Камень Книга седьмая (СИ)
– Судя по докладам Ванюши, еще чуть-чуть, еще немного, и случится аналогичная история.
– Беда… – вздохнул Пожарский.
– Вот и мы так же думаем, Мишаня. Треба внука чем-то дельным занять, силушку дурную в мирное русло пустить. Давай, старый, думай и предлагай, ты Лешку лучше знаешь…
– Как вариант, охота за оставшимися церковными колдунами, – пожал плечами Пожарский. – Это первое, что приходит на ум.
– Батюшки сдаваться собираются.
– Даже так? – князь изогнул бровь. – Тогда остается только граница с Афганистаном, но вы ведь туда Лешку сами не отпустите?
– Почему бы и нет? – кивнул император. – Если уж совсем припрет, отдадим его пограничникам. Еще варианты?
– Отдать Лешку министру Воронцову. Его сын, Дима который, очень уж на внука запал, и совсем не в карьерном плане.
Император переглянулся с братом и кивнул:
– Военная разведка будет Алексею явно интересна и, что самое характерное, на достаточно длительный срок, а там… будем посмотреть. Еще, Мишаня.
– Женить его можно, – ухмыльнулся Пожарский, а за ним и оба Романовых. – Сами же знаете, как после этого священного таинства взгляды на жизнь в правильную сторону меняются.
– Ты предлагаешь какую-то конкретную девушку? – прищурился император.
– Э-э-э, нет, Коля. – Князь посерьезнел. – Это без меня. И нальет мне сегодня кто-нибудь? Или так и будем на сухую сидеть?..
* * *Утро понедельника не было добрым, и досыпал я в машине. Хотя как досыпал, так, дремал, прогоняя в голове последние события…
…Алексия все же нашла время пообщаться с приемным отцом, а тот, мигом растеряв всю свою привычную невозмутимость, до конца вечера едва-едва, но улыбался. Многоопытная Виктория ничего ни у кого спрашивать не стала, а воспользовалась наивностью Елизаветы и во время их совместной прогулки получила от девочки исчерпывающую информацию о текущей оперативной обстановке. Уж не знаю, поделилась ли сестренка содержанием наших игр, но поведение Вяземской кардинально не изменилось. Мария с Варварой были откровенно довольны пребыванием в моем особняке и даже пытались намекнуть родителю, что до лицея им отсюда совсем недалеко, а для валькирий места в доме уже не хватит, да и «отцовский» кабинет они посмотрели и пришли к выводу, что тот ему весьма подходит. Ответом девушкам было лишь многозначительное родительское хмыканье.
Сашка Петров, хоть и оставался молчалив весь вечер и отвечал только на прямо заданные вопросы, но было заметно, что все происходящее вокруг движение ему нравится, а моих братьев и сестер он воспринимает не как великих князей и княжон, а как близких друзей.
Николай с Александром твердо держались своего репертуара и искренне радовались каждой минутке своей продленной увольнительной. Успевали они и бегать в бильярдную, где сразу после возвращения с «культурного отдыха» припрятали две бутылки столового вина – завтра же на учебу!
Отдельно мне пришлось общаться с Елизаветой на предмет как раз этой самой учебы. Младшая сестренка расстроилась, что братика не будет целых три дня, и тут же взяла с меня слово, что вечером в среду я ее заберу из Кремля. Пришлось пообещать и, в свою очередь, взять слово с нее, что Лиза будет хорошей девочкой, а не злюкой, ну и весь остальной стандартный набор «хорошего ребенка из приличной семьи».
– И что мне тут за чудеса такие Лиза рассказывает? – спросила Виктория, как только мы зашли в гостиную наших покоев. – Братик всех победил, даже папку, да еще и исчезал во время физкультуры и двоился? Романов, что ты опять натворил без моего присмотра?
– Да… – отмахнулся я.
– Леська! – Виктория повернулась к подружке. – После того как ты обманом заставила государыню пригласить меня на этот клятый бал… Короче, рассказывай! Лиза шепнула, ты там тоже была.
– А что сразу я? – Алексия с улыбкой пожала плечами. – У Лешки спрашивай.
– Романов?
– Викуся, – вздохнул я, – а вам с Лесей платья к балу пошить не надо? Кредитки в полном вашем распоряжении.
