После выпускного (СИ)

Подвальный этаж городского дома Волковых, судя по моим ощущениям, выходил за пределы основного строения. Была ли это игра с пространством, или так и задумывалось архитектором, строившим этот дом заранее, нельзя было сказать, но то, что длиннющий коридор с трубами по потолку и множеством кабель-каналов уходил куда-то за горизонт, вот это было совершенно очевидно.
— Ну, во всяком случае, выяснить, откуда здесь появились незваные гости, будет очень даже просто. Где-то там точно есть выход наружу, и кому, как не Софье знать о его существовании, — пробормотал я себе под нос и, стараясь двигаться как можно тише, двинулся к первой двери, от той, которая вела к бассейну. Если здесь нет камер, то я вполне могу оставаться некоторое время незамеченным, потому что цокот каблучков, быстро удаляющихся в обратном направлении, эхом отражался от стен этого бесконечного подвала, маскируя любые другие звуки. 
Первая комната оказалась техническим помещением непосредственно бассейна, заполненное бесконечными рядами труб, изолированных кабелей и огромной системой очистки воды. Которая еще и кроме всего прочего рециркулировала с определенным циклом. Не удивлюсь, если во время моего следующего посещения этого дома, вода в бассейне будет абсолютно чистой и никаких признаков дохлого крысюка я не обнаружу, потому что в углу точно стоял утилизатор органических отходов, сиреневое свечение которого говорило о наличии магической составляющей. А может быть, именно эти компоненты, сделавшие воду чистой насильственным путем, с применением неизвестных химикатов и магии, смешавшись с адамантиновой пылью на пуле, и сделали так, что рана не смогла затянуться до конца? Надо будет обязательно Любаше и Алдышеву показаться, потому что как бы я не успокаивал Эльзу, сам начинал постепенно паниковать, осознавая, что мой дар и вода явно не являются панацеей от всех болезней. Закрыв дверь, я двинулся к следующей. 
Моя версия о том, что злоумышленник выпустил крысюка где-то возле комнаты с бассейном, не оправдалась. Я прошел уже треть коридора, когда наконец до моего слуха донесся посторонний шум, резко отличающийся от того, что издавали трубы, шумящие даже в, казалось бы, нежилом доме. Громкий стук и приглушенный голос, явно не были естественным фоном работающих механизмов. Звук раздавался из-за очередной двери, подойдя к которой я прислушался. Стук повторился, затем раздался скрип, словно кто-то что-то двигал, после чего послышались приглушенные маты. Дольше думать я себе не позволил. Дверь открывалась во внутрь, поэтому я, не мудрствуя лукаво, вышиб ее ударом ноги в район замка, и, когда она распахнулась, выстрелил в мелькнувший силуэт. Раздался грохот падающего на пол тела и приглушенный стон. Ну это-то и понятно, Эльза выдала мне пистолет Софьи, с пулями, оснащенными весьма неприятной начинкой, снабженный глушителем. Не убирая пистолета, я спокойно вошел в комнату и присвистнул — это была настоящая лаборатория, виварий которой был заполнен уже даже не шевелящимися тушками крысюков, как обыкновенных, так и модифицированных. Клетки были отгорожены от остальной комнаты толстым непроницаемым стеклом, и, судя по клубящимся завихрениям, туда пустили газ, не удивлюсь, если тот же самый, который уничтожил ученых «Маготеха». А вот лежащий на полу человек, если честно, оказался для меня совершенно неприятным сюрпризом. 
Подойдя поближе, я ногой отшвырнул в сторону пистолет, который он все же успел вынуть и так и упал вместе с ним на пол, не в состоянии поднять рукой, в которой, судя по всему, была задета кость, на что я, собственно, и рассчитывал. Схватив его за шиворот и подняв, я толкнул этого урода, который с самой первой недели моего появления в этом мире пытался испортить жизнь, на стул и без всякой жалости связал руки за спиной, на обращая внимание на ранение. После этого сел напротив, призвал дар и брызнул ему в лицо ледяной водой, приводя в чувства. Бегло глянув на свое собственное ранение, я не заметил никаких изменений, да и боль вроде не усилилась, из чего смог сделать вывод, что, если не заниматься самолечением, то дар будет спокойно обходить эту дырку стороной. Мужик застонал и поднял на меня взгляд, в котором было столько ненависти, что я даже поразился, как его вообще еще не разорвало. 
 
