Банковский переполох (СИ)
Осторожно я расстегнула на мужчине пиджак, развела полы в сторону и положила ладонь на мужскую грудь, где даже через ткань рубашки ощущалось бешеное сердцебиение.
— Дышите глубже, — посоветовала я. — Не открывайте глаза и постарайтесь подумать о чем-то отвлеченном. Представьте, что Вы в зоопарке!
— Эля! — Андрея Григорьевич тихо рассмеялся и взял меня за руку.
— Что Эля? Я помочь пытаюсь. Давайте думать о чем-то позитивном. Я вот прошлым летом с родителями на дачу ездила, там ёжик завелся. В общем, он подрался с соседской кошкой. Мурка ходила вся в иголках….
— Теперь мне жалко эту кошку.
— Да что ей будет, — со смехом парировала я. — Вы за Мурку даже не…
— Эль, спасибо, что пытаешься помочь, но мне серьезно очень плохо, — и без объяснений Андрея Григорьевича я видела, что начальнику плохо. По вискам катились капельки пота, сердце колотилось так громко, что коробку лифта заполнило его гулом, а руки мужчины крепче и крепче сжимали полы пиджака до побеления костяшек.
— Черт, зачем я затащила Вас в этот лифт?! Простите, простите, простите! — но сколько бы я не каялась, мужчине лучше не становилось. С каждой секундой я ощущала, как дышать ему становится тяжелее. — Андрей Григорьевич, ну потерпите совсем немного….
Когда лицо начальника в очередной раз побелело до болезненного цвета, от бессилия я подалась вперед и коснулась мужских губ робким поцелуем. Хоть это и не спасет его, может отвлечет на пару минут.
Несколько секунд мужчина недоумевающе смотрел на меня, хлопая ресницами. Я не отводила взгляда. Покусывала нижнюю губу и от волнения сжимала мужское колено, обтянутое клетчатой тканью штанов.
Еще секунда, и Андрей Григорьевич сам подается вперед, наваливаясь на меня всем телом, и вовлекает в жаркий поцелуй, полный страсти и желания.
От неожиданности я забываю, что нахожусь в кабине лифта с собственным начальником, и как только ощущаю нежные прикосновения кончика языка на своих губах, отвечаю на поцелуй.
Понятия не имею, что снесло границы разумного напрочь — замкнутое пространство, отсутствие у меня мужчины вот уже несколько месяцев или невероятный аромат парфюма, разнесшийся по лифту, как только пальчиками я коснулась мужской шеи.
Нас накрыло чем-то сродни животной страсти. Не переставая отвечать на поцелуй, я обхватывала руками крепкую шею, пробиралась под пиджак, чтобы ощутить под пальцами мышцы.
В ответ на свои действия я почувствовала, как мужская ладонь легла на мою попу и сжала ее так, что даже через плотную ткань юбки меня обожгло от прикосновения.
Боюсь представить, чем все могло закончиться, если бы за дверями лифта не раздались шаги и ругань лифтера. Как ошпаренные мы отскочили друг от друга, пытаясь за считанные секунды привести себя в порядок, чтобы создать впечатление, что ничего не произошло.
— На выход, — прогремел голос мужчины на третьем этаже, когда лифт чуть спустился и открыл нам двери.
— Спасибо, — пролепетали мы хором, направляясь к лестнице.
— Сколько времени?
— Половина шестого, — ответил мужчина, переведя взгляд с меня на наручные часы. Господи, как долго мы там целовались!
— Автобус уже уехал. Как будем добираться?
— На машине, как еще?
Только мы оказались в машине Андрея Григорьевича, я притихла на заднем сидении и залилась густым румянцем. Вдруг пришло осознание того, что я натворила. И натворили не мы, не мой начальник, а именно я!
Андрей Григорьевич был в состоянии шока, его на тот момент сковал страх. А я? Чем я руководствовалась, когда лезла к начальнику целоваться и лапала его тело? Он же уволит меня к чертовой матери! И, нужно сказать, правильно сделает.
— А… Андрей Григорьевич, — пролепетала я, когда мы выехали с парковки, — я хотела извиниться. Не знаю, что на меня нашло…. Я просто растерялась и почему-то решила, что так смогу сделать кому-то легче! Дура, блин…
— Элина, мы виноваты в случившемся в равной степени. Просто забудем, хорошо? Тем более, мне и впрямь стало легче….
