Сергей (СИ)
— Что там с экзаменами? — рассеянно спросил его мужчина.
— Математика четыре, русский завтра. Готовились.
Юрий Владимирович, казалось, не слушал и в мыслях витал где-то в другом месте. Задумчиво кивнул. Похоже, тяжелые думы бродили в его голове. Тень застыла на лице. После продолжительного молчания он выдал:
— В июне у тебя у самого экзамены. Тоже готовься понемногу. У тебя какой класс? Девятый? — Сергей растерянно кивнул. Мужчина еще больше помрачнел. — Ладно, потом подумаем, что делать дальше. Сиди пока здесь.
Он поспешно вышел за дверь. Шаги быстро удалялись, следом зачастили еще одни, и поднялся душераздирающий визг:
— Папочка! Не трогай его! Папочка, миленький, умоляю! Не трогай его, папочка…
Отец шуганул дочь, обозвав шалавой, связавшейся с босяком. Удаляющийся вой девчонки, голос матери и наступила тишина с далекими отголосками мужских разборок. Пять, десять, пятнадцать, двадцать минут. Вскоре стихли и отголоски. Сергею надоело ждать. Про него, без сомнения, все равно никто уже не помнил. Проходя через гостиную, он заметил сидящую в углу дивана затихшую до неузнаваемости Настю.
— Сереж, — тихо позвала она. Он неохотно остановился. Девчонка его раздражала, но покорно подошел. — Его убьют?
Доверчивые испуганные глаза смотрели на него. На радужке золотистого цвета несколько темно-коричневых точек, зрачки чуть расширены.
— Не знаю, — он присел напротив, наклонился ближе, заглядывая в эти рыжие глаза бесенка. Вот и она тоже будущая роковая женщина, которая так же скоро начнет сводить с ума многих мужчин. Сергей взял в руку маленькие тонкие пальчики, тихонько нежно перебирая их, шепотом, как будто выдавал большую и страшную тайну, проговорил. — Но знаешь, что?
— Что? — отозвался шепот в тишине. Настя сама ближе склонилась к Сереге.
— Никогда не связывайся с босяками, — его руки продолжали сжимать ее ладошку. Девчонка скользнула по хватке растерянным взглядом, но не вырвалась. Глаза снова уставились на Сергея. Он так же таинственно продолжал, — в твоем кругу будет много подходящих тебе парней. Богатых, успешных, перспективных, которых одобрят мама и папа. Слышишь, ребенок? — он провел указательным пальцем по мягкой гладкой щеке, очертил приоткрытые в изумление губы. Зрачки девочки еще больше расширились, короткий вздох, дыхание замерло, и вдруг Сергей неожиданно щелкнул ей по носу.
Криво усмехнувшись, он встал и пошел прочь.
— Козел! — крикнула она ему вслед.
6.
Что в итоге случилось с Андреем, он так и не узнал и его больше никогда не встречал. С глаз долой убрали и старшую дочь. Через пару лет она удачно вышла замуж. Супруг, конечно, был не настолько красив и молод, как Андрей, но жизнь красивую и беспечную он ей устроить смог.
Позже Сергей с дядей Сашей вскользь вернулись к этой теме.
— Босс сам виноват, ограничил свободу девчонке. Вот она и нашла из того, что доступно, — резонно заметил Сергей.
— Много ты понимаешь в воспитании детей, — хмыкнул дядя Саша.
— Ничего не понимаю и понимать не хочу. Но это ведь так? Согласись!
— Возможно, — нехотя кивнул Александр. — Сергей, ты умный пацан, но болтаешь много лишнего.
— Я ж только тебе. А так всегда молчу вроде.
— Вроде… Только мне… Нельзя быть таким доверчивым. С чего ты вообще взял, что я тебе друг?
Сергей нахмурился:
— У меня нет друзей, — категорично заявил. — Друзей вообще не существует. Есть плохие, неплохие и хорошие люди. Ты неплохой, возможно даже хороший.
— Возможно?
— Ага. Возможно…
7.
В июне, как и предупреждал Юрий Владимирович, начались экзамены и у Сергея.
— Ни пуха, ни пера! — бросил ему вслед Александр.
— Ага, к черту.
Сергей взбежал по ступенькам крыльца школы. Сердце бешено колотилось, иногда замирало на пару секунд, а потом снова, срываясь и гулко стуча, летело вниз — в пятки. Перед дверью он замешкался, поспешно вытирая вспотевшие ладони о штанины брюк. Волновался очень. Боялся не за сам экзамен. Ему было совершенно все равно, сдаст он его или нет. Переживал за встречу с одноклассниками и с той прошлой жизнью в целом.
