Камень Книга седьмая (СИ)
– Михалыч, – колдун всем телом повернулся к Лебедеву, – вот только не надо думать, что это я по личной инициативе интриги плел и к тебе в командиры набивался! Я даже в качестве инструктора с твоими бойцами работать не хотел!
Лебедев только собрался что-то сказать, как был остановлен властным жестом отца, а Ваня продолжил:
– У меня вон с охраной царевича никакой личной жизни нет, а тут ещё эта «Тайга»! И вообще, – Колдун повернулся к цесаревичу, – Михалыч отличный командир и мудрый наставник!
– Все сказал? – спокойно поинтересовался отец.
– Не все, но… – он закрыл рот и досадливо махнул рукой.
– Будем считать, что все стороны изложили свои мнения и взаимные претензии. Ещё надо что-то обсудить?
– Надо, – кивнул Лебедев. – Хочу попросить об одолжении, Саша. Можно я до своих бойцов сам решение императора доведу вместе с объяснением причин?
– Можно, Влад. Теперь все? Отлично. И, Ваня, чтобы больше я этого твоего нытья не слышал. Понял?
– Да, – буркнул Кузьмин.
– Никого не задерживаю.
И мы вчетвером дружно направились на выход из кабинета цесаревича.
* * *К десяти часам утра полковник Литвиненко и два его подчинённых колдуна прибыли в спортивный зал Арсенала. Заметив одиноко стоящего великого князя Алексея Александровича, они сразу направились к нему, поздоровались и встали рядом, наблюдая за кучковавшимися в дальнем углу канцелярскими колдунами.
– Как настроение, Леший? – поинтересовался великий князь.
– Нормальное, Камень, – хмыкнул полковник. – Что у нас тут намечается?
– Ваше представление основному коллективу и оглашение нововведений, – пожал плечами тот. – Ну, вы сами скоро все услышите…
Ещё ночью с полковника и двух его подчинённых были взяты грозные подписки о неразглашении, а воспитателем великого князя Белобородовым была проведена вводная беседа, объяснявшая столь срочный перевод армейских колдунов в фактическое подчинение Алексею Александровичу. Все трое, понятно, лишних вопросов задавать не стали, но, покинув покои великого князя, между собой сложившуюся ситуацию обсудить не преминули:
– Командир, – начал хмурый Кудря, он же ротмистр Жданов, – чует моя многострадальная задница, что влетели мы конкретно! Да нас после этой информации вообще никогда никуда не отпустят, и будем мы до окончания службы придворными колдунами при будущем императоре! Я даже не удивлюсь, если в конце концов от Романовых поступит предложение вступить в их род, а сделают его так, что мы не сможем отказаться. А я не хочу свободу терять, мне до пенсии всего десять лет осталось.
– Согласен с Кудрей, – кивнул Медведь, он же штабс-ротмистр Великанов. – Для меня армия дом родной, я присягу давал Родину защищать и только на Романовых работать не согласен.
– Вам прикажут – ещё не так раскорячитесь! – буркнул полковник. – Ишь раскудахтались, господа офицеры! Вам будущий император фактически свою жизнь вверяет, а вы жопы морщить начинаете! И никто вас в род Романовых тянуть не собирается, кому нужны такие неучи, как вы? У Романовых своих колдунов достаточно! Кроме того, я видел, на что способен Камень, да и вы на собственной шкуре уже успели прочувствовать. Помните?
– Да… – вздохнули те.
– А теперь подумайте не жопой, а головой, нахрена мы великому князю вообще нужны? Молчите? А я вам скажу: просто он хочет наш с вами уровень подтянуть. Потенциал ближника его Кузьмина оценили?
– Так как мы потенциал-то этот оценим, если Кузьмин вообще никак не виден? – буркнул медведь, а Кудря согласно кивнул. – Но вот веет от него… очень большим личным кладбищем. Даже мы с вами по душегубству с ним и рядом не сидели.
– То-то и оно! – ухмыльнулся полковник. – У меня при первой встрече с этим застегнутым на все пуговицы Кузьминым точно такие же ощущения были. Помните, я вам перед самым отъездом на границу колокол показывал?
– Да.
