Потусторонний. Пенталогия (СИ)

— Да, конечно, — он тяжело вздохнул. — На всякий случай мы её перевезли вчера в Мехико. Сразу же после нашего с вами разговора.
— Хорошо, я должен вернуться с ней как можно скорее. Если Агила не солгал про врата, значит, и не солгал про этот проход. В любой момент его могут закрыть, и тогда мы не успеем вернуться. А это сами понимаете — чревато.
— Да, понимаю. Через пару часов она будет здесь. Я отдам приказ.
Гереро закивал, затем нахмурившись, взял нано-сэд.
— Сейчас настроят связь, Карнавас, — очень серьёзно произнёс он, — с вами будет говорить вышестоящее руководство, а также представитель тех людей, которые спонсирует операцию. Вы должны рассказать всё: как и кто открывал проход, что видели, какие условия озвучил бывший агент Агила. Всё в подробностях. После вы получите распоряжение о дальнейших действиях. Но пока конференцию не настроили, — Гереро сбавил тон и заговорщицки спросил: — можете мне сказать? Проход открывали эти Хранители? Император и Каннон?
Карнавас медленно закачал головой, какое-то время обдумывал, стоит ли говорить.
— Нет, не они, — ответил Карнавас. — Его открыл наш парень, Агила.
Рука Гереро дрогнула и кофе пролилось на мундир.
— Вы уверены? — вкрадчиво спросил он, недоверчиво глядя на Карнаваса.
— Конечно, уверен и даже более того. Никаких императоров и Бодхи рядом и в помине не было, всё происходило прямо в номере отеля. Я и вовсе не уверен, что он как-то связан с Хранителями. Зная их методы, они бы уже давно избавились от парня. Вот только в одном я неуверен, — Карнавас перешёл на шёпот, — что вышестоящему руководству стоит об этом знать. Что за эксперименты они собираются проводить с источниками?
Генерал Гереро сердито взглянул на Карнаваса, шваркнул пустой кружкой по столу.
— Вы лезете не в своё дело, агент Роблэ. Ваши задачи предельно понятны — вы несёте ответственность за операцию и за агентов с той стороны. Как и я. У нас одна цель, и мы должны работать сообща, в одном направлении. А сейчас вы заставляете меня сомневаться в вашем профессионализме. Не вздумайте нести эту чушь перед генерал-майором Паульсом и мистером Гаррисоном. Мне бы очень не хотелось, чтоб вас заменили.
Карнавас печально ухмыльнулся, закачал головой:
— Генерал, при всем моём уважении, мы оба понимаем совершенно разные вещи под фразой "ответственность за людей и операцию". Вы не были там, те отчёты, которые вы получаете ежедневно, не могут дать вам полную картину того, что происходит на той стороне. А я вижу, общаюсь и знаю, как и чем живут наши люди. Они в постоянной опасности. А то, что планирует руководство… Мне бы очень не хотелось, чтоб наши люди пострадали, генерал. Предложение Орлова даёт нам возможность вывести наших людей, сохранить жизни. Но что-то мне подсказывает, что эти нашим спонсорам плевать на людей и…
— Ни слова, Карнавас! — рявкнул Гереро. — Ни слова больше! Иначе мне придётся доложить о ваших разлагающих дисциплину и угрожающих операции мыслях. А мне бы этого делать не хотелось, потому что на должность куратора я вас сам лично рекомендовал.
Какое-то время Карнавас и Гереро буравили друг друга сердитыми взглядами. Гереро вдруг решился ещё что-то сказать, но в штаб заглянул сержант и коротко отрапортовал:
— Все готово, генерал. Полковник Стивенсон и мистер Гаррисон ждут.
Гереро коротким кивком пригласил Карнаваса следовать за ним. Они вышли и направились к очередной полевой военной палатке утыканной антеннами и усилителями.
На большом экране видеотека уже развернулась онлайн-конференция. Экран разделён напополам. Справа Паульс, генерал-майор США, о чём говорили две звезды на погонах и суровое непроницаемое выражение лица. Слева — Гаррисон, хитрый прищур, голливудская слащавая улыбка, приятная наружность, наверняка пользуется спросом у женщин, но при этом что-то в нём вызывало отвращение. Карнавас за годы службы в разведке умел с первого взгляда распознавать людей. Этот читался как открытая книга — надменный и честолюбивый эгоист. На руке дорогие часы, костюм тоже не из дешёвых, обручального кольца нет. Вероятно, живёт в большом арендованном доме, любит роскошную жизнь, изысканную еду и наверняка трахает исключительно начинающих моделей и актрис, другие ему не по карману, причём меняет любовниц с регулярной частотой, потому что не хочет ни семьи, ни детей — любит свободу. Гордится тем, чего добился — но, по сути, не добился ничего. Таких Карнавас насмотрелся немало. Прилежные, старательные исполнители, в задницу залезут, лишь бы выслужиться перед руководством.
 
