Лишняя женщина

– Не стыда у тебя, ни совести, – шёпотом сказал я ему.
Переложил его на свою половину кровати, сам пересел в кресло. Уходить не хотелось. В этой маленькой квартире, в богом забытом городе было на удивление хорошо. Просто потому, что здесь была Анна. Сопела, свернувшись клубком, запеленутая в одеяло, как младенец. Остаться бы. Еще на ночь, на две, на неделю. Зашторить окна, валяться в постели, заниматься сексом, совершать набеги на холодильник, вместе сидеть в ее ванной. Но… через полчаса я был на комбинате, аккуратно закрыв за собой дверь чтобы не будить Анну.
– Вы не брали трубку, – обвинил меня Андрей. – И не вернулись.
– Просто устал, – солгал я.
– Где вы ночевали?
Машина оснащена GPS и при желании Андрей мог отследить ее местонахождение этой ночью и скорее всего – так и сделал.
– Это не ваше дело, – категорично ответил я. – И рабочих моментов никак не касается.
После почти бессонной ночи я чувствовал себя наоборот на удивление бодрым. Не тянуло спать в самолёте. Сидел, у иллюминатора глядя на то, как в прорехах облаков исчезает остаётся позади и степь, и Анна, удивительная девушка с бездонными, как омуты, глазами.
Дома – весна. Не такая, как в степи, с ледяными лужами и серыми сугробами. Настоящая. Солнце греет, снег уже сошел, почки на деревьях набухли и готовятся распушиться свежей листвой. Дома – моя жизнь, привычная, полная хлопот и размеренная.
Вечером уже я встретился с женой в ресторане. Наш развод подходил к концу. Детей у нас не было, но суд все равно растянулся на долгих три месяца, преимущественно благодаря финансовым вопросам. Женаты мы с ней были почти десять лет, ранний брак, отчасти договорной. Деньги к деньгам. Я продолжал дело своего отца, а он был заинтересован в том, чтобы я женился выгодно.
Но Женя была молода и хороша собой, мы неплохо ладили, и решили – стерпится слюбится. И казалось, все получалось. Каждый жил своей жизнью, пока этого вдруг не стало мало. Однажды утром я проснулся и понял, что рядом со мной в постели спит совершенно чужой человек.
– Жень, – сказал я. – Так же…неправильно. Я не верю в любовь, но счастье, обычное такое, бытовое человеческое счастье, оно ведь возможно. Мы можем сейчас расстаться и попробовать все заново. Я уверен, ты достойна куда более лучшего, чем я, человека.
К тому моменту мы были женаты почти пять лет.
– Это кризис, – ответила Женя. – Нам просто нужен ребенок. Я поговорю с врачом и мы отменим контрацептивы. Ты готов стать отцом?
– Наверное, – с сомнением ответил я.
Наверное, готов. Мне тридцать. То, что Женя мне как чужая – да все так живут. Мои родители, ее родители, друзья, партнёры и коллеги. Быть может ребенок и правда склеит собой нашу маленькую семью, залатает дыры. Контрацепцию отменили и Женя с жаром бросилась претворять свою идею в жизнь. Ей тоже скоро тридцать – самое время рожать первенца.
Она обследовалась у врачей, я сдал анализы и послушно пропил курс назначенных витаминов. За месяц до предполагаемого зачатия исключил никотин и алкоголь. Беременность должна была наступить легко, но…не наступила. Женя купила пачку тестов на овуляцию, пачку тестов на беременность. В первый же месяц, не дождавшись задержки даже она проверилась, и потом каждый день до начала менструации.
– Ничего страшного, – сказала она. – В следующий месяц повезёт.
Не повезло. И через три месяца. И через полгода. Тогда она снова пошла по врачам – они велели ждать еще полгода. И за это время тоже ничего не случилось. Женя понеслась обследоваться и оказалось, она абсолютно здорова. Настал мой черед.
И оказалось, что я, по всем параметрам идеальный оплодотворитель – почти два метра ростом, почти сто килограммов веса, идеальное здоровье, высокое либидо…я – бесплоден.
– Идиопатическое бесплодие, – заключил врач.
– Идиотское слово, – ответил я.
Моему бесплодию не находилось внятной причины и объяснения, а потому и лечения. Часть моей спермы была не активна. Малая ее активная часть просто погибала при попытке переноса в яйцеклетку – а на ЭКО настояла Женя.
 