— Да, хорошо. Забудем, — вот только как забыть такое, я пока не знала. Целовался мужчина просто божественно.
— Целуешься, кстати, классно, — от неожиданности я подняла округлившиеся глаза на мужчину и встретилась с его насмешливо-улыбающимся взглядом. Щеки тут же покрылись румянцем, и я отвернулась.
До загородной базы мы доехали в тишине, потому что каждый думал о своем. Я вообще старалась ни о чем не думать, потому что подсознание сразу рисовало тесную коробку лифта и наш поцелуй.
Нет, это уже никуда не годится! Нужно срочно завести с кем-нибудь мимолетную интрижку, чтобы выбросить из головы мысли о моем начальнике, как о мужчине. Главное заводить интрижку не с Андреем Григорьевичем…
А то он уж больно любит, выпив, мне в любви признаваться. А пьяненькая я могу и не отказаться!
На базе нас встретили не очень-то тепло. Точнее, Андрею Григорьевичу, конечно, были рады, а я вот в свой адрес пару ласковых услышала. Хотя могу понять девушек, раскидывающихся проклятиями, — застряла с начальником в лифте, опоздали, приехали вместе.
Да и в какой-то степени они правы в своих словах….
Глава 8
Погода в выходные благоволила отличному отдыху и прогулкам в шортах и летних футболках. Солнце светило так, что слепило глаза, трава зеленела, птички пели. В общем, на природе было хорошо.
Сотрудники в перерывах между водкой и текилой играли в волейбол, футбол, проводили нардические турниры. Все развлекались, всем было весело, что не могло не радовать.
Правда я во всеобщем веселии не участвовала. Иногда подходила к компаниям, перебрасывалась несколькими словами, но потом уходила. Разговоры тут были, разве что, об Андрее Григорьевиче и его дяде, который вот-вот должен был приехать.
— Элина, — проходя мимо столиков с досками для игры в нарды в одном из пустых залов, я обернулась на мужской голос. У дверей стоял Андрея Григорьевич, видимо, только что вошедший в помещение. — Может быть составите мне компанию?
— Опять хотите проиграть? — самоуверенно хмыкнув, я прошла к одному из столов и удобно устроилась, расстегнув пару пуговиц на легкой блузке. Не подумайте ничего такого, в зале просто было очень душно.
— Если продолжишь расстегивать блузку, я сдамся до начала игры, — мужчина присел напротив и принялся расставлять бочонки, не поднимая на меня глаз.
— Ой, я Вас умоляю! У Вас декольте сексуальнее и богаче выглядит, чем у меня.
— Почему ты о себе такого мнения? — мужчина вдруг в упор уставился на меня своим прожигающим взглядом начальника, и я даже стушевалась на несколько секунд. — Ты молодая прекрасная девушка с шикарной фигурой и очень приятной внешностью.
— Эм…. — в тот момент я растерялась и не смогла сказать ничего лучше, чем, — давайте играть, Андрей Григорьевич.
Второй день меня не покидало ощущение того, что после злополучной поездки в лифте между нами что-то изменилось.
Если раньше я давала мужчине отпор и никогда не трепетала перед его видом, сейчас все чаще смущалась, терялась и не могла найти, что ответить на его слова. Да и Андрей Григорьевич стал как-то мягче ко мне…
Может быть, в игру вступила моя паранойя, но почему-то мне казалось, что теперь начальник более обходителен. У него даже голос менялся, когда он со мной разговаривал.
Но, вероятнее всего, все это было только в моей голове. Во-первых, дурацкий поцелуй в стрессовой ситуации не может вызвать никаких теплых чувств. А, во-вторых, Андрей Григорьевич на меня уж точно не клюнет. Тут есть девчонки и симпатичнее, и податливее меня.
А мне разум затмило долгое отсутствие мужчины!
— Снова победа за мной, Андрей Григорьевич, — когда последний бочонок был сброшен, я с улыбкой победителя откинулась на спинку кресла. — Не надоело Вам проигрывать?
— Согласись, что эта партия была за мной. Если бы три раза подряд в конце игры не выкинула две шестерки, я бы выиграл без вопросов.
— Ладно, ладно, в этот раз Вы играли хорошо. Но недостаточно, чтобы победить меня, — я уже собиралась уходить и встала со своего места, но Андрей Григорьевич схватил меня за локоть и осторожно притянул к себе.