Изгой (СИ)

Перед глазами появилась надпись:
Завершить торговлю? Да/Нет.
Да.
На первое время таблеток должно было хватить. А если понадобится ещё, я теперь знал, где взять. И хоть мне не начислили за это открытие опыта, оно было полезно.
  
Глава 29
 
Сев на коника, я поехал вдоль улицы. Вывески сверкали и переливались волшебными огнями, некоторые двигались. На стенах мелькали, сменяя друг друга, то ли проекции, то ли голограммы: надписи, артефакты, продукты, экипажи, животные, оружие, голые извивающиеся тела. Одна реклама привлекла моё внимание. «Остров Лапута рад предложить вам новейшие разработки наших инженеров, — говорил обритый наголо мужчина в тёмно-синем костюме с серебряной вышивкой. — Уже совсем скоро мы прилетим в ваш город, так что следите за сообщениями о скидках, акциях и промокодах. Самые выгодные условия — в течение первых трёх дней начала торгов».
Кажется, Аннуэль говорила что-то про летающих инженеров — когда мы заметили на улице сумасшедшего, предрекавшего апокалипсис.
В голове раздался голос «матери»:
— Какие планы, сынок?
— Честно говоря, без понятия. Есть идеи?
— Тебе нужно позаботиться о дневном убежище. Оставаться в «Красной заводи» небезопасно.
— Это я и сам понимаю. Придётся забиться в какую-нибудь дыру перед рассветом. К счастью, ночь только началась, и до восхода солнца полно времени.
— Нет, «дыра» — это несерьёзно. Тебя могут обнаружить. В городе полно всяких… В общем, кто только не шныряет.
— И что ты предлагаешь?
— Направляйся по следующему адресу.
Интересно, она всё ещё следила за мной? Ползала по стенам или крышам, затесалась в уличную толпу? А может, в темноте над домами парил автомат-шпион вроде того, который лежал в моём Инвентаре?
Всплыл адрес. Я пробежал надпись глазами, но она мне ни о чём не говорила, естественно.
— Там тебя встретит Тристиан, — сказала мать. — Он знает, кто ты, и ждёт тебя.
— Зачем?
— Тристиан предоставит тебе дневное убежище.
— Но ещё далеко до рассвета.
— Просто познакомьтесь. Чтобы ты знал, куда податься, когда придёт время.
— Хм… Ну, хорошо.
Я открыл карту и выбрал указанный адрес. Навигатор обновил данные и выстроил маршрут. Название улицы и номер дома отправились в Журнал событий.
Вообще, мне не нравились эти подсказки. Я бы предпочёл иметь больше самостоятельности, но, может, мать была реальным персонажем, а не просто туториалом, и нам ещё предстояло встретиться. И Тристиан тоже должен был сыграть какую-то роль, кроме как предоставить мне убежище на первое время. В общем, я решил, что, как только немного освоюсь, постараюсь соскочить с этих наводок. В конце концов, мне в игре жить предстояло несколько лет, а делать это интереснее в «открытом мире», а не вот это вот всё — иди туда, не стой на ветру, а то говном с вентилятора забрызгает.
— Этот Тристиан, он нокс? — спросил я мысленно, решив немного расспросить о том, с кем мне предстояла встреча.
— Разумеется. Мой старый друг.
— Значит, он не прикончит и не сдаст меня?
— Нет, можешь доверять ему.
«Я и тебе-то не доверяю», — подумал я. Но что было делать? Мне действительно требовалось убежище на день.
Пришпорив коня (на самом деле, выбрав в управлении «Перейти на галоп»), я понёсся через город, следуя путеводному светлячку навигатора. Ну, и следя за параметром Выносливости своего жеребца, конечно. А то загнанных лошадей пристреливают, и всё такое. Пешкодралом топать было не интересно.
  
