На грани безумия (ЛП)

— Чем сейчас занимается суперинтендант? — спросил Рейносо.
Ноа пожал плечами и почесал отросшую бороду. Ему нравилось держать лицо гладко выбритым, но за последнюю неделю на бритье не нашлось ни времени, ни желания.
На первый план выходили более важные дела — например, чтобы Фолл-Крик не развалился.
— Кого это волнует? — ответил Хейс. Он запихнул в рот еще одну булочку разогретого в духовке домашнего хлеба с расплавленным сыром. Крошки рассыпались по его груди. — Если все заседания комитета будут такими, как сейчас, я умру счастливым человеком.
Розамонд Синклер созвала очередное утреннее заседание совета, на этот раз в своем доме в «Винтер Хейвене». В электричестве нуждались и более важные здания, чем мэрия. Одним махом она перенесла штаб-квартиру к себе.
Ее дом представлял собой самодостаточный мини-особняк, снаружи отделанный бревнами, а внутри — полы из бразильского дерева, сводчатые потолки, хрустальные люстры, мраморные столешницы и плитка в ванной. Все здесь было огромным, витиеватым и роскошным. Совершенно не в стиле Ноа, но он все равно восхищался каждой элегантной деталью.
Все остальные гораздо больше завидовали свету и теплу, работающей плите и восхитительному гулу холодильника из нержавеющей стали.
Члены совета собрались в изысканной официальной гостиной, расположившись на бархатных диванах и креслах. Табуреты и парчовые стулья для столовой перенесли в комнату для дополнительной рассадки.
Два помощника суперинтенданта разносили тарелки с закусками — сосиски в тесте, тарталетки и крошечные буррито. Все горячее и ароматное. Очень вкусно.
На секунду почти удалось забыть, что страна только что погрузилась в хаос. Что их маленький городок отрезан от всего мира, заперт в холоде и темноте, совершенно одинок. Что помощь от правительства не пришла и может не прийти еще несколько недель или месяцев. Почти.
Чувство вины укололо его. Ноа и Майло переехали в свой собственный красивый бревенчатый домик в общине «Винтер Хейвен» вчера вечером. Не такой шикарный, как у Розамонд, но это не имело значения.
Солнечные батареи работали, вместе с генератором в дни, когда не хватало солнечного света. В кладовой имелся запас еды на две недели.
После нескольких дней без электричества оно уже казалось дорогой роскошью. Ноа и Майло нежились в нем. Принимали горячий душ. Запекли в духовке макароны с сыром, как и советовала Розамонд, и съели все вместе.
Впервые после ЭМИ Ноа спал крепко.
Тем не менее, это решило лишь одну из множества непреодолимых проблем, стоявших перед ним. Его беспокойство по поводу лекарств Майло росло с каждым днем.
Розамонд хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание. В комнате воцарилась почтительная тишина. Она сидела на стуле под арочным входом между гостиной и столовой, за спиной у нее виднелась ярко освещенная кухня.
— Спасибо всем, что пришли. Надеюсь, вам понравилось угощение. Уверяю вас, это еще не все. Я обещала позаботиться о вас, и я позабочусь. Но сначала несколько важных вещей.
— Как мы уже обсуждали, у нас просто нет достаточного количества подготовленных специалистов правоохранительных органов для поддержания мира. Мы уже набрали столько бывших военных горожан, сколько смогли найти, в качестве резервных офицеров. Этого недостаточно.
— Нам нужны обученные люди для обеспечения безопасности и гарантии того, что то, что принадлежит нам, останется нашим, и что наши семьи — наши дети — будут здесь в безопасности. Никто не хочет видеть трагедию, подобную той, что едва не произошла вчера. Благодаря быстроте реакции офицера Шеридана никто не погиб. Каким бы оптимистом я ни была, не верю, что нам снова так повезет.
По комнате прокатился негромкий ропот. Новость о ссоре в продовольственной кладовой Кроссвей быстро распространилась. Люди радовались, что преступников заперли в подвале здания суда, но это далеко не единственная проблема города.
— Некоторые из вас знают моего троюродного брата, Маттиаса Саттера, командира бригады добровольцев-ополченцев юго-западного Мичигана в окрестностях Аллегана. Дэйв Фаррис успешно связался с ним по радио. Он готов помочь нам в обеспечении безопасности…
 