— Ну что, Петр Сергеевич, поговорим? Может быть, я и сумею понять, за каким хером вы крыс модернизировали. Заметьте, я не спрашиваю, зачем вы Южанина взорвали, — и я кивнул на стол, заваленный, кроме всего прочего, элементами взрывных устройств. — Потому что это очевидно. 
— Я не собираюсь с тобой разговаривать, — и он плюнул в мою сторону, морщась от боли в простреленной руке. — Ты вообще понимаешь, о чем просишь, после того, как убил моего сына! 
— О, как, — я откинулся на спинку стула и задумчиво разглядывал исходящего злобой Лосева. — И кто вам сказал, что я как-то причастен к гибели вашего сына?
  
Глава 20
 
— Виталий Владимирович, к вам Руслан Петрович Лосев. Просит принять его, — я со злостью посмотрел на Дениса, и перевел взгляд на Любашу, которая в этот момент зашивала дырку в плече, использовав кусочек мышечных волокон, выращенных искусственно в лаборатории Егоровым. По сути, это были мои собственные клонированные мышцы, но сам Егоров, который в момент изготовления заплатки и осмотра выглядел предельно серьезным, я его таким никогда не видел, сообщил, что это временная мера, и что имплантат может в любой момент отторгнуться. К счастью рана в легком вроде бы зажила нормально, но тут — надо думать. Он не исключил, что повлиял состав воды, со всеми примесями, химией и магической очисткой, поэтому попросил привезти ему образец воды из уже моего дома.
— Пусть подождет, или проваливает, — сквозь зубы ответил я, чтобы сдержать рвущуюся наружу совсем уж площадную брань, потому что любая манипуляция с раной была настолько болезненной, что я даже не сдерживал слезинок, собирающихся в уголках глаз. Все усугублялось тем, что попытка обезболить приводила к тому, что рана увеличивалась. И это было совсем нехорошо, особенно, если учитывать, что такого никто никогда из моего окружения не видел.
Даже странно, что прошли всего сутки с того времени, когда я вышел из подвала и наткнулся на целую делегацию, спешащую ко мне, включающую Вихрова, Вяземского и Андре. Вяземский долго смотрел на меня, затем протянул куртку, не преминув заметить.
— Как бы, Виталий Владимирович, ходить обнаженным, хоть и по пояс, не вошло у вас в привычку, — а вот Вихров обратил внимание на другое.
— Вы ранены? — я в это время, морщась, надевал куртку, прекрасно понимая, что быстро это не пройдет и нужно как-то приноравливаться.
— Не смертельно, — коротко ответил я. — Саша, уберите трупы, один в библиотеке, куда мы сейчас пройдем, — я кивнул юристам, — второй в подвале. В комнате с трупом в подвале ничего не трогать, там сначала должны разобраться Алдышев со своей командой.
Не глядя больше ни на кого, я направился к библиотеке, слыша только стук каблуков Андре у себя за спиной. Там, просто переступив через тело Софьи, я подошел к картине.
— Кирилл, убери ее, я сейчас не смогу выполнять подобные упражнения.
Когда картина была убрана, я достал ключ из кармана штанов, открыл сейф и просто ткнул пальцем в разложенные на полках футляры. Андре вытащила какой-то прибор и быстро просканировала пространство, затем открыла один из футляров. От блеска камней зарябило в глазах.
— Бог мой, — ошарашенно пробормотала она, дрожащей рукой ставя футляр на место.
 
— Софье нужно было это, вдобавок к книгам, — и я указал на столик, куда Эльза аккуратно положила оба экземпляра Книг знатности, украденных из Кастла и Дворца Совета Кланов соответственно. — Здесь практически все активы Волковых, переведенные в бриллианты. Папаша благоразумно хотел сбежать, но ему не удалось из-за моих чересчур прытких, но совсем безголовых, родственничков. Андре, быстро хватай Варвару Степановну и покупайте в собственность клана все, что принадлежало Волковым. Не удивлюсь, что и в других зданиях нас могут ждать подобные сюрпризы, если Софья и ее братец не добрались до них первыми. Думаю, что содержимое даже этого сейфа покроет наши расходы.