Злодей (ЛП)

Он отпустил мое плечо и толкнул меня вперед, прижимая свою широкую ладонь к моей верхней части спины, чтобы я оказалась лицом вниз на кровати.
Еще один шлепок, и я забилась в простынях.
— Посмотри на эту идеальную задницу.
Его дикое рычание вызвало у меня приступ страха.
— Как гребаный цветок.
Я вздрогнула, когда он провел пальцем между полушариями моей попки.
— Себастьян.
Еще один шлепок, на этот раз еще сильнее.
— Не отказывай мне.
Я застонала, поднимаясь все выше с каждым словом вырывающемся из его рта.
— Вот именно.
Он не сбился с ритма, когда прижал влажный кончик пальца к моему тугому колечку мышц. Ощущение было восхитительным и неправильным, но я хотела этого, хотела большего.
Я прижалась к его члену, пронзая себя все глубже с каждым ударом.
— О, черт, — он засунул палец мне в задницу.
Я вцепилась в простыни, все мое тело напряглось. Он толкнулся глубже, и мой оргазм взорвался из ниоткуда. Я вскрикнула, когда удовольствие прокатилось по мне глубокими волнами.
— Дай его мне. Кончай.
Он толкнулся сильнее, его палец в моей попе скользнул глубже, когда я все еще была в агонии оргазма, каждый из его толчков продлевал последующий.
Когда последняя дрожь утихла, я судорожно глотнула воздух.
— Ты еще не закончила, малышка.
Он наклонился надо мной, его мускулистое предплечье оказалось рядом с моим лицом, а другая рука протянулась подо мной. Когда он шлепнул меня по клитору, я дернулась.
— Себастьян!
Еще один шлепок по моей сверхчувствительной коже заставил схватить его за запястье.
— Ты должна доверять мне.
Он завел мои руки за спину и держал их одной рукой, а другой снова подхватил меня. Шлепок.
— Я знаю, что нужно этому телу.
Он использовал мои запястья как способ притянуть меня обратно к своему члену с каждым рывком вперед. Его пальцы играли с моим клитором, поглаживая и кружа, снова возбуждая меня. В следующий раз, когда он шлепнул меня, я застонала от отчаяния. Мне никогда еще не было так хорошо. Его пальцы вернулись туда, где я в них нуждалась.
— Я собираюсь возбудить тебя, чтобы ты кончила одновременно со мной. Я хочу чувствовать, как твоя киска сжимает меня, чтобы вытянуть каждую каплю.
Я бы согласилась на все, чего бы он ни пожелал, лишь бы быстрее кончить. Дыша в простыни, я могла сосредоточиться только на его члене внутри меня, его пальцах, создающих ад, которые касались каждой части моего тела и души.
— Готова? — его голос дрожал, контроль, который он проявлял, колебался.
— Да, — это было единственное слово, которое я смогла произнести.
Он усилил давление на мой клитор и с каждым разом входил все глубже и глубже. Я была потеряна, погребена под волной, вздымающейся надо мной. Он рухнул, утопив меня в освобождении, которое сузило для меня весь мир до Себастьяна.
Его стон был фоновой музыкой к моему мощному оргазму, каждый удар глубоко внутри меня посылал искры, стреляющие по всему телу. Он вошел глубоко, наполняя меня своим семенем, когда моя киска сжала его, как он и велел. Я чувствовала каждый толчок его члена внутри себя, и наше взаимное освобождение было самой эротичной вещью, которую я когда-либо испытывала.
Я рухнула на кровать, мои колени раздвинулись, пока я не оказалась на матрасе с ним, лежащим на мне, его член все еще был внутри меня.
Его дыхание стало прерывистым, когда он поцеловал мою спину, шею, плечи.
— Спасибо тебе.
Я не знала, что сказать. Не было ничего, кроме плещущих волн освобождения вместе с резким подводным течением моего плена. Себастьян поднялся с кровати. Через несколько минут он обтер меня теплой мочалкой.
Как только он скользнул обратно под простыни, он притянул меня к себе на грудь.
— Это было лучшее средство от похмелья.
Я фыркнула.
— Тебе понравилось? — спросил он.
Он накрыл нас одеялом и положил руки мне на спину.
