Невинная одержимость дракона

—Пусти,— прошипела я и, со всей силы дернув рукой, побежала к маме.
—Доченька,— прошептала она,— беги. Это ловушка. Я найду тебя. Они хотят…— Договорить ей не дали. Женщину схватили под руки двое мрачных мужчин, и с ударом молнии растворились в воздухе.
Я даже вздохнуть не успела, как Винлемар взвалил меня на плечо и понес к ритуальному огню.
То, что я увидела спустя минуту, никак не укладывалось в голове. Среди тех самых магов в мантии был Альмод, а воином, у которого хотели отнять силу, был Эсбен. Его одежда была разодрана, все тело покрывали свежие шрамы от молний. Страх сковал меня, я не могла поверить своим глазам.
Я ничего не понимала. Вокруг творилась какая-то чертовщина. Руки и ноги моего Эси были заключены в магические кандалы, вокруг тела обвились сверкающие цепи. Те самые, что тянулись из неба. Я видела, как ему больно, как он беззвучно кричит.
—Ваше высочество,— почтенно произнесли маги, склоняясь в поклоне.— Все готово для ритуала.
Я стояла, не шелохнувшись, парализованная ужасом. Я не понимала, что Эсбен здесь делает. Почему Альмод среди Фульгрийцев?
—Что…— едва слышно произнесла я,— что здесь делает принц Браннельмента?— Я смотрела в упор на Эсбена, но он не видел меня, не слышал.
—Решил закончить начатое,— усмехнулся Винлемар и, щелкнув пальцами, позволил неистовому рыку генерала вырваться наружу.— Решил вернуть тебя в Браннельмент, чтобы обезглавить.— Разрушил энергетическое поле, позволяя Эсбену наконец услышать и увидеть нас.— Ну же, генерал Асульфор, расскажите нам, сколько Фульгрийцев вы отправили на тот свет.
Медленно переведя кровожадный взгляд с Альмода на нас, Эсбен резко изменился в лице, когда увидел меня.
—Тира,— прошептал он, смотря на меня так, словно наконец нашел то, что так давно искал.— Моя синеглазка.
Сердце мое замерло. Слезы, горькие и неумолимые, ручьями текли по щекам.
—Это правда?— мой голос дрожал, словно струна, вот-вот готовая лопнуть.— Ты пришел, чтобы забрать меня обратно? Лишить Печати, а затем… обезглавить?
Эсбен через силу улыбнулся.
—Глупая синеглазка,— прошептал он, невероятная нежность звучала в его голосе, но она была бессильна против боли, пронзающей его слова.— Я пришел, потому что ты… ты принадлежишь мне! Потому что я безумно…
Сверкающий хлыст, холодный и безжалостный, обрушился на него, заставляя рухнуть на колени. Я смотрела на него, на его искаженное болью лицо, и чувствовала, как сердце разрывается на части.
—Врагу не позволено говорить с принцессой!— ядовито прошипел наносящий удары молниями маг.— Невоспитанное отродье!
—Достаточно!— Винлемар вскинул руку, жест его был властен и холоден, как ледяной ветер, заставляя мага замолчать.— Начинаем ритуал.
Меня подвели к огню. Цепи, сковывавшие Эсбена, исчезли, обнажив его фигуру, напряженную и готовую к борьбе.
—Принц Асульфор,— властно обратился Винлемар,— ты лишаешься своей силы, своей души, своей жизни, ради спасения принцессы от разрушающего проклятия добровольно?
Души⁈ Жизни⁈ Что⁈ Что!
От услышанного у меня подкосились ноги, тело обхватил леденящий ужас, сердце колотилось в бешеном ритме, готовое вырваться из груди.
—Да.— Ответ Эсбена прозвучал уверенно. Он смотрел на меня, в его глазах — бездна, готовая поглотить все вокруг.— Давайте уже скорее покончим с этим.
Я ничего не понимала. Эсбен решил отдать свою жизнь? Умереть, чтобы избавить меня от Печати?
Внутри меня разразилась буря. Ярость, настолько сильная и свирепая, что, казалось, я могу испепелить всех присутствующих одним взмахом руки.
—В таком случае,— Винлемар довольно ухмыльнулся, и молнии в небе заплясали еще яростнее,— Авалина Фульгур Миссионеми, прими наш дар и…
—Засуньте себе его знаете куда!— Я гаркнула, слова вырвались наружу, словно раскаленный металл. Мгновение, и я уже рядом с Эсбеном, обнимаю его за талию.— Не отпускай,— прошептала я и сделала так, как научил Винлемар. Переместила нас в то место, где сейчас бушует буря, где свирепый ветер и грозовое небо — наши союзники в этой безумной игре.
Мы оказались посреди прогалины, усыпанной яркими люпинами. Ливень, яростный и неумолимый, обрушился на нас, размывая границы между реальностью и грезами. Мы стояли в метре друг от друга, и воздух между нами сгустился от невысказанных чувств. Я видела, как Эсбен сдерживается. Чувствовала его дикое желание взять меня прямо здесь.
—Тира,— шепнул Эсбен, голос его был хриплым, полным раскаяния, его прекрасные изумрудные глаза смотрели на меня с такой глубиной, что я потерялась в них, забыв обо всем на свете.— Я должен…
—Ой, да замолчи ты,— вспылила я, и, бросившись к нему на шею, впилась в губы страстным поцелуем. Он был горячий, пылкий, словно сама буря. Я чувствовала его вкус, его запах, его тепло, и эта чувственная лавина уносила меня в бездну желания.
—Давай уже снимем эту чертову Печать!— рыкнул он.
    
Глава 19 
 Снятие Печати
Обратившись драконом, Эсбен сомкнул вокруг меня когти, и я почувствовала, как мое тело прижалось к его горячей, грубой коже. В следующий миг мы взмыли в небеса. В Фульгрии у него отобрали кольцо, поэтому сформировать портал не удалось. Лежа в горячем капкане, я визжала от страха и восторга одновременно. Еще месяц назад, Эсбен сказал, что намеревается лишить меня невинности в пещере. А буквально несколько минут назад узнала, что он настолько изголодался по мне, что как минимум пару недель не выпустит меня из объятий.
Я ощущала невероятный трепет от того, что именно этот мужчина намеревался со мной сделать. Я совершенно ничего не понимала в этих делах. Наши оральные ласки — это всего лишь верхушка айсберга. Если он был способен довести меня до высшей степени блаженства одними лишь пальцами и языком, боюсь представить, на что способен его…
Когда мы приземлились около пещеры, Эсбен обратился человеком и подхватил меня на руки. Крепко сжал мои ягодицы и вошел внутрь.
—Эси,— наконец задала вопрос, который мучил меня все это время,— скажи, а я не забеременею?
Эсбен, проницательно смотря в мои глаза, прижал к себе сильнее и ответил:
—Нет, синеглазка.— Горячо поцеловал меня в висок.— Чтобы это произошло, мы должны связать друг друга не только телами, но и кровью. Поэтому…— Эсбен мгновенно избавил меня от платья и опустился в воду по пояс,— тебе не о чем волноваться,— омыл мое тело водой, целуя плечико.
Наконец перестав ощущать жжение и увидев привычные, красные полосы, я боязливо поглядела в глаза принца.
Буквально час назад я была готова отдаться ему прямо посреди леса, а сейчас, мое тело бросило в дрожь. Видимо, виной внезапного порыва был адреналин. Но в глубине души я знала, что сейчас я нахожусь на пороге неизведанного и волнующего мира чувств.