– Не катит, Романов, – усмехнулась Вяземская. – Кредитки и так в нашем полном распоряжении, а если начнешь намекать на украшения, то я иду на бал в тех, которые мне подарила государыня. Кстати, она и Леське обещала что-то подобрать.
– Вот даже как? – нахмурился я и посмотрел на смутившуюся Алексию. – Быстро бабуля вас в оборот взяла.
– Ты, Романов, с темы-то не съезжай, с Леськой профилактическая беседа насчет замашек государыни уже проведена, и вредных иллюзий никто строить не собирается. Так что у нас такое сегодня случилось на тихой лесной полянке?
– Ну…
– А поподробнее?
Пришлось докладывать.
– Лихо! – Вяземская была удивлена. – Леська, насколько Лешка поскромничал?
– Смело умножай на два, – улыбалась та. – Я так там вообще обалдела!
– Верю. – Вяземская оглядела меня с ног до головы. – Говоришь, в бане потом растяжения восстанавливал?
– Ага.
– Ты себе главный орган, случаем, не потянул? – прищурилась она.
– Не в курсе, – хмыкнул я. – Не было, понимаешь, случая его сегодня в дело пустить.
– Разберемся. Слушай мою команду, курсант Романов, быстро в душ, а потом в койку! Будем твою толерантность к нагрузкам проверять.
– Слушаюсь, госпожа штаб-ротмистр! Разрешите выполнять?
– Бегом!..
И опять КПП с дежурной сменой, и опять отскобленные до асфальта широкие дорожки, только вот ведут они не на гауптвахту, а в сторону общежитий.
– Леха, какие планы на сегодняшний день? – поинтересовался у меня шагавший рядом Алесандр.
– Абсолютно никаких, – пожал плечами я. – Буду лекции университетские читать, мне их Инга Юсупова прислала.
– Юсупова? Так она же под арестом.
– И что? Я ее еще до ареста попросил, вот она и прислала.
– Ясно… – Александр зевнул.
На этом разговор как-то заглох…
В своей комнате в общежитии я пробыл недолго, услышав шум, вышел в коридор и спокойно направился с остальными курсантами в сторону спортгородка.
Пятикилометровый кросс пробежал без особых проблем – тело хоть и побаливало, но терпимо, заодно и окончательно проснулся. На занятиях рукопашкой вяло подрыгал конечностями, а вот отжиматься и подтягиваться пришлось всерьез.
На занятиях, помня данное себе слово, приступил к изучению лекций, этим же «развлекался» и после обеда, а вот по окончании четвертой пары в коридоре меня встретил капитан Уразаев:
– Курсант Романов, следуйте за мной.
– Есть, господин капитан. – Он развернулся и направился в сторону лестницы.
Мы вышли из учебного корпуса и двинулись по дорожкам в сторону главного административного здания, на стоянке перед которым нас ожидали люди в военной форме и один в цивильном. Приглядевшись, я узнал в гражданском собственного родителя. Последние несколько шагов мы с Уразаевым преодолели строевым шагом.
– Ваше императорское высочество, разрешите обратиться к его высокопревосходительству? – рявкнул капитан.
– Обращайтесь, – кивнул отец.
– Ваше высокопревосходительство, капитан Уразаев и курсант Романов по вашему приказанью прибыли!
– Вольно… – махнул Ушаков. – Александр Николаевич?
– Спасибо, Валерий Кузьмич. Господа офицеры, довожу до вашего сведенья, что государем нашим сегодня было принято решение о переводе курсанта Романова Алексея Александровича обратно в университет. Соответствующую бумагу вы, Валерий Кузьмич, получите в среду. От лица государя, всего рода Романовых и себя лично хочу поблагодарить весь командный состав родного для меня училища за заботу и терпение, проявленные вами по отношению к Алексею Александровичу, а также вручить маленькие презенты, – родитель указал на стоянку и продолжил неуловимо изменившимся властным тоном: – Первая «Волга» вам, ваше высокопревосходительство, вторая полковнику Удовиченко. Те три белые «Нивы» подразделению военной полиции. А защитного цвета капитану Уразаеву в личное пользование. Вадим Толгатович, – отец смотрел на вытянувшегося Уразаева, – государь ценит офицеров, умеющих находить подход к каждому из своих бойцов, соответствующую дарственную табличку от государя найдете на приборной панели.