Развод, дракон и князь на выбор
Я практически отвлеклась от проблем и забот, зарылась в вычисления, в прикидки и анализ, когда в голове раздался голос Эйзерхана.
«Хозяйка, Кохган и Филимон дико встревожены. Кажется, княжичи решились-таки на дуэль».
«А как же восстание? Разве они не заняты сражением с мятежниками?»
«Увы, нет. Мятеж уже подавили. Это и хорошая новость и плохая. Княжичи быстро и легко справились с ситуацией и теперь жаждут выяснить отношения. Ради этого даже задержались на месте».
«Когда запланирована дуэль?» – встрепенулась я.
«Завтра».
«А время?»
«Считаешь, драконы настолько равны людям, что даже время способны определять?» – нервно усмехнулся Эйзерхан.
«И что теперь делать?»
«Думаю, есть лишь один человек, который может предотвратить смертоубийство».
«Ты же говорил, что нельзя нам летать. А на энергомобиле этот путь займет несколько дней».
«Вот что я предлагаю…»
Я выслушала Эйзерхана и двинулась прямиком к императору.
Долго не думала, слишком переживала за Тарлана и Александра.
Вот же дураки! Ну просто мальчишки! Ну что решит этот их поединок?! Думала я по пути к императору, минуя лестницы и длинные коридоры дворца.
Ну вот кто может понять этих мужчин?
Разве мой выбор зависит от того, кто победит на дуэли?
Любовь и симпатия – они ведь сами по себе и владение оружием тут совсем не причем.
А уж русские женщины – и вовсе обожают жалеть. Так, что… пострадавший может оказаться даже более милым. Он вызывает сочувствие, желание подлечить и, как следствие – привязанность, более сильное чувство.
Великий боже! Только бы не пострадали! Доберусь и сама обоих прибью! Ну, честное слово, нашли время для ссор! Тут Америка жаждет нас захватить, объявился новый претендент на престол, враги создают опасное оружие и вывели собственных драконов до кучи.
А эти двое решили поцапаться!
Нет, точно обоих прибью и не пожалею!
Я в рекордные сроки добралась до покоев правителя.
Хорошо, мы с Ломом уже были в его кабинете. Иначе пришлось бы позориться и уточнять – где рабочее место императора Николая.
Уже возле дверей я заметила гвардейцев и адьютанта, который всегда был рядом с правителем.
Я оглянулась на князя лет тридцати: высокого, с темными волосами и карими глазами, пожалуй, слишком уж миловидного – его лицо скорее подошло бы девице. По-моему, его звали Анатолий Христофорович Долгорукий. Он вытянулся по струнке и поприветствовал:
– Доброго дня, ваше высочество.
– Могу я войти к императору для беседы? Это очень срочно и касается княжичей.
– Конечно, ваше высочество. Его величество предупреждали, что вас можно впускать к нему без ограничений.
– Он на месте? – зачем-то спросила я.
– Да, входите, – князь отворил мне дверь.
И да, пути назад уже не было.
Последний мой вопрос скорее оттягивал неизбежное. Ведь сейчас мне требовалось сообщить отцу княжичей, что они собрались биться насмерть из-за меня. То еще известие, ничего не попишешь.
Я осторожно протиснулась в кабинет, где вместе с Ломом рассказывала о бомбе, которую сбросили на нас американцы. Император поднялся и невесело усмехнулся.
– Ты из-за дуэли? Мои сыновья совсем сбрендили?
– Вы знаете? А-а-а… Туганг…
Я застыла, а император неспешно прошелся по кабинету.
– Аяна, – сказал слишком уж мягко, учитывая сложившуюся ситуацию. – Мои сыновья уже взрослые мужчины и, видимо, оба имеют на тебя слишком серьезные виды…
Он помолчал, прищурился и вгляделся в мое лицо.
– Ты ведь уже знаешь о моей истории с Этельбером?
Я вздохнула.
– Эйзерхан рассказал.
– Ладно. Как видишь, я и сам не безгрешен.
– Я бы хотела отправиться к ним, и попытаться их образумить, – тихо и нервно попросила я.
– Я не против. Возможно, тебе и удастся, – Николай Ашин покачал головой. – Но ты еще недостаточно хорошо умеешь летать на драконе? Это ведь так?
