Беззаконие и отвага (СИ)

В первый день наш отряд двигался быстро. Этому способствовало и знание местности, и наличие припасов, позволявших перекусывать прямо на ходу. Однако уже ближе к вечеру наше продвижение стало замедляться. Охотники выдали целый список ориентиров, по которым надо было идти. И выглядел он примерно так:
Стекающий в море ручей с дельтой, как английская «дабл-ви»;
Вдоль русла ручья идти до камня в виде коровьей головы;
Оттуда на северо-восток до поляны с деревом, похожим на хрен (не подходить к нему!);
От него строго на север до озера;
На берегу — лагерь.
Прямо исчерпывающее описание пути, я считаю… Лучше бы карту сделали, умники!.. Особенно тяжело оказалось найти ручей с его дельтой «как дабл-ви». Потому что фантазия у охотников была явно лучше развита, чем у моих гвардейцев. Ну или хуже… Хорошо, что я тут как-то ходил — так что примерно помнил и ручей, и заваленное камнями русло.
Камень в виде коровьей головы нам тоже пришлось поискать. Но он хотя бы и в самом деле напоминал голову коровы, ткнувшейся в ручей из зарослей попить водички. Прямо рядом с камнем нашёл свою смерть олень, который с небольшим стадом спустился на водопой — и получил в шею дротик от нашего паренька Гелика. Шут его знает, откуда у него прозвище — лень было узнавать… Итак уже голова пухнет, а тут вроде бы и не слишком интересно…
Важнее, что на ужин была оленина с бананами, которые были обнаружены неподалёку. То ещё гурманство, скажу вам!.. Олень был не слишком большим, зато обладал ветвистыми рогами. Мяса с него вышло килограммов под сто двадцать, так что пришлось даже походную коптильню организовывать. Благо, с собой был мешочек соли именно на такой случай. Соль в посёлке выпаривали все кому не лень, да и Кирилл хорошо платил за запасы. Соль — это штука весьма важная для хранения. Например, свежие шкуры можно посыпать солью, чтобы не портились. Рядом с морем в чистом виде соль для готовки не слишком нужна — еду можно замочить и в морской воде. Но вот уходя от берега, приходилось тащить с собой запасы. Надеюсь, бандиты не обратят внимания на несколько столбиков дыма.
На ночлег мы устроились там же, прямо у камня в виде коровьей головы. Каждый сам придумывал себе место для ночлега в меру своего понимания комфорта. Лично я не поленился натаскать листьев, хотя и принёс с собой свой спальный мешок. Кто-то попросту уснул на земле. Всю ночь неподалёку ходил тигр, рычал и требовал поделиться оленем, но его громко крыли нехорошими словами и просили не мешать спать. Под утро голодный кошак понял, что с этими подозрительными типами договориться не получится, а связываться опасно — и ушёл искать себе добычу в другом месте.
Утром отряд двинулся дальше — прямо на северо-восток. Нескольких человек были отправлены нарезать круги по окрестностям, чтобы не пропустить поляну. Но, как оказалось, не заметить её было крайне сложно. Поляна была большая и круглая, слегка вытянутая на север, в глубину острова. На этой поляне и вправду росло всего одно дерево, напоминающее тот самый корень хрена, хотя вокруг были сплошные густые заросли. Странно? Может быть, но от дерева шёл весьма тошнотворный и специфический запах. Останки земных (и не только!) растений и гниющий поодаль трупик какой-то зверушки как бы намекали, что вонь — это ещё не худшее, что есть в дереве. И если вдохнуть испарения полной грудью, можно сразу отправиться домой — в Мыс. Почти что экспрессом!
— Интересно, а яд быстро убивает? — с интересом спросил Дойч, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Иди проверь! — предложил Борборыч.
— Не забывай сообщать об ощущениях, — согласился Толстый.
— Мы будем записывать! — кивнул Вислый.
— Прославишься! — подбивал Толстый.
— Разбогатеешь! — не отставал Вислый.
— Хавалки завалили, и на хрен пошли! — строго посоветовал им Дойч.
— У-у-у-у! — разочарованно протянули близнецы.
— Что ты задумал-то? — спросил я.
— Да вот… Думаю найти, в какой части это дерево яд вырабатывает. А потом набрать его в глиняные горшки и запечатать, — пояснил Дойч. — Придёт враг, а мы его горшками закидаем и всех убьём. Но это так, прожекты… С такого расстояния я даже название дерева разглядеть не могу…
 