— Ты хочешь пригласить Мичиганское ополчение в Фолл-Крик? — недоверчиво перебил шеф Бриггс.
— Технически, они отделились от Мичиганского ополчения в прошлом году и сформировали свою собственную бригаду. — Розамонд поджала губы. — Я просто выношу на обсуждение возможные ресурсы. Я действительно думаю, что они могут предложить значительные преимущества в плане безопасности.
— Мы нуждаемся в любой помощи, которую можем получить, — сказал Джулиан. — Это лишь вопрос времени, когда хаос в городах доберется и сюда. Нам нужно поставить баррикады из брошенных машин и несколько патрулей на Старом 31-м шоссе, на въезде в город.
— Мы и так слишком загружены, чтобы ставить блокпосты, — проговорил Рейносо, взглянув на Джулиана в поисках подтверждения. — Во всяком случае, эффективные. Нас недостаточно.
Дэйв Фаррис встал и отодвинул свой табурет.
— Я не против охраны и безопасности. Но нам лучше хорошенько подумать, прежде чем пускать в город кучу чужаков. Фолл-Крик не так уж и беден, как многие другие места. У нас поблизости есть несколько источников пресной воды для питья и рыбалки. Фолл-Крик, не говоря уже о реке Сент-Джо, озере Чапин и, конечно, озере Мичиган. Как только наступает весна и лето, у нас повсюду появляются фруктовые сады и фермы. В Мичигане почти десять миллионов акров сельскохозяйственных угодий.
Дэйв правильно подметил. Округа вдоль юго-западной границы Мичигана известны как фруктовый пояс. Мягкие холмы, песчаная и плодородная почва, близость к озеру Мичиган создавали благоприятный климат для выращивания фруктов. Здесь процветали виноград, персики, яблоки, груши, сливы и клубника.
На мичиганских фермах выращивали кукурузу, сою, пшеницу, картофель, лук, помидоры, спаржу, чернику и малину — список можно продолжать. Не говоря уже о тысячах акров, отведенных под молочных коров и производство яиц. Фермы и сады, где можно собирать урожай, разбросаны по Берриену и соседним округам.
— Как я вижу, если мы сможем пережить эту зиму, то все будет в порядке, — заявил Дэйв. — У нас также есть «Винтер Хейвен» — целый поселок с электричеством. Не исключено, что эти люди придут и решат, что им здесь нравится настолько, что просто захватят власть и вытеснят нас. А что их остановит, если они больше и сильнее нас?
Низкий ропот согласия пронесся по гостиной.
— Мы не будем привлекать неизвестный элемент, — прорычал шеф Бриггс. — Полиция Фолл-Крика следит за соблюдением закона и порядка в городе. Точка. Никаких обсуждений.
— Ополчение — это не закон, — подчеркнул Дэйв. — У них не самая лучшая репутация.
— Не у всех, Дэйв, — возразил Майк. — Мичиганское ополчение насчитывает тысячи человек. Много хороших людей, готовых защищать себя и своих близких от внешних и внутренних угроз. Мой брат и племянники служат в бригаде под Холландом.
— Привлечение сторонних лиц ничем не отличается от того, как компания нанимает частную охрану, — громко сказал Виггинс. Под глазами у него залегли глубокие тени. Он выглядел изможденным. — Это разумный поступок. Мы должны быть в безопасности, и точка. Мир повсюду катится в ад, и нам нужна защита.
— Не уверена, что нам нужны незнакомые мужчины с оружием и во главе города, — заметила Аннет Кинг. — По мне, так это скорее предвестник неприятностей.
Несколько членов совета решительно кивнули. Большинство выглядели растерянными и неуверенными.
 
Ноа беспокойно теребил свое обручальное кольцо. Он не хотел видеть вооруженных незнакомцев в своем городе, как и все остальные, но в то же время понимал, насколько они ограничены в возможностях, насколько уязвимы.
— Если Розамонд за, то мы должны поддержать ее предложение, — сказал Виггинс. Он оглядел членов совета. — Давайте.
— У нас не диктатура, Розамонд, — огрызнулся шеф Бриггс. — Ты не можешь просто взять и протащить это через…