Гереро и Карнавас сели в раскладные кресла перед камерой. Техник всё ещё суетился у стола, поправлял камеру, проверял звук.
— Всё готово, генерал, — наконец сказал техник и торопливо вышел.
Гереро и Карнавас уставились на экран, ожидая, когда кто-нибудь из вышестоящего руководства начнёт разговор.
Первым начал Гаррисон, он широко улыбнулся и сказал:
— Рад вас видеть здесь целым и невредимым, — подсмотрел что-то в нано-сэде, потом добавил: — Бернардо Карнавас, позывной — Роблэ. Что, кстати, значит ваш позывной?
— Дуб по-испански, — сухо ответил Карнавас.
— Дуб — символ мудрости, — снова расплылся в улыбке Гаррисон.
Карнавас едва заметно поморщился. Гаррисон ему нравился всё меньше. Скользкий тип. Но он не опасен, и не имеет власти. Он всего лишь марионетка, говорящая кукла, за ниточки которой дёргают сильные мира сего.
— Перейдём сразу к делу, — внезапно посерьёзнел Гаррисон, и тут же передал инициативу Паульсу.
— Агент Роблэ, — из динамиков зазвучал во всех смыслах генеральский голос Паульса: — Мы хотим знать всё и в подробностях, начиная от первого момента как вы встретил агента Агила, и заканчивая тем, как очутились здесь.
Гереро бросил на Карнаваса уничижительный взгляд, который буквально говорил: "Только не делай глупостей".
Карнавас снова ухмыльнулся и принялся рассказывать. Кое-где он всё же приврал, где-то опустил подробности, где-то приукрасил. Промолчал он и догадке, что Агила сумел внедриться в высшую касту Хемы и каким-то образом занять место аристократа. Но о том, что Агила не внедрился в имперскую армию, всё же рассказал.
По-человечески ему было жаль мальчишку. Орлов всего-то хотел забрать свою семью, потому что неплохо устроился на Хеме. Достойный поступок — не бросил сестёр. Вот только Карнавас прекрасно понимал, что теперь Орлову спокойно жить не дадут, когда узнают, что он может открывать проход. Поэтому Карнавас всё равно приврал и сказал, что неуверен, что Агила открыл проход сам. Сказал, что в соседнем номере был ещё кто-то. Возможно, именно этот человек и помог ему открыть врата на Землю. Правда, это уже не имело значения. И Паульс, и Гаррисон сразу сообразили, какую выгоду из этого можно извлечь. Карнавас видел, как они поменялись в лице, как забегали взгляды. Гаррисон тут же унёсся куда-то с нано-сэдом, наверняка побежал всё докладывать свои боссам.
— Мы обязаны это использовать, — сказал Гаррисон, явно обращаясь к Паульсу. — Если всё так, и наш проход закроют, мы сможем открыть другой, профессор Джонсон ведь уже работает над этим, а пока будем использовать Орлова.
— Моя команда специалистов уже работает над последовательностью действий и разрабатывает несколько планов, на разные случаи, — сухо отчеканил генерал-майор Паульс. — Агент Роблэ, у вас было задание курировать агента Агила, оно остаётся прежним. Вы должны наладить с ним тесную связь. Младшую сестру мы ему отдадим, о старшей — ни слова. Вам необходимо втереться к нему в доверие и узнать как можно больше. Если он действительно обладает знаниями об открытии обратного прохода, сведите его с профессором Джонсоном, вместе они смогут выполнить поставленную задачу.
 
— Есть несколько проблем, господа, — усмехнулся Карнавас, скрестил руки на груди, откинулся на спинку кресла. — Агила не станет сотрудничать с нами. К тому же вы ему сами сказали — контракт расторгнут. Агила огласил свои требования и поставил условия — на Хеме не должно быть земных агентов, а проход закроют навсегда.