Он меня достал. Она меня достала (СИ)
— Понял-понял. Ты готова принять наше вынужденное общение как данность, но это не означает, что ты будешь рада меня видеть.
— Именно, — кивнула Ника.
— Ну что ж, большего я и ожидать не мог. Но и это уже прогресс, — мужчина наклонился, чтобы достать что-то из рюкзака и честно признался: — я даже не был уверен, что ты с первого раза меня захочешь видеть.
— Считай — тебе повезло, — фыркнула Ника. — у меня просто не было выбора, раз я стою тут, — девушка развела руками, указывая на стойку администратора.
В этот момент в холл вышла Света с двумя чашками кофе.
— Ой, здравствуйте.
— Привет, Света. Кстати, ты отлично варишь кофе, — улыбнулся Громов и, как фокусник, вытащил из рюкзака коробку, перевязанную бантом. — А вот вам маленький подарочек для выработки эндорфинов, — с этими словами он поставил на стойку набор капкейков.
— Ой, как классно! — Глаза Светы тут же заблестели, и было понятно, что она еле сдерживается, чтобы не запрыгать от счастья, хлопая в ладоши.
— Спасибо, это очень мило, — искренне поблагодарила Ника. Как и любая девушка, она очень любила сладкое, а эти кексики буквально кричали о том, что их надо немедленно попробовать.
— Приятного аппетита. Тогда, до встречи, — бросил Алекс и направился к выходу.
Ника же опустила взгляд и только сейчас заметила, что на одной из кремовых верхушек был изображен смущенный смайл, а пестрела маленькая подпись «Sorry».
Черт, а ведь этот парень знает, как найти подход к девушке. По крайней мере, когда та уже немного остыла.
Серж заглядывал в «Эдем» не так уж и часто — во-первых, гостиничный комплекс находился слишком далеко от города, чтобы «просто заглянуть на огонек» во время рабочего дня, а, во-вторых, — у него были и свои обязанности. Конечно, в семье его всегда считали лентяем и бездарем, но это было далеко не так. В свое время, еще при маме, он очень удачно вложился в ночной клуб «Шанхай», который только планировали открывать его знакомые. Как результат — при хороших капиталовложениях проект стал приносить неплохую прибыль, и Сержу оставалось только следить за тем, чтобы клуб оставался популярным. Кстати, у него это хорошо получалось — если с цифрами и ведением документов у мужчины совершенно не клеилось, то делать крутую программу и создавать подходящую концепцию заведения ему было достаточно просто. Особенно при учете того, какие у него были связи и рычаги давления.
Веронике не особо нравился «Шанхай», но она всегда с интересом обсуждала вопросы, которые волновали жениха. Таким образом она показывала, что с уважением относится к его делу, хотя остальные родственники привыкли видеть в клубе только дорогостоящую игрушку.
Если внешне ночной клуб был очень популярным и элитным заведением, где порой выступали даже звезды мирового масштаба, то изнутри все было куда серьезнее. Помимо стандартной стрип-программы, которая радовала гостей в определенные дни недели, сотрудницы клуба предоставляли и более интимные услуги. Девочек отбирали на жестком кастинге, которым непосредственно руководил Серж. Он был очень придирчивым к внешности девочек, так что получить место могла даже не каждая модель. Надо отдать должное мужчине — с того момента, как у них с Никой завязались отношения, он ни разу не переспал с претендентками или сотрудницами, что сделало отбор еще более жестким. Кстати, в подсобках нередко баловались и наркотиками всех калибров, начиная от обычной травки, и заканчивая более тяжелыми вариантами. Владельцы не только закрывали на это глаза, но иногда и сами употребляли их вместе с гостями.
Серж тоже принимал в этом участие, правда ограничивался только легкими вариантами, поскольку пообещал себе, что больше никогда не вернется к прошлым привычкам. Теперь у него было ради чего держатся.
Правда, не так давно он был готов сорваться — находится в постоянном напряжении из-за приезда брата было сложно. Особенно учитывая то, что мужчина почти физически чувствовал, как его рассматривают под лупой и сравнивают с Алексом. И к чему, спрашивается? Ведь всем своим поведением этот святоша показал, что его не волнует, как к нему относятся и чего хотят родственнички. А, впрочем, неважно. Все это уже в прошлом. Зная Громова, он еще несколько лет носа не сунет на родную землю. Да, этот факт больше всего радовал его, и Серж даже не собирался этого скрывать, за что очередной раз был отлучен от «церкви Суворова». Ему нравилось раз за разом тыкать деда и Алису в то, кем на самом деле был их идеальный Алекс. Они, конечно, обижались — сестренка недовольно поджимала губки, а дед…тот не менее смешно ругался, не понимая, что внук его давно перестал бояться.
Не было больше того испуганного мальчишки, который боялся Алексея Николаевича и заглядывал ему в рот, в надежде хоть когда-то получить похвалу. Зачем, если жизнь всего одна, и она, в первую очередь, должна нравится тебе, а не кому-то другому? Хватит — дед свою жизнь прожил так, как хотел, и на семью, что родительскую, что созданную с бабкой, плевать хотел с высокой колокольни. Только к концу жизни, видимо, чувствуя скорую кончину, вдруг вспомнил, что он, оказывается, должен «наставлять младшее поколение». Но не тут-то было — внуки рылом не вышли и у каждого имелось свое собственное мнение, которое Суворов никак не мог поменять, хотя не раз старался.
Обдумывая все это, Серж вдруг понял одно — а ведь это именно Ника дала ему толчок, который позволил найти то, что хотел бы делать именно он. Без оглядки на мнение окружающих. Улыбнувшись, мужчина откинулся на кресле и закинул руки за голову. Да уж! Его малышка сделала из него совершенно другого человека! А ведь он и не помнит, когда в последний раз говорил ей, как она важна для него.
Решив не откладывать все в долгий ящик, Сережа вскочил и направился к дверям — надо непременно лично сказать ей об этом. Прямо сейчас, пока есть тот самый настрой. По пути он заскочил в цветочный магазин и купил огромный букет алых роз — его женщина достойна была только лучшего. Как добрался до «Эдема» даже не помнил — вся дорога смазалась в сознании, хотя, могло ли быть иначе, учитывая ту скорость, с которой он ехал? Машину на парковке бросил кое-как, прекрасно зная, что в будний день в гостинице будет не так уж много народу. Краем глаза младший Суворов отметил, что рабочие устанавливают новые камеры или какую-то другую аппаратуру для фиксации происходящего, но все это были мелочи. В холл он не вошел, а буквально влетел, будто секунда промедления могла забрать у него Нику навсегда.
— Привет, где Ника? — бросил он удивленной Свете.
— Здравствуйте. В кабинете, — тут же ответила она, и мужчина сразу же направился в нужном направлении.
В двери постучал почти дежурно, потому что ответа дожидаться не стал.
— Сережа? Ты что тут делаешь? — удивилась Ника, но было видно, что она рада видеть жениха.
— Не поверишь, понял, что немедленно должен сказать, как сильно я тебя люблю! — букет полетел на стол, а любимая девушка была заключена в объятия.
— А воспользоваться телефоном — слишком старомодно? — смеясь, уворачивалась от его поцелуев Ника.
— Я не ищу легких путей!
— А я даже и не сомневалась в э… — договорить она не успела, потому что ее рот тут же накрыли губы Сержа.
Если бы Майер не была на все 100 % уверена в том, что они с Сержем расстались только этим утром, то подумала бы, что они не виделись по меньшей мере год. Казалось, мужчина старается потрогать руками каждый сантиметр ее тела, а губами изучить все доступные места, такие как лицо, шея и ключицы. Конечно, она была не против, но к такому темпу явно еще не готова. И куда только исчез пиджак? Когда успела задраться юбка? Почему она сидит на столе?!
Вероника точно знала, что ее будущий муж — человек очень эмоциональный и импульсивный, но такое проявление его чувств наблюдала впервые за столько лет их отношений.
— Боже, Ника, ты просто сводишь меня с ума… — простонал на ушко Серж, ощутимо сжимая ее ягодицы. Девушка же не успела ответить — двери открылись, а на пороге стоял Громов.