Дом, который построил Ник (СИ)
- Я люблю тебя.
Сказано не на трезвую голову и на грани оргазма, но эти избитые три слова его вознесли, ошарашили и убили одновременно. Она его любит - ликовало сердце. Она его любит - тут же камнем повисло на душе.
- И я тебя люблю, - вдруг вырвалось, ведь он тоже был пьян и удовлетворен.
Снова поцелуи, и ее нежные успокаивающие пальцы, на шее и волосах. А потом долго смотрели вдаль, прижавшись носами к мутному, пока еще не очень чистому окну и тихо перешептывались. О красоте полета над всей этой панорамой, о предстоящем Новом годе и снова тихие слова любви.
"Я куплю ей этот пентхаус, и не важно, как придется объяснять отцу растрату таких крупных денег", - твердо решил он тогда.
Отцу последнее время приходилось объяснять многое. И откуда вдруг возникло рвение к работе, и когда он все же планирует предстоящую свадьбу с Софией. Никита неуверенно пожимал плечами и обещал в феврале все решить. И объект сдать, и с невестой помириться, и со свадьбой определиться. Лишь бы сейчас отстали от него. На данный момент у него было две заботы: Лиля и Артем. Каждые две недели ему приходилось срываться и отмазываться командировками. Рыжая не возражала. Надо так надо, работа есть работа. Но он в очередной раз уезжая, перед самым Новым годом был на взводе. Лиля последнее время тоже психовала, у нее началась сессия и видимо из-за перенапряжения с учебой нервы не выдерживали. Они даже пару раз поругались. Буквально на ровном месте начали цепляться к словам, и один раз девчонка даже ушла ночевать к себе. Правда на следующий день сразу же и помирились, но все равно уезжая сейчас перед самым Новым годом домой, он переживал, и непонятное чувство тревоги сопровождало его всю поездку.
- Я приеду тридцатого вечером, - пообещал он ей, - и мы вместе встретим Новый год.
Она обняла его и вместо привычного "я буду ждать и скучать" теперь уже осознанно повторила:
- Я люблю тебя, строитель, - сказала так же, как и в тот вечер, жарко и отчаянно. И он просто не мог не повторить тоже.
- И я люблю тебя.
И вот после этих слов тяжесть и растерянность. Он гнал от себя мысли и ничего не хотел анализировать.
- Пусть пока будет так, - прошептал он сам себе, - пока так.
А дома этот разговор с отцом о Соне, и, собственно, потом сам телефонный разговор с будущей невестой. Она обижалась. Он прекрасно понимал на что - на появление ребенка, на его, Никиты, невнимание, на то, что вообще жить ей предстоит с таким раздолбаем.
Еще одна новость выбила совсем его из колеи. Праздник предстояло встречать с будущими родственниками, и это был уже решенный вопрос, его мнение никого не интересовало. Никита ругался, истерил и хлопал дверью, но сошлись на том, что тридцать первого декабря он должен появиться у Софии, и у него есть ровно день, чтобы объяснить Лиле, почему все их планы рушатся.
Завтра он приедет и ей все объяснит. Что-нибудь обязательно придумает. Еще одну командировку или аврал на стройке уже в родном городе. Лилька - она у него умница, она все поймет и она его любит.
А пока он уже целый час сидел и собирал кубики в башню. Артем старательно ему их подавал, ползал, собирал, даже сам пытался ставить, немного неуклюже, но при помощи Никиты получалось. Вот так вот старательно возводили они с ним этот столб, а потом одним пинком малыша это все летело в разные стороны. Веселое занятие, но раз на двадцатый или даже тридцатый ужасно надоело, но пацан настаивал, потом даже визжал и топал в истерике ногами. Это был вообще действенный метод, и так шкет добивался абсолютно всего. В комнате было не пройти, весь пол был завален всем, что попадало в поле зрения мальчишки, и по команде "Дай мне" тут же перекочевывало в его руки. При слове "Нельзя", это чудовище с криками упиралось головой в пол и не затихало, пока не добивалось своего. При очередном таком скандале схватив в охапку, сунул ребенка бабушке:
- Мам, я больше не могу! Можно я отдохну полчаса?
