Ловушка для обольстителя

Она сделала еще глоток шампанского, стараясь успокоиться. Но шампанское ей не помогло. Горячие мысли о мужчине, за которого она собиралась выйти замуж, вскипятили ее кровь, посылая волны жара по всему телу.
– Ты же отметишь это платье? – спросила Меган, и Лиззи тут же вернулась в реальность.
– Да. – Ей уже не терпелось его примерить. Хоть бы оно смотрелось на ней так же восхитительно, как на модели.
Лиззи отметила еще несколько платьев, но в мыслях все возвращалась и возвращалась к тому самому.
Наконец показ подошел к концу, и ее провели в роскошную примерочную. Меган и Кэрол зашли туда вместе с ней.
То самое платье оказалось потрясающим. Золотые бусины ловили и отражали свет таким образом, что Лиззи казалась в нем настоящей принцессой.
Или огненной богиней, как леди Ари. Но в этом и был смысл. Поэтому Макс и хотел, чтобы на ее платье было золото.
– Ты просто сияешь, – заметила Меган. – Как и следует невесте.
Невесте, влюбленной в своего жениха. Лиззи зажмурилась, чтобы не видеть своего отражения. Но когда она открыла глаза, голодная женщина в блестящем платье все еще оставалась перед ней.
Лиззи вдруг стало не по себе от того, как быстро она выбрала платье и как это платье казалось словно сшитым прямо для нее.
– Так было и в тот день, когда Макс выбрал мне кольцо.
Слишком правильно. Слишком идеально.
Меган и Кэрол улыбнулись, уверенные, что она произнесла эти слова в позитивном ключе. Но в том, как сильно она хотела Макса, не было ничего позитивного.
 
 
***
 
За две недели до свадьбы Макс проснулся в холодном поту. Он сел на кровати и провел рукой по волосам.
Чем ближе становились слова «я согласен», тем сильнее он нервничал. Голод. Желание. Страсть. Ох, как же они его снедали. Все, о чем он в последнее время думал, мечтал, фантазировал, – это оказаться с Лиззи без одежды в одной постели.
Макс медленно выдохнул. Он не раз видел ее в бикини, открывавшем верхнюю часть соблазнительной груди и проколотый пупок. Но полностью обнаженной он ее не видел никогда.
Интересно, какие у нее соски? Нежно‑розовые? Как быстро они отвердеют под его пальцами? Будет ли она тяжело дышать и стонать, когда он проведет по ним языком? Макса захлестывали эротические фантазии. Гладко ли у нее внизу живота – или там тоже огненно‑рыжие волосы? И как она отреагирует, если он поцелует ее там?
Да, прямо там, где все жарко, мягко и влажно.
Макс мечтал о том, чтобы целовать ее повсюду, прижать к себе как можно сильнее, почувствовать ее шелковистую кожу.
Он хотел этого уже много лет, но теперь, когда они собирались пожениться, его желание обрело новый смысл.
Теперь оно имело романтический оттенок – ведь он думал о том, чтобы заниматься любовью с собственной женой.
О черт. И с каких это пор его волнует романтика? Под давлением грядущего торжества Макс стал сам не свой. Но скоро это закончится. Они усыновят Токони, а затем полюбовно разойдутся, и все вернется на круги своя.
Но до тех пор…
Макс прищурился, глядя между полосок жалюзи. За окном едва рассвело, но ему уже надо было вставать и приступать к делам. Сегодня Лиззи должна была заглянуть к нему, чтобы оценить новый сад. Вся работа уже завершилась, и даже беседка была совершенно готова.
Неудивительно, что он так устал. Не проходило и дня, в который он не был занят чем‑нибудь, связанным со свадьбой. Специалист из свадебного агентства, конечно, взял на себя множество дел, но все равно значительная часть времени Макса оказалась посвящена будущему событию.
А оставшаяся часть – мечтам о Лиззи.
Макс выбрался из постели и натянул на себя спортивную одежду, торопясь скорее выйти из дома.
Он пробежал каньоны, вдыхая холодный утренний воздух. Он заставил себя вспотеть еще сильнее, чем ночью, когда его измучили мысли о Лиззи.
Вернувшись домой, он был более чем готов к долгому, интенсивному, пенному душу. Конечно, сняв одежду, он тут же снова подумал о Лиззи. Но, по крайней мере, не стал помогать себе рукой. Это сделало бы все намного хуже.
Одевшись и позавтракав, Макс вышел в сад, намереваясь подождать Лиззи там, и открыл ворота, чтобы она могла беспрепятственно попасть на территорию.
На Лиззи, когда та наконец появилась, были надеты легкая блузка и тесные джинсы. Ее волосы свободно лежали у нее на плечах. Максу немедленно захотелось просто‑напросто наброситься на нее.
– Вот это да, – произнесла Лиззи, подходя ближе. – Выглядит потрясающе.
– Я рад, что тебе нравится.
– Нравится? Я просто в восторге! Как будто попала в райские сады.
Последнее, о чем сейчас следовало думать, так это библейский рай, где обитателей подстерегали соблазны. И если бы Лиззи сейчас предложила ему яблоко, он съел бы все до последнего кусочка.
– Макс?
– Что? – Макс недоуменно моргнул.
– Может, прогуляемся, чтобы я могла увидеть все поближе?
– Да, конечно.
Сад получился пышным и густым. Кое‑где высились величественные пальмы и огромные вечнозеленые деревья. Наползающие друг на друга растения и цветы создавали ощущение, будто находишься в джунглях, а внутри все было простым и ярким.
Макс и Лиззи прошлись по пестрым дорожкам и остановились посмотреть на фонтан. Струи падали на поверхность воды, словно дождевые капли.
Затем они направились к беседке и зашли внутрь. Свадебных украшений здесь еще не было, но скоро тут появятся цветы и прозрачные занавески.
– Здесь все и случится, – произнесла Лиззи.
Да. Здесь Макс женится на женщине, которую так хотел. По крайней мере, ему удастся поцеловать ее.
– Как у тебя дела? – спросил он, пытаясь изгнать мысли о желанном поцелуе. – У всех подружек невесты уже есть платья и все остальное?
– Да, все в порядке. Я решила, что платья будут разные, и каждая выберет то, что ей больше всего идет. Хочу, чтобы девушки выразили свою индивидуальность, вместо того чтобы одевать всех в одном стиле. Мое единственное условие – они должны придерживаться нашей цветовой гаммы.
– А твое платье тебе нравится? – Они так много разговаривали об этом платье, что Максу уже не терпелось увидеть его на ней.
– Честно говоря, я чувствую себя в нем немного странно.
– Странно?
– Оно такое воздушное и милое. – Лиззи поморщилась. – Заставляет меня думать о первой ночи и всем таком.
Черт.
– Наверное, уже слишком поздно поменять его на что‑нибудь страшное?
Лиззи улыбнулась и коротко рассмеялась.