– Это именно он меня этому приему научил. Ну, как научил, так… Просто походя показал по просьбе великого князя.
– Командир, а чего ты раньше молчал? – вскинулся Кудря. – Может, он ещё чего-нибудь покажет?
– Не беги вперёд паровоза! Пуп надорвешь, а на посадку все равно не успеешь! – хмыкнул Литвиненко. – Именно про это я вам и толкую. Видели, у великого князя виски как побелели? А в прошлый раз подобной проседи у него не было. Можно предположить, какими знаниями и силой обладают церковные колдуны, если во время встречи с ними великий князь так перенапрягся. – Он многозначительно оглядел подчинённых. – Так что делайте выводы, господа офицеры, и набирайтесь терпения. Похоже, мы с вами попали в такую школу, по сравнению с которой обучение на факультете родного училища покажется детским садом…
Тем же временем в самом спортивном зале наметилось какое-то движение, канцелярские колдуны стали выстраиваться в две шеренги, а перед ними расположились подошедшие от одной из стен Кузьмин и Белобородов. Последний откашлялся и начал:
– Господа, представляться не буду, вы все меня знаете, как и господина Кузьмина. – Он оглядел шеренги. – Ваш командир, господин Лебедев, должен был до вас довести приказ его императорского величества о некоторой… временной реорганизации подразделения. Будут какие-то вопросы, возражения? Отлично. Теперь же хочу представить вам коллег из военной разведки. – Последние сделали три шага вперёд и, вытянувшись, застыли. – Полковник Литвиненко, позывной Леший. Ротмистр Жданов, позывной Кудря. Штаб-ротмистр Великанов, позывной Медведь. Какое-то время господа офицеры будут проходить службу совместно с вами. Если кого-то волнует, у разведчиков наличествует богатый боевой опыт, на их счету многократное успешное выполнение задач различной сложности, так что обузой для остальных они точно не будут. Прошу любить и жаловать. А теперь слово предоставляется господину Кузьмину.
Ближник великого князя поправил кепку и хищно улыбнулся:
– Как правильно заметил Прохор Петрович, вы все меня знаете, а некоторые меня ещё и безуспешно ловили долгие годы, предпочитая организовывать подленькие засады с кругом, а не выходить один на один. Короче, было между нами многое, но, как говорится, кто старое помянет, тому глаз вон. Скажу сразу, государь с цесаревичем поставили передо мной конкретную задачу, которую вам должен был озвучить Владислав Михайлович, и я намерен выполнить эту задачу любой ценой! И поэтому предупреждаю вас сразу, коллеги, драть буду совсем не по-детски: до потери сознания, до цветных кругов перед глазами, до блевоты с кровавым поносом! Кто не потянет, тому буду уделять повышенное внимание, отчего обычные нагрузки покажутся ему легкой прогулкой! Возражения есть? Возражений нет. Теперь перейдём к организационным вопросам и ближайшим планам. Понятно, что на территории Кремля полноценно тренироваться мы не сможем в силу известных всем причин, но кое-что делать всё-таки будем. Кроме того, на нас с вами сейчас лежит две главные обязанности: охрана Кремля от возможного нападения вражеских колдунов и обеспечение выздоровления пострадавших курсанток, лежащих в больнице. А поэтому сейчас ваш командир Владислав Иванович Лебедев распределит необходимое количество бойцов на больницу и на охрану, остальные останутся здесь и прямо сейчас начнут тренировки. Вольно!
Буквально через пять минут в арсенале остались только пять канцелярских колдунов из более чем тридцати и военные разведчики. Знаками отделив первых четверых, Кузьмин заявил:
– Остальные внимательно наблюдают и клювами не щелкают.
В число зрителей попали и военные разведчики, которые с интересом приготовились следить за разворачивающим действом. К ним присоединился и великий князь Алексей Александрович, так и простоявший все это время в сторонке.
А от «застегнутого на все пуговицы» Кузьмина повеяло, он буквально взорвался светом, который потянулся к четверым тоже засветившимся колдунам и накрыл их.
– Терпеть! – рявкнул Кузьмин. – Терпеть!
Армейские переглянулись, одновременно поежившись от того постоянно растущего напряжения, которое исходило от ближника великого князя, и Медведь пробормотал: