Потусторонний. Пенталогия (СИ)

— Так точно, генерал. Это был агент внедренный в имперскую армию. Гато сообщил, что видел его на базе. Кажется, имя Никита.
— Все верно, Роблэ. Позывной агента Агила. Он единственный наш агент, которому удалось внедриться в структуры местных вооруженных сил. От того это весьма ценный агент. Но мы полагаем у него имеются определенные технические проблемы. Агила очень редко отправляет отчеты, а так же практически не имеет возможности выбираться к исходной точке. Мы практически не имеем с ним связи. Нужно наладить связь и помочь агенту, приставить куратора. Я бы хотел, Роблэ, чтоб вы лично этим занялись и курировали его. В связи с обострившимися проблемами с местными властями, нам нужна мгновенная и непрерывная поддержка связи с данным агентом. Как поняли, Роблэ?
— Понял, Берналь. Постараемся отыскать Агила. Но быстрого решения обещать не могу, сейчас мы залегли на дно и ведем себя крайне осторожно. На нас по-прежнему охотятся местные власти.
— Я вас понял, Роблэ, — после небольшой паузы, сказал Гереро. — Мы работаем над решением этой проблемы. Надеемся, что новые агенты в ордене Накта Гулаад и в храме при источнике помогут решить ее. Вы готовы принять агентов?
— Агентов? Разве речь шла не об одном агенте? — растерялся Карнавас.
— Да, но теперь планы изменились. Мы проанализировали ситуацию, если местным властям известно о нас, некоторые проекты придется ускорить. Как я уже сказал, нам нужен человек в ордене Накта Гулаад. У вас готова легенда для девочки?
— Да, почти, — отозвался Карнавас.
Спецслужбы подкинули ему новых проблем. Агент в имперской армии, теперь девчонка. Подумав, Карнавас добавил: — Подготовка и внедрение двух агентов сейчас может… Думаю, не самое лучшее время. У нас могут возникнуть проблемы. Я готовился только к ученому.
— Придумайте что-нибудь, Роблэ. Уверен, нет неразрешимых проблем. У вас для этого есть все необходимые кадры и ресурсы. На нас тоже давят сверху, требуют результатов, — Гереро запнулся, словно раздумывал, стоит ли говорить.
— Карнавас, — внезапно Гереро назвал его по имени, — нам поставили сроки. Полгода. Если не будет результатов через полгода, проект перестанут спонсировать и закроют.
— А мы? — Карнавас мрачно смотрел на рацию, генерал рисковал многим, рассказывая ему это, к тому же каждый разговор записывался. Гереро не ответил, но и так было ясно. Проект закроют, а их здесь бросят без всякой надежды вернуться обратно.
— Организуйте все, спрячьте их на время, свяжитесь с кураторами, — сказал генерал. — Я уверен, что вы найдете решение. Вы готовы?
Карнавас бегло осмотрелся — чисто.
— Да, готов, Берналь. Начинайте переход.
Бернардо Карнавас наблюдал за ровной поверхностью скалы. Это зрелище, сколько бы его не смотри, всегда впечатляет.
Вот камень, он твердый, шершавый и холодный, как и положено камню. Но через миг, камень вдруг кажется, превращается в голограмму. Сначала из него появляются вытянутые вперёд тонкие девичьи руки, шагающая идет неуверенно, она во тьме, Карнавас хорошо помнил ощущения холодной, беспросветной бездны и всепоглощающей черноты. Затем появляется светлая головка, хорошенькая мордашка и перепуганные до смерти большие светло-зеленые глаза. Девушка полностью выходит из камня: хрупкая, обманчиво тонкая. Карнавас сразу подметил, что девчонка крепкая и тренированная, даже лохмотья презренной не скрывали и не портили фигурку. Но для презренной она слишком здоровая, симпатичная и чистенькая.
Карнавас мысленно выругался, с сожалением глядя на девчонку. Еще такая юная. Как жестоко и несправедливо. Угробили жизнь девчонке. Чертовы политики, чертовы богачи гринго. Власть и деньги вытеснили все человеческое, совсем ничего святого у этих засранцев не осталось!
Карнавас настолько же злился, насколько и понимал, что возможно от этой девчонки зависит жизнь всех агентов на Хеме. Поэтому, как профессионал он засунул свои эмоции куда подальше.
— Здравствуйте, — робко сказала девушка по-испански, зябко прижав руки к груди. Она опасливо посмотрела на Карнаваса, но уже через миг принялась с интересом рассматривать окружающий мир. Лес, море, гору Меру.
 