Поляну мы обошли с предельной осторожностью и отправились строго на север. Уже через час местность вокруг нас стала совсем другой. Сплошные заросли сменились островками рощ, под ногами росла густая трава, а наши нежные тела атаковал злобный гнус. Мы проскочили поросший травой взгорок почти бегом и оказались на склоне долины. Вышли мы к ней с неудобной стороны — заваленной скальными обломками, однако это было нам на руку. Внизу в долине было озерцо — и располагался искомый бандитский лагерь.
Борборыч остановил отряд и выслал вперёд нескольких разведчиков. Хотя смысла в этом не было — лагерь итак было отлично видно с нашей позиции. Он располагался на северном берегу, прямо под скальным навесом, защищавшим его обитателей от дождей. Озеро наполняло водой из водопада, срывавшегося с края плато в центре острова. Под водопадом когда-то была пещера, но вода пробила потолок в дальней её части, проторила русло среди камней — и образовала перед входом в пещеру озеро с чистейшей водой. Дно в его центре видно не было — слишком глубоко. Зато были заметны стайки рыб, снующие у берега.
Лагерь бандитов был устроен весьма просто: под навесом были сделаны своеобразные кровати, а рядом горели костры и готовилась пища. Всю чёрную работу выполняли рабы. Около тридцати женщин и два десятка мужчин. Им всем отрубили ноги по колено, приделав взамен подобие деревянных протезов.
— Вот уроды… — заметил Тубик. — Люди боятся умирать, а они этим пользуются. Калечат их и удерживают.
— А те, кто решает самоубиться… С ними как? — спросил я.
— Некоторым удаётся скрыться, но временно… Потом всё равно поймают! — пояснила Мадна. — А других ловят прямо на точках возрождения и возвращают в рабство. Точек ведь не так много…
— Да, так пару раз помрёшь и перестанешь бегать! — кивнул ещё один из новичков, парнишка по имени Пал. — Сейчас уже всё восточное побережье у них под контролем…
— Ничего, эту лафу мы им поломаем!.. — пообещал я.
Свободные жители лагеря были вооружены и одеты сравнительно неплохо. Плетёные из прутьев щиты, копья — всё чаще деревянные, но были и с каменными наконечниками. А самое главное — топоры! У нас в посёлке их делали просто: вставляли обработанный топор в расщеп рукояти и затягивали деревяшку так, чтобы камень ни туда, ни сюда не двигался. У этих альянсовцев всё было организовано по уму: в топорище выделывалось отверстие, в которое намертво вбивался сам топор. И никакой возни с обмоткой! Удобно! К счастью, таких поделок было всего три на пять десятков бандитов.
Рабы ходили кто в чём — во всяком случае, кожу и шкуры на них явно не тратили. В основном, их нехитрая одежда состояла из сухой травы и листьев. Оружия им тоже не выдавали, да и дрова несчастные собирали руками. Если надо было ломать ветку, рабу приходилось долго её гнуть, пока та не обламывалась. В результате нормальных поленниц в лагере не было — а сами бандиты, похоже, колоть дрова не хотели. Были всего три кучи веток и сучьев, все разной толщины и, вероятно, разной степени сухости.
По берегам озера росли толстые пальмы с какими-то плодами. Эти плоды рабы собирали и тащили в лагерь. Первым их название определил Дойч.
— Финики! — просветил он нас. — Это финиковые пальмы. Половину уже объели, придурки…
— Половина осталась, — заметил я. — Мы тоже поедим фиников!
— Лучше набрать плодов и высадить их рядом с посёлком! — ответил наш полковой умник. — У меня справки по размножению нет, но финики точно вырастают из плодов.
 
Идея была неплохой — вопрос только в том, сколько будет расти дерево прежде, чем даст плоды. Успеем ли мы насладиться первым урожаем, или так и будем смотреть на молодые деревца, пока игра не закончится? Вообще этот вопрос многим не давал покоя и ломал все долгосрочные планы. Так или иначе, кокосы в окрестностях Мыса стали заканчиваться… Пока ещё хватало картошки и моркови, но и эти овощи скоро будут нам недоступны. Ходить за едой придётся в края дальние и не очень безопасные… А это плохо…