Путь в Империю

Действительно островные квагеры, к которым и принадлежал поднявшийся на мостик помощник капитана Плеск, были крупнее и темнее своих собратьев с материка. Сородичи Плеска обитали за сотни лиг от своих материковых родственничков, на длинной гряде островов в Северном море, откуда и пошло их название.
Оба вида квагеров, как и большинство разумных рас в этом мире были прямоходящими. Ростом выше среднего человека, но слегка сутулыми, из-за чего казались ниже, чем есть на самом деле. На фоне остальных антропоморфных рас квагеры выделялись могучими плечами гребцов, тонкой талией и мускулистыми бедрами, чем-то напоминая капитану песочные часы. Имели по две перепончатые руки и две ноги с длинными ступнями-ластами, благодаря которым легко покоряли водные просторы. Но первое что бросалось в глаза при встрече с квагером это не необычная фигура, а его лицо. Точнее морда, почти напоминающая лягушачью. Широкая горизонтальная пасть, лупоглазые, прикрытые полупрозрачным веком глаза, два небольших носовых отверстия.
— Ква-ак обстанов-ква, ква-питан? — с характерным для своей расы акцентом на общеимперском спросил Плеск.
— Пусто, поглоти меня пучина, Плеск! — раздраженно буркнул де Гульден. — Сколько хожу под парусами, а такое впервые. Не пойму, что происходит. Где все торгаши, бушприт им в корму? В прошлый наш визит в эти воды здесь просто все кишело ими. А сейчас… Словно вымерло все!
На помощнике был серый плащ с капюшоном, застегнутый на изящную серебряную заколку, и когда Плеск останавливался, плащ полностью укрывал тело. Что поделаешь, на палубе в открытом море обычно прочная кожа квагеров трескается от солнца и ветра. Квагер с минуту задумчиво стоял, теребя заколку на груди.
— Море странное, ква-питан. Крок говорить — неживой.
Крок, был заместителем Плеска в абордажном отряде квагеров, а заодно разведчиком и диверсантом, а потому чаще других абордажников обычно погружался в воду.
— Неживое? — капитан отвел трубу от своего единственного глаза и вперился в помощника. — Что значит «неживое»? Темная магия?
— Нет. Не магия, — квагер отрицательно замотал головой. — Очен' мало рыба. Бол'шой рыба нета. Словно все кву-да-то исчезат'.
— Исчезать? — нахмурился де Гульден.
— Прятат'ся, — кивнул командир абордажников. — Страх. Боят'ся.
— Что-то распугало крупную рыбу? — уточнил капитан.
— Да, — снова кивнул квагер. — Распугало крупный. Осталось толь-ква мален'кий.
— И что же это могло быть?
Плеск замолчал и вгляделся куда-то вдаль. Его длинные темно-зеленые пальцы снова машинально обхватили брошь на плаще. Де Гулдьден нетерпеливо ждал ответа помощника, но не торопил. Наконец, квагер заговорил.
— Ква-гда дед моего деда был мал, он слышат' историю от старый слепой старейшина о Бол'шой Гунгва. Бол'шой Гунгва просыпат'ся один раз в многва-многва поква-лений. И ква-гда Бол'шой Гунгва просыпат'ся — все бол'шой рыба испугат'ся и убегат' далеква-далеква. Наша с Крок думат', Гунгва снова просыпат'ся тут.
— И что это за Большой Гунгва такой?
— У нас на остров-дом считат', что Бол'шой Гунгва — это крупный змея.
— Насколько крупная? — насторожился капитан, хотя не особо поверил в рассказ помощника. С другой стороны за все то время что он бороздил моря, он встретил много удивительных вещей, так что вполне допускал наличие еще какого-то невиданного морского существа.
— Бол'ше, чем наш корабль.
— Он для нас опасен? — нахмурился капитан «Корапии».
— Моя не знат' — пожал могучими плечами квагер. — Моя не видел Гунгва. Моя тол'ко слышат' о нем.
— Ясно. — Капитан развернулся и посмотрел на стоящего поблизости черноволосого смуглого человека в белых шароварах и кожаной голубой жилетке на голое тело. На его обнаженных руках переплетались причудливые татуировки, на шее висело несколько амулетов, на запястье парочка золотых браслетов, а за поясом торчал кинжал в дорогих ножнах. Заклинатель ветров, казалось, занимался своими делами, но, по сути, прислушивался к разговору капитана и помощника. — Слышал, Немо?
— Да, капитан, — кивнул корабельный маг и слегка взмахнул рукой. Опавший было на рее, парус вновь встрепенулся.
— Что скажешь?
— Может да, а может, нет. Лучше спросите Луиса. Он же у нас гидромант, а не я. Вода живая там иль мертвая — его стихия.
— Дело говоришь, — кивнул де Гульден. — Но ты это… На всякий случай обнови-ка свои чары. Гунгва там или не Гунгва, но сюрпризы нам не нужны.
— Уже, кап.
Почти все маги могли наводить чары иллюзии. Только вот не все могли поддерживать их достаточно долго, и лучше всего это удавалось воздушным магам. Но если с неподвижными объектами всё оказывалось более-менее просто, то с подвижными возникали сложности даже у них. «Корапии» в этом плане повезло. Немо был из числа тех, кто легко мог, как наводить, так и поддерживать иллюзию. Такой заклинатель ветров в кругах братства считался на вес золота и Гульден им очень дорожил.
Еще бы, уже не единожды «Черная корапия», замаскированная чарами Немо, без труда подкрадывалась к ничего не подозревающему торговому судну. Как правило, когда на корабле все же замечали угрозу, быстроходный корвет охотников за удачей был уже рядом, и становилось поздно — в воздух летели абордажные крючья, через борта наводились трапы, а из воды на палубу выпрыгивали вооруженные квагеры.
Обычно экипаж торговца сдавался без боя — команда и капитан предпочитали потерять скорее груз, чем жизнь. Ватье не был кровожадным. А еще он был практичным. И если обходилось без кровопролитья, то обычно охотники за удачей забирали все более-менее ценное и отпускали торговца восвояси. Зачем плевать в колодец, из которого берешь воду? Иногда он еще предлагал заклинателю или корабельному доктору, если такие оказывались на борту, влиться в ряды братства. Но если те отказывались — никаких карательных мерне учинял. Ну, нет, так нет.
Именно так, кстати, к ним на борт и попал Луис — беглый водный маг, чем-то насоливший Синдикату. Луис сразу оценил все перспективы сотрудничества, сразу же согласился и легко влился в коллектив. Тем более, что, несмотря на то, у Синдиката и Свободного братства отношения были более-менее дружественными, охотники своих членов не выдавали.
Но без кровопролития обходилось не всегда — иногда добыча оказывалась глупая и к тому же зубастая. На этот случай у Счастливчика тоже был разработан план действий. Пока основная часть команды «Корапии» брала штурмом борт плененного торговца, отряд Плеска проплывал под сцепившимися судами и высаживался на палубу с противоположного от схватки борта, атакуя держащихся позади основного боя офицеров и заклинателя. Удара квагеров в спину, как правило, оказывалось достаточно, чтобы сломить сопротивление торгового судна. В этом случае, команду и капитана (если тот оказывался еще жив) не ждало ничего хорошего.