И за несколько лет наша жизнь изменилась. Раньше мы были просто чужими людьми, которые зачем-то живут вместе. А теперь мы были чужими людьми крайне нервными – невозможность иметь не очень и нужного мне ребенка превратила обстановку дома в невыносимую.
– Хватит, – сказал я. – Хватит пытаться спасти наш сдохший брак ребёнком, которого нет. Разводимся, ты спокойно выйдешь замуж за человека, которому будешь по-настоящему нужна и легко родишь трех детей за пять лет.
И подал на развод. При заключении брака мы составляли брачный договор, как и всякий здравомыслящий человек с высоким уровнем достатка, но все же нюансов было много и развод длился уже три месяца.
Женя опаздывала. Я заказал кофе, и успел допить его к моменту, как она подошла.
– Выглядишь отлично, – сказала она. – Одухотворённым, может.
– На север летал. На несколько дней. Там все иначе.
– Настолько, что вернувшись в цивилизацию ты заново оценил ее блага и захотел жить?
– Вроде того.
Женя рассмеялась. Она тоже отлично выглядела – развод ей на пользу.
– Марат…может, попробуем еще? Может сбежим куда-нибудь, где никогда не бывали, ты расслабишься, и у нас все получится?
– Что получится, Жень? Ребенок? Тебе он нужен, а не я. У тебя идея фикс. Мы друг другу не нужны, и десять лет назад нужны не были. Не стоит, Жень.
Наш ужин подошёл к концу. Но в ее идее сбежать было что-то такое…цепляющее. Женя ушла, а я достал телефон и открыл чат с Анной. В нем все строго информативно – несколько звонков и сообщений сделанных в эти дни по работе. Глядя на них я ощутил жгучее, просто до зуда где-то глубоко внутри, желание ей написать.
 
Глава 11. Анна
 
Проснулась я одна, что было ожидаемо. Потянулась, посмотрела на часы – скоро полдень, поспала я неплохо. Язгулов еще с Андреем, но скоро поедет в аэропорт. На телефоне от него ничего, да я и не ждала. Куда больше пугает то, что ни одного и сообщения или звонка от Андрея.
– Проводил гостя? – спросила у лежащего рядом Люкса.
Тот тоже потянулся, вытянув ноги в пепельных носочках и зевнул широко раскрыв розовый рот. Забил, значит, лень было.
Я сбросила одеяло и нагишом, как уснула, пошла в душ. Остановилась в прихожей у зеркала, посмотреть на последствия ночи. На бедрах, руках и заднице краснели следы его рук. Нет, больно не было, было приятно, просто он очень силён. На шее и груди следы губ. Тут и там покраснения от щетины. Я словно не в постели кувыркалась, а участвовала в боях без правил. Но мне нравились все эти отпечатки нашей страсти. Они наглядно говорили о том, что эта ночь была, она мне не приснилась. Я медленно провела пальцем по самым ярким из них. Не болят, почти, если только саднят немного. Болеть будет сердце. Не сейчас, сейчас оно пьяно произошедшим и не в полной мере понимает, что акция была разовой.
В душе я была недолго – время поджимало. Сушить волосы тоже было некогда, влажными заплела в косу. Теперь виться будут, они всегда норовили скрутиться в кольца, если я не вытягивала их феном и утюгом. Теперь нужно было снять постельное белье, закинуть в стирку и сразу же застелить свежее и проветрить, мне казалось, вся маленькая квартира насквозь пропахла сексом.
Замок в скважине повернулся, как раз когда я несла охапку белья в ванную. Я бы успела закинуть его и захлопнуть дверцу, но не учла одного – уходя Марат не мог закрыть за собой на задвижку, а я проснувшись забыла это сделать. Поэтому Андрей вошел беспрепятственно.
– Следы заметаешь? – спросил он.
Голос спокоен, но я все равно настороже, я не знаю, чего от него ожидать.
– Занимаюсь уборкой, – сухо ответила я. – Пропусти.
Коридор был узким и Андрей стоял прямо передо мной. Я напряглась, но он пропустил меня. Закинула бельё, залила гель для стирки и нажала на кнопки. Выходить из ванной не хотелось, но и прятаться от мужчины, которого я когда-то любила – глупо.