Глава 30
 
По пути мне открывались новые особенности города эльфов. Некоторые дома соединяла канатная дорога, частично обрушенная. Пару раз я видел свисавшие с неё на тросах искорёженные вагоны, похожие на огромных, запутавшихся в паутине насекомых. Пересекая большую площадь, конь едва не наехал на распростёртое тело — я не заметил его в темноте сразу и чудом успел вывернуть уздечку. Мёртвый игрок или декор? Тела убитых здесь не исчезают, так что мог быть и первый вариант.
 
В небе кружились и издавали противные скрипяще-каркающие крики какие-то существа, похожие на крупных птиц, но с длинными и тонкими хвостами. В центре площади возвышалась триумфальная арка, покрытая барельефами: древние доспехи, шлемы с плюмажами, оружие и связанные пучками прутья с воткнутыми в центр секирами — атрибуты ликторов. Прутьями пользовались в Риме, чтобы разгонять толпу. Вернее, чтобы символизировать такую возможность. На самом деле эти пучки имели скорее символическую функцию.
У основания помпезной арки копошились тёмные фигуры — наверное, бродяги. Тускло мерцал огонь, прикрытый бортами большой дырявой бочки. Когда я пронёсся мимо, вслед мне хрипло залаяла собака. Ну, или существо, похожее на неё. Благодаря Ночному зрению нокса я разглядел обернувшиеся ко мне бледные, худые лица и отрешённые, будто стеклянные, глаза. Жутковатое зрелище, если честно.
Постепенно высоких домов становилось меньше. Разделённые светящимися линиями районы, по которым я проезжал, мало отличались друг от друга, но тот, где располагался адрес, указанный матерью, видимо, относился к старой части города: большие здания торчали здесь, словно вбитые в землю одиночные колья, а не образовывали бамбуковую рощу, как в некоторых иных кварталах.
Наконец, я добрался до невысокого дома в глубине запущенного парка и, медленно проехав по алле, заросшей травой, остановился у крыльца.
Фасад выглядел так, словно зданию было лет триста: облупившаяся штукатурка, трещины, тёмные пятна и следы дождевых потёков. В общем, весьма живописно.
Я наступил на одну из разбросанных повсюду листовок. В Авалоне их было полно: разного цвета и размера, плотности и формы, с картинками и без, они валялись на улицах, словно осенние листья. Я читал, что когда-то во время войн с самолётов скидывали целые тонны агитационных флаеров с целью поразить дух вражеского населения. Наклонившись, я подобрал для интереса три листовки. Может, мне просто хотелось взять паузу перед тем, как постучаться в старый дом.
Первый флаер предлагал интимные услуги и обещал удовлетворить любые, даже безумные (это слово было набрано крупным, жирным шрифтом) фантазии. На обороте приводился прайс, вполне демократичный. Рисунок девушки-фури с высунутым язычком и прищуренным глазом дополнял дизайн. Вторая бумажка зазывала в некое "Братство Последнего Дня". Видимо, так называлась одна из местных сект. Ну, или церквей. Я ещё не разобрался, как у эльфов устроено с религией. А вот третий листок неожиданно заинтересовал меня. Он оказался вырванной из книги страницей.
"… и если, охваченный гордыней, решишь, что можешь обойтись без Зверя, или что свободен от его власти, или что готов бросить ему вызов и одолеть его, и возжелаешь нарушить Заветы, то знай: нет силы, способной дать тебе это, и нет возможности избавиться от влияния Зверя, ибо всё сущее пребывает в его власти и ведении. Захочешь отступить от его Заветов — он уже видит сие. И карает непокорных мгновенно, не давая совершить отступничество до конца — и в этом его великое милосердие, так как уберегает от греха и лишь отлучает от сердца своего. Напомним же, что… "
 
Очевидно, страница была выдрана из книги Чёрного Зверя вроде той, что показывал мне во время галлюцинации Эренден. Поразмыслив пару секунд, я не стал выбрасывать листок, а сложил его и отправил в Инвентарь.
Затягивать знакомство с маминым приятелем было бессмысленно. Кто бы ни ждал меня за стенами старого особняка, я должен был с ним встретиться. Хотелось надеяться, что хозяин дома окажется настроен дружелюбно.