнес:
— Я помню что пообещал тебе не умирать! Так и будет!
— Глупый идиот! — рыкнула Тереза, и прошлась по мне холодным взглядом, а я словно по голове получил чем-то тяжёлым.
— Не делай так! — шикнул не менее холодно.
— Так — это как?
— Не заставляй меня переходить границы при всех, Тереза.
— Интересно, что тебя так возбудило, Тиен? Обычно мужики тают от совершенно других тональностей в голосе.
Я резко притянул Тери к себе и наклонился прямо к её уху:
— Обычно мы не от голоса таем, крошка. А от того, что заставляет этот голос рваться наружу, — Тереза медленно расслабилась и прислонившись лбом к моему плечу, провела вверх по рукаву моего пальто ладонью.
— Видимо моя вера вселила в тебя слишком много самоуверенности, Тиен.
— Нет. Она лишь показала мне ценность того, что у меня есть такой человек, Тереза. Единственный, который поверил в меня не смотря ни на что!
 
Тереза подняла лицо и тихо прошептала:
— Очевидно ты уже знаешь, что двойник Сая это не Чон Хван Ай.
— Да.
— Тогда ты должен знать и то, что останки тела этого парня три дня назад выловили в канале на северном побережье Калифорнии.
Моя рука буквально смяла ткань куртки Терезы в кулак.
— То есть…
— Его убили примерно месяц назад, Тиен. Естественно я проверила предположения о том, что Хван Ай стал двойником Сая. А поскольку мы с Эн приняли решение установить круглосуточную слежку за парнем, когда я только приехала в Корею, то известие о том, что Хван Ай покинул Штаты, только укрепило мою уверенность что это правда.
— Но ты решила проверить? — я прищурился, а Тери кивнула.
— Слишком уж это выглядело неоднозначно. Какой толк парню, который отсидел четыре года в колонии и сбежал в Штаты из-за Сая, уродовать себя и заниматься такими дикими вещами? К тому же… По словам Роксаны, Хван Ай никогда не занимался акробатическими танцами. А научиться этому в колонии, явно невозможно. И ты подтвердил мои догадки, когда я наблюдала за твоими тренировками.
— Этому учатся не один год, милая, — я кивнул и почувствовал как Тереза замерла и окаменела разом.
— Что…
— Я не перевариваю эту сопливую хрень, Тиен! — холодно отрезала Тереза и добавила, — У меня есть…
Я посмотрел по сторонам и заметив только двух парней из охраны в коридоре, резко стащил маску с её лица и буквально закрыл рот поцелуем.
За считанные секунды вся кровь прилила в пах, и я чуть не вжал Терезу в себя. Она мягко промычала в мои губы, когда наши языки встретились, и это только усугубило мою проблему в штанах, поэтому я нехотя оторвался от Тери.
— Я соскучился, — посмотрел в глаза Терезы и увидел в них точно тоже самое.
Но ответила она естественно совершенно другое, и в своём стиле:
— Это уже приятнее слышать, красавчик.
Тереза
За спиной слышалась неспешная беседа женщин. Они что-то долго обсуждали. Какие-то выходы, раскадровку и прочие детали, которых я совершенно не понимала, да и не было нужды вникать. Их разговор был подобен фону для моих собственных размышлений.
Я смотрела из широкого окна, которое полукругом уходило в импровизированную мансарду высотки, на дорогу. Этот город отличался всем. Это правда, когда говорят что мир настолько необычен и разнообразен, насколько много народов в нем живут. Штаты отличались от Кореи, она же напрочь не была похожа на Украину. Всё другое, и в тоже время понятно, хотя сделано по своему.
Когда я сегодня входила в здание одного из университетов, мне вспомнилась командировка в Западную Европу. Там тоже точно такие же здания, на которых стояли каменные горгульи, бюсты учёных внутри вестибюлей, и карты выложенные мозаикой под ногами.
 
Странно, однако я рада, что судьба показала мне и этот уголок мира, в котором я живу. Однако жаль, что я опять ошиблась. Такого запутанного и странного дела у меня не было никогда. Сколько бы раз не вспоминала, что мне приходилось расследовать, ни разу не получалось вспомнить, чтобы агент Холл наделала столько ошибок.