Яркая Искра забытой любви (СИ)
Размышлять — то я размышляю, а со своим персональным глюком диалог всё равно веду. И обиду ему высказываю, что и ждала его и плакала, а потом уверовала, что он лишь плод моего воображения и больше не нужен мне. Всё. Слишком поздно. Возможно, я еще до чего-то договорилась бы, не поцелуй он меня, сжимая в крепких объятиях. Настолько крепких, что, кажется и не человек он вовсе из плоти и крови, а один и папенькиных псов. И почему я раньше не подумала, что он может быть не человеком?
Если мой отец демон, а окружают его твари тёмные, и только мама единственный светлый человечек среди всего этого бестиария на Земле, то почему бы и Алексу не быть демоном? Или Оборотнем? Или еще кем-то? Выбор велик. Мои мысли сбивались с нужного курса, сбитые с толку наглым вторжением на мои законные территории, которые по какому-то праву Алекс решил, что они ему принадлежат. Ага! Размечтался! Целуй — не целуй, я не таю, как мороженка в горячих руках, я глыба льда Алекс! И ты еще отморозишь об меня свои желания и хотелки!
— Приведи себя в порядок и спускайся вниз, слышу, что Кирилл уже вернулся, поговорим по-семейному что ли… — Расставляет мужчина акценты на том, кто тут хозяин положения и уходит из комнаты, насмехаясь над моим поспешным переодеванием. Если папа увидит меня в таком виде, будет и скандал и взыскания материальные и вымотанные нервы. Папа строг у нас, ничего не скажешь. Но это касается только нашего воспитания по части поведения. А так-то любит, конечно, балует, защищает.
И вот эта его защита, в гипертрофированной форме и вызывает у меня самый бурный протест. Мне нельзя посещать вечеринки, мне нельзя встречаться с парнями. Меня даже из обычной человеческой школы родители забрали, потому что там же не объяснишь противоположному полу, что дочь Чернова — плод неприкосновенный. Так что я обретаюсь по большей части в кругах всякой нечести, что боится в мою сторону смотреть не с того ракурса. Я ж дочь Чернова! Старшего Круга. Демона. Иногда это такая проблема, когда твой папа капец, какой матёрый. Только с поступлением в университет немного свободы и получила.
Я грустно улыбнулась, бросив взгляд на фото рамку, где мы с родителями и братьями развлекаемся в аквапарке. Да, нет, чудесные у меня родители. Это всё мой трудный возраст и конфликт поколений.
Я приоткрыла дверь комнаты, вслушиваясь, в радостные крики родителей, приветствующих Алекса. Интересно. Такого масштаба от своего воображения я не ожидала, если честно. Прокралась тихо к лестнице, залегла и наблюдаю. Папа с Алексом обнимаются, как старые друзья. Жалуется ему, что устал уже от меня отгонять женихов, и пеняет, что тот так долго не появлялся. Мама смеется и целует Алекса в щеку, ерошит ему короткие волосы, как нерадивому брату.
— Говорил уже с Жасминой? — Спрашивает она, а на меня хитро мимо его головы поглядывает. Я ей в ответ нахмурилась.
— Говорил, — признается мой прекрасный глюк, — это будет не так легко, как я надеялся, уходя пятнадцать лет назад.
— Ага, вот она справедливость! — Смеется папа, — не фиг было на мою жену свой глаз вострить!
Я от такой новости даже чуть не выдала себя, для верности, рот ладошкой прикрыла, чтобы не пискнуть от изумления. Алекс к моей маме клинья подбивал? В ужасе помотала головой, пытаясь эту новость из головы вытрясти. Нет, нет, нет! У них же такая любовь! У мамы с папой. Он же ее на руках носит! А она от каждого его взгляда, как девчонка сопливая краснеет. И как тут в их тандем вписывается выдуманный мною герой?
Да, я понимаю, что убедила себя в нереальности его, отчаявшись ждать. Но, в оправдание себе, могу сказать только…. А какого демона он пропал на такой срок?! Мне уже почти двадцать. Почти тринадцать лет его не было! А по его меркам вообще пятнадцать! Ну и кто тут не придумает себе всякой ерунды?
— Инесса Игоревна, накрывайте на стол, — просит папа, — и подготовьте комнату Алексу.
— Давай дадим Жасмине время, — ласковый голосок мамы, что старается не смотреть на меня, лежащую наверху лестнице и подслушивающую. — Ей надо принять мысль о тебе, что ты не выдумка. Поверить, что больше не исчезнешь. Давай, сейчас отдохнёшь с дороги, примешь душ, а я постараюсь с ней поговорить.