— Да, но это была еще одна ошибка. Как в первый раз. Этого не должно было случиться.
— Не правда.
Он убрал выбившиеся пряди волос с моего лица.
Я больше не знала, что правда, а что нет. Он перевернул мою реальность. Но как бы сильно он ни заставлял меня сомневаться во всем, я знала, что не могу остаться. Самое ужасное, что я боялась разбить тот маленький кусочек его сердца. Так много раз он говорил мне, что не хочет причинять мне боль. Но похитив меня, он сделал это в первый же день. Мне тоже не хотелось причинять ему боль, но я сделаю это в самый последний день моего пребывания в плену.
Глава 39
Линк
Я столкнулся с мужчиной с двумя детьми на буксире, каждый из них был с коньками на плечах. Туристы на пути к Рокфеллеру, ищущие какое-нибудь праздничное волшебство.
Мужчина извинился за столкновение — определенно не уроженец Нью-Йорка. Я продолжил идти, пока не ощутил легкую вибрацию.
Минт хотел встретиться в пиццерии рядом с домом дяди Хэла. Я должен был там быть. Чем больше я думал о блондинке в ресторане, тем больше мне становилось не по себе. Таким образом, я был здесь, словно рыцарь в сияющих доспехах.
Я протолкнулся в ресторан и направился к столику в глубине зала. Оглядевшись, я не увидел парня. Я прислонился к концу барной стойки и вытащил телефон, чтобы написать маленькому куску дерьма.
— Линк? — парень стоял за соседним столиком.
— Минт?
— Да, — он жестом пригласил меня сесть напротив.
Адские колокола. Парень был моего роста или даже крупнее. Какого хрена он делал в свободное время? Не вылезал из качалки? Не важно, я прослежу, чтобы он не подходил к Камилле ближе, чем требуется на уроке биологии. Называть его ребенком больше не казалось правильным.
Я сел напротив него.
— Что за собрание?
Он вытащил пачку бумаг из кожаной сумки, лежащей рядом с ним. Появилась официантка и приняла наш заказ. Она была милой, немного старше, но определенно в моем вкусе.
— Я связался с Вероникой. Она хотела быть здесь, но здоровье ее мамы не позволило, и она вынуждена была лететь домой.
— Ее будет не хватать.
Я сделал глоток пива, которое официантка поставила передо мной.
Минтон открыл папку и шлепнул ее на стол.
— Вот что у меня есть. Перед отъездом Вероника немного покопалась и не смогла найти доктора Уильямса, курирующего экспедицию на Амазонку.
— Это не значит, что экспедиции не было. Все, что мне это говорит, так это то, что вам двоим нужно освежить свои исследовательские навыки.
— Думаю, это справедливо, — он пожал плечами. — Во мне зародились подозрения в ошибке с доктором. Поэтому я попытался получить информацию от авиакомпании, села ли Камилла на свой рейс в Бразилию, но они отказались помочь мне, потому что я не родственник.
— Значит, у тебя ничего нет? — я сделал еще глоток пива и удивился, зачем вообще сюда пришел. Блондинка не могла быть Камиллой, и я даже не сказал об этом ребенку.
— Нет, ничего нет. Но Вероника позвонила в авиакомпанию и притворилась Камиллой. Она знает всю ее личную информацию, так что это было легко. Она смогла подтвердить, что, хотя место было куплено для Камиллы, она никогда не вылетала из аэропорта Кеннеди, — он развернул листок бумаги на столе, чтобы я мог его видеть. Это было письмо из авиакомпании, подтверждающее то, что он только что сказал мне.
— Ладно, если у тебя есть вся эта информация, почему бы не обратиться в полицию?
Он взял листок и сунул его в папку.
— Мы звонили только вчера и не были уверены, что именно скажем. Вероника проверила, не могла ли Камилла сесть на другой рейс этой авиакомпании, но у них не было никакой дополнительной информации. Она позвонила в другие авиакомпании, которые летали в Бразилию, но ни одна из них не предоставила никакой информации. В тот момент все, что нам нужно было сделать, это узнать, была ли она в самолете.
— И теперь у тебя есть что-то новое? — я наклонился вперед, забыв про пиво.