— Говори на вадайском, — велел ей Карнавас. — Тебя обучили?
— Да, я говорю, — ответила девушка с акцентом на языке Хемы.
— Роблэ, как там у вас дела? Агент на месте? — раздалось из рации.
— Да, — ответил Карнавас, мрачно посмотрев на девчонку.
— Второй агент готов к переходу, готовьтесь.
Карнавас оглянулся, убедился, что все чисто, а затем снова уставился на скалу.
— Я готов, Берналь.
Еще миг, камень становится податливым, из него появляется холщовый мешок, затем тощие слишком холеные мужские руки, а потом и сам человек.
— Профессор Джонсон?! — Карнавас непонимающе уставился на тощего бледного мужчину, покосился на проход, решив, что произошла какая-то ошибка.
Александр Джонсон широко улыбнулся и с восхищением принялся рассматривать все вокруг.
— Да, это я! — радостно сказал он на плохом вадайском.
— Но почему вы? — Карнавас не мог скрыть удивления.
— Так решили сверху, — пожал он плечами. — К тому же лучше меня с этим заданием никто не справится. Нам нужно досконально изучить источники, прежде чем проводить эксперименты. А я лучший в этом деле.
Карнавас молчал. Он смотрел на Джонсона как на прокаженного и даже не скрывал своего негодования. Что не хватало этому идиоту на Земле? У него ведь там было все — деньги, власть, признание. Какого черта он сюда приперся?
— Но вы ведь не сможете вернуться, — непонимающе сказал Карнавас, будто бы Джонсон, один из руководителей операции, мог этого не знать.
— Сможем или нет, это мы еще посмотрим, — широко улыбнулся он. — Ну что, идёмте? Мне не терпится увидеть источник. Кстати, судя по отчётам, сверхспособности начинают проявлять себя уже в течение первой недели. — Ты уже что-нибудь чувствуешь? — он повернулся к Лере. — Недомогание, слабость, головокружение?
Лера взглянула на него робко, мотнула головой.
— Профессор, — неуверенно сказала она. — А когда я смогу увидеть своего брата? Вы ведь обещали.
— Обязательно увидишь. Если будешь правильно выполнять все задания, увидишь, несомненно, — искрясь оптимизмом, сказал Джонсон. — Я тебе это обещаю. А теперь, вперёд, Валери, нас ждет новый неизведанный мир. Кстати, Карнавас, как вас здесь зовут, и какие имена вы приготовили нам?
Карнавас исподлобья посмотрел на профессора, совершенно не понимая, чему он так радуется:
— Берни, меня все зовут Берни. А вы можете назваться, как вам вздумается. Имен я вам не придумывал, профессор. Этим занимаются агенты, которые придумывали вам легенды. У них и спросите. Идёмте, нас могут увидеть.
Карнавас зашагал вниз с утеса, то и дело оглядываясь. Не нравилось ему все это, очень не нравилось.
— А когда я увижу источник, Карнавас? — спросил Джонсон. — Хотелось бы разобраться со всем этим поскорее.
— Не сейчас, какое-то время вам придется пожить в лесу, профессор. Я заберу только девочку, сразу двоих привести в рабский поселок я не могу. И прекратите говорить на английском, нас могут услышать.
— А почему девочку, а не меня? — на плохом вадайском сказал Джонсон.
Карнавас не захотел говорить, что его от одной только мысль о том, чтоб бросить девчонку в лесу, становилось не по себе. Да и этот одержимый работой идиот явно думал только о себе, он его даже не поймет.
— Потому что, — сказал Карнавас, — для ее отправки у меня все готово. Ее могут забрать уже сегодня. А чтоб доставить вас, мне нужно связаться с одним из агентов. Но вам не стоит переживать, у меня есть для вас укрытие. Небольшая пещера в лесу, там есть одежда, еда и оружие. Я буду навещать вас раз в два дня. От вас же требуется сидеть тихо и не высовываться.
 
Джонсон промолчал, но по его выражению лица было ясно, что едва ли такая перспектива ему по душе. Весь оптимизм как ветром унесло, и теперь он откровенно злился.
Зато Карнавас мысленно потешался. Ничего, этому бледному полезно будет на природе отдохнуть от работы. В отпуске, поди, давно уже не был.