– Да, это проблема. Я пробовала летать на Эйзерхане всего лишь один раз, в тот самый злополучный день с бомбой. Но я все же летала и основные принципы знаю. Эйзерхан, к тому же, самый лучший дракон.
Николай рассмеялся: на сей раз вполне искренне.
– Для каждого всадника его дракон – самый лучший. Это непреложная и естественная истина. Иначе мы не были бы так связаны.
– В общем… Мы с Эйзерханом подумали и готовы попробовать, если меня будут страховать ваши сарканы-гвардейцы.
– В этом можешь ни секунды не сомневаться. Подстрахуют и защитят, если потребуется.
– В таком случае, Эйзерхан предложил использовать старую версию седла, где всадника пристегивают еще и шее дракона. Пусть я буду ощущать себя неповоротливой и скованной, зато путешествие окажется более безопасным. И я готова отправляться немедленно.
Николай приблизился и взял меня за плечи.
– Я бы винил тебя в том, что случилось с княжичами. Но никто не виноват в чужих чувствах и желаниях. Надеюсь, ты успеешь прилететь до дуэли. И рекомендую начать говорить с Тарланом.
– Ппочему? – я спрятала взгляд. Словно император мог прочесть там обо всем, что случилось между мной и супругом.
– Он более горячий и более порывистый. Если сумеешь отговорить Тарлана, с Сашей окажется куда легче справиться.
Я тихо выдохнула, понимая, что Николай не имел в виду случившееся сегодняшним утром. И, слава богу, пока ничего не подозревает.
Император же усмехнулся: невесело и напряженно.
– Аяна. Я вижу больше, чем тебе кажется. Но если ты еще не готова ничего обсуждать, не стану настаивать. Ступай к Эйзерхану. Гвардейцев снаряжу тебе через полчаса максимум. Скажи Владимиру о старом седле. Уверен, у него остались подобные. И обязательно отследи – как с ним обращаться. Оно немного сложнее нынешних упрощенных.
– Спасибо, ваше величество.
– Не за что, дочка. Удачи тебе в твоем непростом путешествии. И в миссии, которая тебе предстоит.
Я поклонилась и устремилась к дверям.
А уже спустя час или около того летела в старом седле на Эйзерхане, в окружении еще двух десятков сарканов. Впереди показывал дорогу их командир и подавал сигналы, корректируя траекторию.
Я усиленно старалась держаться в седле, руководить Эйзерханом, ориентироваться на местности, чтобы в следующий раз полететь уже самостоятельно. И это помогало не рефлексировать, не дергаться: успеем ли, получится ли убедить княжичей отменить дурацкий поединок или оба упрутся как бычок рогом.
Все мое внимание, все мысли занимало одно: не рухнуть с дракона и придерживаться нужного курса.
Во время путешествия мы перекусывали, не останавливаясь и не слезая с ящеров. К седлу крепились сумочки с припасами. В основном, вяленое мясо, фляжки с питьем, хлеб, бутерброды. Есть верхом на драконе было слегка страшновато. Однако же нервы и нагрузки дали о себе знать, и я с аппетитом умяла целую упаковку сушеной и соленой буженины. Еще на старте я переживала, что могу захотеть в туалет. Ну, а что? Даже принцессы и короли туда ходят порой. Но, как ни удивительно, за всю поездку мне ни разу не приспичило. Эйзерхан заметил мое изумление и пояснил: «Организмы сарканов приспособлены даже к суточному непрерывному полету. Все отходы как бы концентрируются в венозной крови до поры до времени. И выводятся, когда появилась возможность».
Жаль, что в эту минуту я не спросила еще о другом. Не было бы неприятных сюрпризов от моего нового организма. Однако мне было сейчас совсем не до этого.
Всю ночь мы провели в небе. И я поняла – как важно то, что драконы способны ориентироваться в полете не только за счет зрения. Фактически – мы положились на них. Я даже слегка задремала. Потом встрепенулась, проснулась, в ужасе огляделась вокруг.
И дала себе зарок больше не спать. Однако у меня все равно ничего не вышло. Я еще несколько раз за ночь клевала носом и радовалась, что лечу в старом седле, в котором упасть – это надо еще умудриться. Оно имело прочную комфортную спинку, и от нее шли ремни к шее дракона, как бы ограничивая меня с обоих боков. Ноги пристегивались в нескольких местах, стопы закреплялись в чем-то вроде кармашков, которые также фиксировались ремнями.