Каратель. Том 1: Шпион поневоле (СИ)

— Да я не верю! — заявил Мясо. — С какой стати? Во всех армейских частях бьют татухи. Каброны, вон, вообще с ног до ушей в наколках. И это у них считается очень даже круто.
Маккарти пожал плечами.
— Не знаю, как у легионеров, а каратели картинки не жалуют. Во всяком случае, офицеры. Это сто процентов.
— И что теперь делать? — расстроился Мясо.
— Никому не показывайте, — посоветовал Неморов. — Хотя бы первое время.
— Ладно, — буркнул Мясо, заметно поскучнев. — Подумаешь, наколка! — пробормотал он едва слышно.
Макс всерьёз к словам сослуживцев не отнёсся: мало ли что наплетут новобранцам. Могли и пошутить. Очень даже запросто.
Через некоторое время все четверо остановились перед пластиковой дверью с табличкой «Комендант». Новобранцы переглянулись.
— Давай, — сказал Неморов Максу, и тот, пожав плечами, негромко постучал.
— Открыто! — отозвался низкий мужской голос.
Мясо толкнул дверь, и каратели по очереди вошли в просторный кабинет, обставленный простой мебелью и дорогой аппаратурой. На стене висели грамоты в рамках и растянутый за углы флаг Федерации.
— Новобранцы по вашему приказанию прибыли, сэр! — рявкнул Мясо, и все четверо одновременно вытянулись по стойке смирно.
Комендант оказался приземистым человеком лет пятидесяти, с гладкой лысиной и небольшими внимательными глазами. На сером кителе виднелся орден «Красной Лилии», который давали за особые заслуги. Судя по погонам, комендант имел звание полковника.
— Меня зовут Юстас Клауп, — представился он, поднимаясь из-за стола. — Приветствую вас на Обероне. Представьтесь.
— Нантэль Шабрали, сержант шестого взвоза корпуса Карателей! — гаркнул Мясо, глядя прямо перед собой.
— Артур Маккарти, младший лейтенант шестого взвода корпуса Карателей!
— Макс Агранов, лейтенант шестого взвода корпуса Карателей.
— Борис Неморов, старший сержант взвода корпуса Карателей.
— Очень хорошо, — проговорил Клауп, обводя новобранцев взглядом. — Господа новобранцы, вам пора познакомиться с вашим духовным наставником, — комендант вышел из-за стола и прошелся по комнате, с явным удовольствием разминая ноги. — Для этого я и вызвал вас. Прошу следовать за мной, — с этими словами он прошёл мимо солдат и отворил дверь. — Мэтр Косовски всегда беседует с теми, кто поступает под его попечение, в первый же день прибытия, — сказал полковник через минуту, шагая по коридору. — Сюда, — Клауп остановился перед дверью, к которой было прикреплено изображение обвитой змеёй сферы — символа Ордена Последователей Учения.
Комендант коротко постучал, и через пару секунд дверь отворилась. Макс увидел высокого худощавого человека в чёрном костюме, совсем не похожего на мэтра Дюшо, плотного старичка, бывшего духовным наставником курсантов военного училища. Прищуренные глаза с неестественно расширенными зрачками «ощупали» его и перебрались на Маккарти, а затем на Неморова и Мясо.
— Входите, — сказал духовный отец, посторонившись. — Благодарю вас, полковник, — добавил он, слегка поклонившись Клаупу.
— Не за что, — равнодушно отозвался тот. — Я вас покидаю, — с этими словами он торопливо пошёл назад по коридору.
Глядя ему вслед, Макс подумал, зачем было коменданту самому отвлекаться от дел ради четверых новичков. Неужели нельзя было отправить кого-нибудь пониже званием, чтобы проводил их сюда?
Его мысли прервал духовный отец. Голос у него был низкий, спокойный, мягкий. Прямо как у какого-нибудь священника.
— Меня зовут Патрик Косовски, — сказал духовный отец, закрывая за новобранцами дверь. — Садитесь, дети мои, — добавил он, указав на стулья, расставленные в центре комнаты полукругом. — Мы будем время от времени общаться с вами. Надеюсь, все присутствующие искренне следуют Учению?
— Так точно, мэтр, — ответил за всех Макс.
Всё равно иного ответа от них и не ждали.
— Я рад, — кивнул Косовски. Он, конечно, тоже понимал, что его вопрос — лишь проформа, и никто не станет говорить, что Учение не принимает. — Тем легче нам будет найти общий язык. Думаю, вы не совсем хорошо представляете, в чём заключаются мои здешние обязнности, — он обвёл комнату неопределённым жестом и сдержанно улыбнулся.
 