Я насупилась, показывая родительнице, что на диалог не готова и отползла назад в свою комнату. Как раз слышу, телефон разрывается, валяющийся на столе.
— Да, — резковато отвечаю в трубку, не глядя, кто звонит.
— Жасси! Детка, выручай старого нервного демона!
— Я не могу сегодня, — шиплю в трубку, боясь быть услышанной демоном постарше и с еще худшей нервной системой. — И вообще, меня на сегодня нет в списках. Там и без меня есть, кому веселить твою толпу!
— Жасси! Они меня закопают. Хотят только тебя!
— Кто?
— А я знаю? Пришли со своими мымрами, напросились на бои. Ну, мы ж только рады, это ж ставки, это ж прибыль. Да только одна там больно шустрая, всех наших перемочила! Я в крупном пролете, я не могу столько бабла потерять, Жасси!
— А я тут причем? У меня папа дома и семейный ужин на носу, — я проскрипела зубами, понимая, что будет не ужин, а сплошное сватовство.
— Жасси!!!! — Провыл Кошик, как его называли все друзья. — Ты можешь отбиться! Я поставлю на тебя тройную ставку! Мне нельзя пришлым отдать такой банк!
— Никто не может всегда побеждать, надо уметь красиво проигрывать, Кошик, — устало я потерла глаза, и бросила на себя взгляд в зеркало. Столько лет его ждала, во снах видела. И вот он появился. И сразу всё разрушил в моей жизни.
— Жасси, умоляю, ты ж последняя надежда!
— А если и я проиграю? А если я пострадаю, ты хоть представляешь, что папа с твоим клубом сделает?
— Я же знаю на что ты способна! Эта коза не дотягивает до тебя! И… я уже пообещал им противника достойного… Жасси! Если через полчаса тебя не будет на ринге, то минут через сорок у меня не будет клуба!
— Ладно, жди, — положила я трубку, слыша шаги, затихшие у моей двери.
— Жасмина, — слышу голос мамы и демонстративно защелкиваю внутренний замок. Молчу. — Пожалуйста, детка, не нагнетай, давай просто все вместе поужинаем, ты вспомнишь, как любила своего рыцаря…
— Мама, передай моему рыцарю, что видеть и знать его не желаю. К ужину не выйду! Я не голодна! Ко мне не ломиться, я собираюсь спать! Всё!
— Жасмина, ты даже не поинтересуешься, как братья справились?
— На ютубе увижу, — рычу я, спеша запихнуть в рюкзак нужные вещи, и надевая на себя джинсовый костюм и кроссовки, для удобства. — Я всё сказала, никого не хочу видеть! — Повысила я голос, перекидывая ноги, через подоконник. Мне сейчас надо спуститься по стене со второго этажа и не привлечь к себе внимания. Телефон, наученная горьким опытом, оставляю дома, а то дядя Антон меня в пять минут домой вернет. А так, есть шанс, что успею провести подпольный бой, спасти другу заведение и хорошенько подзаработать. Ведь после сегодня папа наверняка перекроет мне финансовый кислород. Так что предстоит мне не только грязный бой, но еще и кровавые торги со скрягой Кошиком. И уж я-то своё урву!
Именно такие мысли занимали мой мозг, пока родительский особняк остался маячить где-то далеко за моей спиной… Именно такие! А не мысли о наглых губах и горячих объятьях Алекса! Не думать о нем! Не думать о нем! У меня впереди бой, который нельзя проиграть!
***Не смотря на отсутствие за столом Жасмины, или как раз благодаря ее отсутствию, ужин проходил отлично. Кирилл и Лилия, не отставая друг от друга, наперебой пытали меня о моих злоключениях под кодовым названием «учеба», а я с удовольствием рассказывал о своих успехах и неудачах.
У друзей оказалось двое сыновей. Мальчишки были шебутные, но очень смешные в своей детской непосредственности. Двенадцатилетний демоненок Сашка, принес сегодня домой золотую медаль. Малец в своей возрастной категории уделал всех на городских соревнованиях по кунг-фу. А его младший брат, с не менее яркой тьмой внутри, пока только учится побеждать, впрочем, когда тебе восемь, вся жизнь впереди, чтобы чего-то достичь. Меня вон, Кирилл вообще в двадцать семь отправил грызть гранит тёмных наук и рыть землю в попытке стать достойным некромантом.