Делай что должен

– То, что этот дурак должен был сделать с нами, – спокойно отозвался брат. – А я не такой болван, как он.

Планета Идиллия. Город Зелар
Рам оглядывал карту сектора обороны своего полка, нервно смоля одну сигарету за другой. Соседи с флангов – пехотные полки с Нового Плимута и Гефеста – держались, не давая врагу продвинуться.
Одобренный командующим Корпуса план в случае успеха подарит союзовцам сутки передышки. Если же нет – придётся отходить, сокращая линию фронта. А это плохо – враг получит возможность для манёвра, что при таком превосходстве сил означает быстрый крах обороняющихся.
– Что там в торговом центре? – спросил полковник у единственного оператора.
Теперь это был весь его штаб: сам Костас да этот сопляк-капрал с Нового Плимута.
– Зачищаем третий этаж, – доложил капрал. – Старшина Вестхус докладывает, что группа справилась с поставленной задачей.
– Вестхус? – Рам с силой вдавил сигарету в пепельницу.
Старшина Вестхус был заместителем Нэйва, и если он вышел на связь вместо капитана, то в лучшем случае это означало ранение контрразведчика. В худшем же…
Костас вывел показания такблоков оставшихся офицеров полка. Нэйва среди них не было. Ретранслятор в торговом центре смогли включить лишь несколько минут назад, когда нашли частоту, ещё не подавленную вражеской РЭБ, а потому данные с тактических блоков бойцов только начали поступать в штаб. Почему не было сигнала от Нэйва можно лишь гадать, одно оставалось ясным: он погиб. Будь контрразведчик жив – поддерживал бы связь напрямую или через Вестхуса, а в случае тяжёлого ранения офицера пришёл бы доклад от медиков.
Костас на миг прикрыл глаза и вздохнул. Жизнь полна злой иронии. Нэйву с его работой полагалось умереть либо в шпионских игрищах, либо от неуёмной тяги лезть не в своё дело и переходить дорогу сильным мира сего. А вместо этого Грэм погиб, как обычный пехотинец. Жаль парня. Гефестианец всегда оставался надёжным другом, и Костасу будет не хватать его в то короткое время, что отмерено до собственной смерти.
Мигание индикатора полевого телефона на столе отвлекло китежца от мрачных мыслей. Сейчас надо заботиться о живых, а мёртвых он помянет позже.
– «Гамма-пять», – назвал Костас свой позывной, поднимая трубку.
Примитивная проводная телефонная связь, развёрнутая в подземелье, сильно выручала союзовцев: её невозможно прослушать или подавить средствами радиоэлектронной борьбы и разведки. Ну а подключиться к проходящему под землёй проводу, не зная его местоположения, – это уже из области фантастики.
– «Лима-четыре», – услышал Рам позывной наблюдательного пункта, находящегося на левом фланге полка. – Два-ноль-пять. Повторяю: два-ноль-пять.
Костас недобро ухмыльнулся. Переданный наблюдателем код означал, что план полковника удался.
Рам ещё сутки назад приказал свести к минимуму действия на левом фланге. Пусть доминионцы успокоятся, посчитав, что на этом участке сил противника недостаточно для активных действий. И теперь, когда шла отчаянная резня за торговый центр, доминионский командир снимал подразделения со «спокойного участка» и перебрасывал на помощь штурмующим.
Именно на это и рассчитывал Костас.
– Принял, – ответил полковник и нажал рычаг отбоя.
Набрав номер, он дождался ответа и скомандовал:
– Код «красный»!
По этой команде тайно сосредоточенный на левом фланге ударный кулак из дорсайцев перешёл в наступление, поддержанное артиллерией, авиацией и ротой танков, до сего момента не подававшей признаков жизни. А пробравшиеся по тоннелям диверсанты принялись жечь конвои снабжения.
Костас позволил себе довольную улыбку. Мощный удар с фланга и хаос в тылу обрушивали оборону доминионцев в этом секторе, заставляя отступать с захваченных территорий. Союзовцы, отбросив врага, вернутся назад, на нынешние позиции, щедро усеяв землю за собой разного рода сюрпризами. Всё равно сил на оборону отвоёванного пространства нет, а так «получившие по носу» враги сначала потратят время на наведение порядка среди отступающих, а затем – на продвижение по заминированной местности. А там…
Пол неожиданно ударил по ногам. С потолка посыпались искры лопающихся осветительных панелей, голопроекторы и мониторы погасли, погрузив командный пункт в темноту. Бетонный куб бункера трясся от близких разрывов, словно коробочка с насекомыми у уха мальчишки.
Когда всё стихло, Костас понял, что лежит на полу, набрав полный рот пыли.
– Живой? – отплёвываясь, крикнул он оператору.
– Да, сэр, – отозвался тот.
В коридоре послышались тревожные крики, загорелись огни аварийного освещения.
– Что с оборудованием? – вставая, спросил Рам.
В темноте послышалась тихая возня – оператор старался реанимировать пульт.
– Не включается, сэр, – доложил он через минуту. – Только телефон работает.
– Дуй за ремонтниками! – приказал Рам. – В темпе! Чтобы через полчаса максимум у меня всё работало!
– Есть! – оператор выскочил в коридор.
В ожидании ремонтников Костас встал у распахнутых дверей командного пункта и закурил. На душе сделалось почти спокойно. Неизбежная, близкая смерть кого-то сводит с ума, а кому-то дарит ясность и безмятежность. Костас был из последних. Китежец оглядывал собственную жизнь с удовлетворением. Он жил как воин и погибнет так же – с честью.
Лишь где-то у сердца жило беспокойство за дочь. Он не доверял этим доминионским шлюхам, не мог полагаться на репликантов, а Зара… Чем она могла помешать, вздумай Лорэй или штамповки сдать Дану начальству?
Но капитан Нэйв, земля ему пухом, им верил, и Костас предпочёл последовать его примеру. Там у Даны был шанс на жизнь. Главное, чтобы она не спустила его в трубу, задумав что-то безумное и бессмысленное…
В ста километрах от Костаса доминионский оператор тактического ракетного комплекса закончил ввод данных цели, полученных разведкой от перебежавшего корпората. Доложив командиру, оператор получил разрешение на пуск и тронул нужный сенсор, запустив гиперзвуковую ракету «Пернач», оснащённую противобункерной боеголовкой.
Через несколько секунд чудовищный удар потряс подземную крепость. Люди в коридорах попадали, словно сбитые кегли. Когда капрал-оператор сумел поднять голову, он увидел страшное зрелище: вместо дверей командного пункта громоздился завал из земли, камней и кусков бетона.
– Командира завалило! – закричал капрал, вскакивая.
 
Глава 28
Планета Идиллия. Пригород Эсперо. Несколькими днями ранее
Боль в руке заставила Дану проснуться. Мир плыл, как после пропущенного удара в голову, а горло словно присыпали песком.
– Попей, будет легче.
При звуке этого голоса Дёмина попыталась рывком сесть, но едва сумела пошевелиться. Пятна перед глазами пришли в движение, чья-то рука легла на затылок и приподняла голову. Губ коснулось что-то твёрдое, а в рот попало немного воды. Дана сделала глоток, другой и закашлялась. Зрение немного прояснилось, и невнятная клякса превратилась в Лорэй, державшую кружку с водой.Сделав ещё несколько глотков, Ракша огляделась: деревянные стены и потолок, капельница на штативе, игла в вене, зелень за окном.