— Боюсь, что нет, мэтр, — отозвался Макс, чувствуя, что его товарищи предпочитают отмалчиваться, а духовный отец ждёт ответа.
— Это понятно. В училище вы находились под опекой…? — Косовски вопросительно поднял брови.
— Дюшо, — подсказал Макс.
— Да, Дюшо. И уважаемый мэтр, я полагаю, научил вас основным понятиям Учения?
— Так точно, мэтр Косовски, — ответил на этот раз Неморов. Наверное, почувствовал себя глупо. И правильно: нельзя же всё время молчать, словно воды в рот набравши. — Мы прошли первые три книги Учения.
— Прекрасно! — духовный отец улыбнулся и слегка покачал головой. — Это основы. Но теперь вам предстоит овладеть Знанием в полном объёме. И этому научу вас я, поскольку имею звание Провидца и Целителя первой степени.
Макс едва не присвистнул: оказывается, перед ними сидел один из сорока двух человек, удостоившихся высшего звания Ордена Последователей Учения, единственного религиозно-эзотерического течения, официально состоящего на службе Федерального правительства.
— Предлагаю провести ознакомительный сеанс, — сказал Косовски, кладя ладони на подлокотники. — Есть возражения?
— Никак нет! — хором ответили солдаты.
Разумеется, у них не было возможности отказаться. Просто мэтр старался быть вежливым, только и всего.
Косовски похлопал ладонями по подлокотникам, показывая пример, и новобранцы заняли такое же положение. Все пятеро замерли.
— Для вас это должно быть привычной процедурой, — проговорил мэтр. — Закройте глаза. Хорошо. Теперь введите себя в транс первой ступени. Освободите сознание и впустите меня. Я не сделаю вам дурного.
  
Глава 11
 
По мере того как Макс при помощи специальной дыхательной практики погружал себя в лёгкий транс, голос мэтра звучал всё тише. Но, отдаляясь, он проникал в подсознание, и вот уже казалось, что он и Макс стали одним целым. От голоса не хотелось иметь тайн. Появлялось желание поделиться с ним сокровенными мечтами и страхами. Макс знал, что этому чувству не нужно сопротивляться: чем быстрее ему поддашься и сольёшься с духовным отцом, тем продуктивней будет сеанс.
Но у него возникло ощущение, будто чужое существо рыскает по его подсознанию, и он постарался расслабиться. Несмотря на все старания и многолетнюю практику, Максу так и не удалось добиться того, чтобы отключать защитные барьеры сразу и без усилий. Всегда это требовало определённого напряжения воли. И всё же, в конце концов, он впустил духовного отца, и тот исследовал его.
Сеанс длился около пятнадцати минут, но находившимся в трансе казалось, что прошёл не один час. Когда негласный приказ мэтра Косовски заставил их прийти в себя и открыть глаза, Макс огляделся, хотя знал, что комната никуда не делась, и всё в ней осталось по-прежнему.
— Я очень доволен! — объявил духовный отец, потирая кончиками пальцев переносицу. — Господа, вы хорошо учились. Благодарите мэтра Дюшо, — он последовательно обвёл глазами всех присутствовавших.
На пару мгновений мэтр умолк, затем повернулся к Максу и сказал, пристально глядя тому в глаза:
— Вам нужно больше заниматься, лейтенант — у вас неплохие данные. Их не мешало бы развить, так что через три дня я жду вас на новый сеанс. Остальные придут ко мне в пятницу в это же время. И вы, разумеется, тоже, — добавил он, обращаясь к Максу. — Дополнительные занятия не освобождают вас от основных.
 
Остальные взглянули на товарища с нескрываемой завистью. Ещё бы: его отметил адепт такого уровня! Макс же был удивлён. Прежде он в себе ничего особенного не замечал. Впрочем, может, мэтр Косовски имел в виду совсем другое? Например, что Макс хуже других, и ему не помешает подтянуться? А его слова — просто дань вежливости. Но нет, духовный отец не стал бы тратить силы и время на отстающего. Все знали, что адепты ищут тех, кто может добиться большего, чем другие.