Вышел на крыльцо в одной футболке, даже куртку не накинул, облегченно вздохнул. Закурил. Раздался телефонный звонок. Взглянул на экран. Анька. Второй раз он забирает сына на целый день и все это время она чуть ли не каждый час долбит его звонками. Вот как легко и без проблем, оказывается, можно было ее вывести на разговор - просто забрать сына. Провел по экрану, скидывая звонок. Уверять в сотый раз, что с пацаном все хорошо не хотелось. Поел, играет, не плачет... Ага, не плачет - орет как резанный, если что не так. Вот почему он с Олегом себя так не ведет? Золотой ребенок прямо - мальчик-одуванчик, улыбающийся, скромный и тихий. Только папаша за порог и превращается это милое дитя в исчадие ада. Никита вздохнул. Набрал Лилю. С ней вот он бы сейчас с удовольствием поговорил, даже послушал бы как ворчит. Но с утра телефон недоступен. "На экзаменах, наверное. Телефон отключила", - делал он выводы, но все равно время от времени набирал. Уже обед. Сейчас Артема покормят, и можно уложить его спать.
Это блаженное время, когда ребенок спит. Можно просто тихо лежать, глядеть в потолок и размышлять, а рядом мирно сопит его мальчишка. Самый прекрасный момент. В такие минуты Никите кажется, что он обожает этого вредного шкодника, внешне так похожего на него. Пацан - это вынос мозга и всей нервной системы, и может Никита не самый подходящий для него отец, однако он все же рад встречам с сыном. Особенно когда тот спит.
Тихонько достал телефон. Смс. Сообщения в "ватсап", в ВК, и все без отчета о доставке. Слишком долго вне зоны доступа и отсюда все больше нарастающая тревога. Вспомнились моменты в самом начале их отношений, когда она часто игнорировала его. И эти непонятные однокурсники. И мужчины, те, что были до него. Два прошлых раза, что он уезжал, она и в самом деле ждала ведь его. А вчера сказала, что любит. Значит, пока просто не может ответить.
Уже и Артем проснулся, и они даже погуляли с ним вместе в саду, а она все так же не включала телефон. Никита бесился, уже чуть ли не каждые десять минут набирая ее номер. Вот и стемнело, и Олег забрал ребенка, и зарядка почти вся села. Хреновый аккумулятор на Сашкином телефоне. Они так и не поменялись аппаратами. Да и он подарил уже свой Сашке. На дне рождения сказал, чтоб забирал с концами. В феврале, когда все закончится, другой себе возьмет. Но до февраля еще целый месяц, а девчонка почему-то не отвечает.
Не выдержал. Позвонил Веронике.
- Привет, ты не знаешь где Лиля? Она трубку не берет.
- Лиля? - удивилась девчонка вопросу. - Она уехала еще утром.
- Куда?
- Домой.
- Как домой? А сессия? Экзамены.
- Она еще позавчера все закрыла. Заранее.
- Заранее, - эхом повторил Никита, мозги уже начали прокручивать ситуацию. Она все сдала еще когда он был в Москве и ничего ему не сказала. Почему? Почему не сказала, что уедет? Или она к завтрашнему дню успеет и вернется? - А где она живет? Адрес скажи.
- Адрес не знаю, зачем он мне? - и в самом деле, зачем девчонке знать улицу и дом проживания сокурсницы...
Численность населения названного города более миллиона жителей. Где теперь ее искать?
Глава 12
Никита все еще надеялся, что она к тридцатому вернется в Москву. Почти бессонная ночь и постоянные разъедающие мозг мысли. Он то посылал ее по всем неизведанным маршрутам и на все известные буквы, то все равно возвращался к вопросу "почему", и эта глупая надежда. Первым утренним рейсом он прилетел в столицу. Полтора часа и он дома. В их с Лилей съемной квартире. Уже неизвестно, по какому кругу обходил опустевшее жилье. Из напоминаний лишь две зубные щетки в стакане. Его никто не ждал. Не скучал. И, похоже, и не любил. Даже записки нет. Обошел еще раз, нет никаких посланий, ни карандашом на бумаге, ни помадой на стекле. Снова по инерции набрал ее номер, без ожидания чего-либо. Да, абонент временно недоступен. А может даже и навсегда. Постоял у окна отрешенно глядя на заснеженный двор. И что делать? В аэропорт? Домой? Новый год с Сонькой? И тут его осенило. Отец! Это все мог устроить отец! Он узнал про их отношения и... Что и? Возможно припугнул девчонку, а может и заплатил. Все может быть. Не зря он так давит с этой гребаной свадьбой. Ну почему она ничего ему не сказала? Какая дурочка бестолковая!