Болгарские народные сказки. Том 1

— Эх, — вздохнул петух, — в свое время твоя матушка не так делала.
— А как? — спросила лисица.
— Перед тем, как съесть петуха, у нее было в обычае молитву прочесть.
«Чем я хуже матушки!» — подумала лисица и решила прочесть молитву. Сложила передние лапы, закатила глаза и начала что-то шептать.
Петух только того и ждал. Едва лисица отпустила его, бросился он наутек, замахал крыльями и взлетел на соседнее дерево.
— Эх, перехитрил ты меня! — сказала лисица и, проглотив слюнки, поплелась голодной в лесную чащу.
  
СПРАВЕДЛИВЫЙ ДЕЛЕЖ
 
Отправились лев, осел и лиса на охоту. Весь лес переполошили. Лиса рыскала по чаще, выгоняла оттуда перепуганных зверей, лев мощными ударами валил их на землю, а осел уносил на спине добычу. К вечеру охотники собрались перед пещерой льва. Царь зверей жадным взором окинул лакомую добычу и велел ослу разделить ее. Простодушный осел добросовестно разделил все на три равные доли и сказал:
— Государь, выбери себе ту кучку, которая тебе понравится. Все три одинаковые.
Лев рассердился, бросился на осла и разорвал его.
— Раздели по-новому! — обратился он к лисе.
Хитрая лиса, видя, что случилось после первого дележа, сложила всю добычу в одну кучу, оторвала воробьиное крылышко, отнесла его в сторону и сказала:
— Государь, по-моему, этот дележ справедливый: тебе — вся добыча, мне — воробьиное крылышко.
— Что тебя заставило поступить так хитро? — спросил лев.
— Печальный конец осла! — поклонилась лиса, ухватила крылышко и убежала.
  
ХИТРАЯ ЛИСА
 
Петушок-красный гребешок каждый день рылся в навозной куче — пищу себе добывал. Однажды, роясь там, нашел он денежку и отправился на базар купить себе зернышек. Повстречался ему медведь.
— Куда ты, петушок?
— На базар.
— Возьми меня с собой.
— Хорошо, возьму, только знай, что по дороге встретится нам глубокая яма — тебе через нее не перепрыгнуть, уж больно ты тяжелый.
— Эка невидаль! Через какие только ямы я не перепрыгивал, когда от охотников убегал!
— Ну что ж, пойдем.
Пошли они вместе. Встретили волка.
— Вы куда? — спрашивает волк.
— На базар, — отвечает петушок.
— Возьмите и меня с собою, — попросил их волк.
— Отчего не взять, да только на дороге глубокая яма есть, не перепрыгнешь ты через нее.
— Вот еще! Да я через всякие ямы перепрыгивал, когда от овчарок убегал.
Взяли и волка. Пошли дальше. Встретилась им лиса и тоже с ними увязалась.
Шли, шли, подошли к яме. Петушок расправил крылья и перелетел через нее. Медведь разбежался и — бух! — прямо в яму угодил. Поднялся он на задние лапы, на стенку полез, да куда там — глубока яма! Разбежался за ним волк, но тоже не перепрыгнул. Лиса и та на дне очутилась. Пришлось петушку одному на базар идти…
Прошел день, прошел другой, проголодались звери.
На третий день лиса спрашивает:
— Голодные, небось?
— Да уж дальше некуда! — отвечают медведь и волк.
— Тогда давайте погадаем: кто из нас самый вкусный, того и съедим.
— Давайте, — согласились волк и медведь. — Начинай, кумушка!
Лиса уселась на задние лапки, передние подняла и принялась гадать:
 
 
Тощая лисица
 
В пищу не годится,
 
От худого волка
 
Никакого толка,
 
Медведь — медовик
 
Сам просится на язык!
 
Его-то мы и съедим!
 
 
Набросились волк с лисой на медведя и прикончили его. Хватило им мяса денька на три, а там опять животы у них подвело. Но хитрая лисица спрятала под себя медвежьи кишки, а как проголодалась, стала их вытаскивать да есть.
 
