Потусторонний. Пенталогия (СИ)

— Верни разрушительный поток, — орал император, — я теряю контроль, он выталкивает меня за щит.
— Сейчас, — пробормотал я и ударил в чакру.
Боль была такой, как будто из меня с мясом душу выдернули, а затем вывернули наизнанку. Дыхание сперло, в глазах вспыхнула сверхновая, я рухнул на землю, корчась в судорогах.
— Поднимайся! — кричал император. — Быстрее, Азиз!
Боль отступала очень медленно. Меня трясло, каждый вдох обжигал лёгкие огнем, а сердце тарабанило с силой отбойного молотка. Но я встал. И остался стоять, хоть ноги и плохо слушались. Я тянул энергия из источника, ставшего размером с гимнастический мяч.
Времени осталось совсем мало. Фидзи едва ли походил на себя. Он изогнулся под невероятным углом, закинув затылок на горб, его черные без белков глаза жутко таращились вверх, а вокруг закручивался ураган из всполохов разных энергий.
Как только боль в груди стала более-менее терпима, я снова принялся за отражение разрушительных потоков. Теперь я ощущал, что силы хватает, ощущал, что могу дотянуться до пожирателя на всех слоях.
— Отлично! — воскликнул император. — Жми, выжимай все! Мы должны уничтожить его на всех слоях.
Это было довольно сложно. Я слишком много потратил сил на открытие чакры. Брать энергию из почти иссякшего источника Халов было бессмысленно, поэтому я потянулся дальше, к источнику Игал. Я чувствовал его потоки.
Я позабыл про боль, она никуда не делась, но мне удалось отрешиться от нее. Я бил тремя разрушительными волнами в Фидзи.
И я увидел пожирателя в астральном слое так же ясно, как видел во сне Алисану. Только астральное тело Фидзи едва ли походило на тело Алисаны. Пожиратель и его поглотил. Темный монстр, будто чудовищная медуза проглотила Фидзи, оставив лишь слабый контур внутри себя. Сквозь тьму просвечивала слабое свечение, это был третий слой, душа Фидзи и чакры: деформированные, неправильные, расположенные не там, где положено. Я направил потоки в его чакры, и усилил поток настолько, насколько смог, попутно вытягивая и закручивая энергию из источника Игал.
Император тоже усилил свой поток. Вокруг было столько мощи и энергий, что казалось, еще немного, и мы взорвем пирамиду, а вместе с ней и весь город.
Раздался грохот. Темный монстр, чудовищная медуза взорвалась. Мириадами звезд вспыхнула душа, а тело Фидзи разорвало на тысячи кусков.
Будто сквозь сон я услышал неистовый, отчаянный крик Карины, а затем, покачнувшись, медленно начал падать, проваливаясь в небытие.
* * *
Меня разбудили голоса. Еще сквозь сон я услышал, что разговаривают Зунар и император.
Я лежал на чем-то твердом, здесь было прохладно, пахло приторно-сладко благовониями. Я не спешил открывать глаза, я слушал, а точнее подслушивал.
Речь шла о Нага.
— Мои люди и сам Азиз подтвердили, что Вайно Сафид перед смертью признался, что организатором бойни в Форхаде была Изана Тивара.
— Слова одного Вайно, и никаких других доказательств, — вздохнул император. — Это обвинение в родовом геноциде. Вы будете их выдвигать? Если так, нам необходимо провести официальное расследование.
— Нет, — отрезал Зунар. — Расследование может затянуться на многие месяцы. Мы не будем ждать. Изана Тивара умрёт раньше.
— Не забывайте, у рода Тивара осталось только два наследника, точнее наследницы, — предупредил император. — Вы собираетесь объявить войну Нага? Иначе и ваши действия попадут под закон о родовом геноциде.
— Мы не можем оставить это просто так, — этот голос принадлежал Гасану Ангули. — Поэтому война, единственный выход из сложившейся ситуации. Сорахашер не может и не станет терпеть то, что вытворяют Нага.
— Я это понимаю, — сказал император. — Поэтому не стану препятствовать. Но и никакого одобрения или поддержки от меня не ждите. Война не принесёт пользы ни Империи, ни обоим кланам. Но если нет другого способа решить этот конфликт, действуйте. Я принимаю позицию нейтралитета.
— Нам необходимо время, прежде чем мы официально объявим о войне, — сказал Зунар. — Нам нужно подготовиться, найти союзников.
 
— Что ж, это ваше право, нара Зунар. Более не вижу смысла продолжать этот разговор, — подытожил император, а затем резко переключился: — Как там наш герой? Не пришел ещё в себя?
Я вдруг понял, что речь идёт обо мне.
— Он уже проснулся, — неожиданно близко раздался старческий голос, заставив меня открыть глаза.
Первое что я увидел, нависшее надо мной лицо Видящего Яна. Пришлось вставать. Чувствовал я себя нормально, разве что кружилась голова, и снова начали ныть раны.
— Азиз! — улыбался во весь рот Зунар, подзывая мне к столу.
Здесь было сумрачно. Слабый, приглушённый оранжевый свет проникал в небольшую комнатку через витражное окно. Деревянный грубый стол, за которым сидел император и Зунар, а остальные же стояли: Михан Ракш, Гасан Ангули, старики Наль Ангули и Даршан Люмб.
Зунар встал из-за стола, не прекращая улыбаться, подошёл, подав мне руку:
— Вот он! Мой племянник, спасший источник! — затем спохватившись, повернулся к императору: — Конечно же, не только, если бы не Великий Амар Самрат!
— Но без Азиза сам бы я не справился, — сдержанно улыбаясь, договорил за него император. — Это было впечатляюще. Твой дар, твое владение им, Азиз, меня поразили.
Я пропустил похвалу мимо ушей.
— Источник как? — спросил я.
Зунар снисходительно улыбнулся:
— Сейчас он слаб, пожиратель осушил его почти до конца. Но поток не иссяк. Видящий Ян, сколько времени понадобиться на его восстановление?
— Несколько месяцев, нара. Сейчас я всех ракта временно отключил, через пару недель сможем снова, не спеша, начать подключения. Но главное, что поток не иссяк, а источник Хал по-прежнему существует. Все наладится. Он восполнится.
— А пожиратель? — спросил я.
— Он уничтожен, — ответил императора. — Пожирателей нельзя оставлять в живых ни в одном пространстве. Проклятье Чидьеты дремлет в тамас, но если оно пробуждается, то вплетается очень быстро в чакры и каналы носителя, практически поглощая его душу.
— Если пожиратель уничтожен, деформации не должно быть? — спросил Гасан Ангули.
Все присутствующие напряжённо уставились на императора.
— Не думаю, — мне показалось, в голосе императора скользнула неуверенность. — Нет, он не поглотил весь источник, даже если и произойдет что-то, то такой силы, как прошлая деформация иметь не будет.
— А к чему привела прошлая? — Зунар сощурил глаза, пытливо глядя на императора.
— А об этом я расскажу через месяц на всеобщем съезде.
— Будет созыв глав клана? Что-то серьезное?
В комнате повисла напряженная пауза.
— Обо всем расскажу на съезде. Кстати, Азиз, — император обратил на меня свой хищный взгляд. — Интересная у тебя безделица, — он кивнул на браслет.
Я сразу понял, о чем речь. Черт, даже император знает о браслетах.
— Вам нравится? — непринужденно усмехнулся я и стянул браслет с запястья, протянув императору. — Я отдать его для вас в дар.
Зунар глядел то на меня, то на императора непонимающе улыбаясь. Император же, снисходительно усмехнувшись, забрал мой браслет, покрутил, снова усмехнулся.
— Это обсидиан, или как еще его называют — кровь тамас. На само же деле простое вулканическое стекло. Дарить мне его не нужно, забери, Азиз. Просто кое о чем напомнило, но это не имеет значения.
Я забрал браслет, мысленно благодаря Амали, которая мне его купила.
— Что ж, Сорахашер, не простые у вас настали времена, — император поднялся с места. — Желаю вам скорейшего мира, ну а мне пора, дела Империи ждут.
 
Зунар тоже встал, все присутствующие поклонились, я тоже поклонился слегка запоздало. Император решительно зашагал к выходу. А я запоздало подумал о том, что так и не сфотографировал императора. Но сегодня был очень неподходящий момент. Значит, сфотографирую в другой раз.
Присутствующие переглядывались, с каким-то облегчением и усталостью вздыхали, стоявшие садились за стол.