— Ты что ешь, кумушка? — спрашивает волк.
— А я шкуру себе прогрызла и кишочки свои ем.
— Дай отведать!
— Не дам, у тебя свои есть. Прогрызи себе шкуру, да и лакомься!
Попробовал было волк шкуру себе прогрызть, да стало ему больно.
— Я сам не могу, — говорит он. — Прогрызи-ка ты мне.
Начала лисица грызть его без жалости.
— Ой, больно! — заревел волк.
— И мне было больно, — отвечает лиса, — да я терпела.
Прогрызла лиса ему шкуру, он и протянул ноги. И лиса его съела. Прошел день, прошел другой. Сидит она в яме и наверх поглядывает. Видит, над ямой синичка летит.
— Эй, птичка-синичка, помоги мне из ямы выбраться. Коли поможешь, отведу я тебя в лес. Есть там одно высокое дерево. Совьешь ты на нем гнездо и птенцов выведешь. Ты мошек ловить будешь, а я твоих птенцов стану караулить.
— Как же мне тебе помочь? — спросила синичка.
— Кидай в яму камушки, яма наполнится, я и вылезу.
Стала синичка камушки собирать да в яму кидать. Кидала, кидала — яма и наполнилась. Вылезла лиса, отвела синичку в лес и показала ей высокое дерево. Синичка свила себе гнездо, яички снесла, птенцов вывела и запела на радостях. Щебечет, птенчиков веселит. Услыхала это лиса, села под деревом и давай просить:
— Слушай, птичка-синичка, дай мне одного птенчика — ко мне матушка пришла, а угостить ее нечем.
— Ну нет! — ответила синичка. — Я своих птенцов не раздаю!
— Вот возьму да срублю дерево, гнездо упадет, и я тогда всех твоих птенцов съем! — пригрозила лиса и взмахнула хвостом, как дровосек топором.
Испугалась синичка и дала ей птенчика.
На другой день лиса пришла за вторым птенцом — у нее, мол, кум в гостях. Нечего делать, отдала ей синичка второго птенца. На третий день третьего пришлось отдать. Остался в гнезде последний птенчик. Заплакала синичка. Плачет, убивается, весь лес слезами залила.
Пролетал мимо ворон и стал спрашивать синичку, почему она плачет. Та ему всё и рассказала.
— Не отдавай последнего птенца, — говорит ворон. — Не бойся, лиса тебе ничего плохого сделать не может. Хвост — не топор, им дерева не срубишь!
Ворон улетел, а лиса тут как тут.
— Эй, птичка-синичка, пришел ко мне в гости мой дядюшка лев, давай последнего птенца.
— Не дам!
— Тогда я дерево срублю!
— Чем?
— Сейчас увидишь — чем!
И лиса взмахнула хвостом.
— Так это же хвост, а не топор! — прощебетала синичка.
Лиса рассердилась.
— Кто тебе сказал?
— Ворон.
— Вот я ему покажу! — пригрозила лиса и пошла на дорогу. Легла и притворилась мертвой. Прилетел ворон мертвечины отведать, подскочил к лисе и клюнул ее в глаз. Лиса взвыла от боли, а ворон улетел.
  
РАК И ЕГО СЫНОВЬЯ
 
Собрал однажды старый рак в глубоком речном омуте своих малых детушек. Посмотрел на них строго, пошевелил усами и сказал:
— Раки вы мои восьминогие, раки кривоногие! Послушайте совета своего старого отца: будет нам, детки, пятиться назад. Давайте-ка начнем передвигаться вперед головами, как рыбы, жабы и прочая речная живность.
 
Младший сын, самый умный, ответил отцу:
— Мы согласны, отец, последовать твоему мудрому совету, только ты покажи, как это делается, а то мы не умеем.
Старый рак попробовал было двинуться вперед головой, да у него ничего не получилось — сам-то всю жизнь только и делал, что пятился. Но, не желая уронить своего отцовского достоинства, он принялся больно щипать детей, которые не хотели слушаться его совета. Те бросились врассыпную, задом наперед.
Так раки и не научились ходить как все, и до сих пор продолжают пятиться по-рачьи.