«Чего боюсь? — спросил он сам себя. — Не плевать ли на всех и все? Пусть все идут лесом. Моя жизнь — мои правила».
Заставив себя расслабиться, он смело открыл дверь. Гул, царивший в классе, стал резко стихать по нисходящей, образовывая шоковую тишину. Ни один из присутствующих, похоже, увидеть Сергея в этот день здесь не ожидал. Его взгляд невольно выцепил некогда самых близких друзей, чуть задержался и равнодушно заскользил по остальным одноклассникам. Поздоровавшись, Сергей нашел свободное место. Абстрагируясь от внешнего мира, который снова начал набирать звуки, достал школьные принадлежности. Узнав о его приходе, тут же прибежала завуч. Нудно долго задавала вопросы:
— Какой будешь предмет по выбору сдавать?
— Без понятия, давайте геометрию.
— Занимался дома?
— О да, конечно занимался.
— Пойдешь в десятый класс?
— Не знаю, не думал.
— Как здоровье? Поправился?
— Хм, здоров. Все хорошо.
Наконец-то начался сам экзамен. Сергей с удовольствием погряз в мире цифр. Кое-что, как решать в силу пропусков занятий он не знал и знать не мог, но удовлетворенно отметил, что, в общем, на тройку вроде должен потянуть. Время пролетело незаметно. Сдав работу, не мешкаясь, заспешил на выход. Ромка нагнал быстро.
— Серый, подожди, — окликнул он. Сергей обернулся выжидая. — Твоя мать говорит, ты у родственников живешь, — не то спрашивал, не то утверждал парень.
Сергей прищурился, его мысли замерли, не зная, по какому руслу бежать:
— М-м-м… и…?
— Ну, пропал, не появляешься… — замямлил друг. Бывший друг.
— На зоне не пытался искать?
— Ну-у, эм-м… так дело же закрыли…
— Да? — Сергей долго задумчиво смотрел на друга. Бывшего друга. Потом встрепенулся, оживляясь, сунул руки в карманы, спросил: — Слушай, Ромыч, я не пойму, ты ж так мечтал о фартовой жизни, что соскочил-то сразу? — тот молчал, поджав губы. Сергей усмехнулся. — Да мне просто любопытно, — внезапно все те мысли, вся обида, непонимание, злость повалились из него наружу, — Ром, это не моя мечта, а твоя. Какого лешего вы все на меня скинули?
— Тебя ж тоже выпустили, — не понимая, пожал плечами Ромка.
— Это дело десятое, что стало со мной. Что за хрень ты на допросе нес?
— Что сказали, то и подписал. Ты не знаешь, как на меня давили! Тем более там все уже решено было.
— А меня, походу, пряниками кормили, — зло выплюнул Сергей. — Выражаясь твоим любимым языком, Ромыч, ты поступил не по понятиям. Сечешь?
Ромка занервничал, подыскивая правильные слова. Сбоку метнулась тень — чуть поодаль стояла Олеська. Сергей равнодушно оглядел ее. «Секса хочу», — созрела в голове навязчивая мысль, но его окликнул Александр:
— Сергей, — мрачный грозный вид наставника не терпел промедления.
Уже в машине он его отчитывал.
— Тебя предупреждали — никаких контактов. Сдал экзамен и мухой назад.
— Да понял я, — досадно отозвался Серега. — Он сам увязался, — покосился на мужчину, тот недоверчиво ухмылялся.
— Сереж, зачем все это ворошить? Каждый вынес свой урок, идите каждый своей дорогой. Не надо никому ничего доказывать. Это не тот человек, которому надо доказывать. Понимаешь?
— Угу, — буркнул Сергей. Дядя Саша продолжал напряженно чего-то ждать. Сергей тяжело вздохнул, ерзая. — Да понял я, понял! — клятвенно заверил.
— Что ты понял?
— Все! Все понял! Проехали. Не имей мне мозги, — занервничал. — Сам бы с удовольствием кого-нибудь поимел, — пробухтел под нос.
— Что ты там ворчишь, — не расслышав, переспросил Александр.
— Бабу хочу! — выпалил злобно Серега, закинул руки за голову, развалился развязно на сиденье и прикрыл глаза. Посидел, выжидая. Потом приоткрыл один глаз, покосился на притихшего мужчину. Тот в недоумении молчал, с интересом поглядывая на него. — Что? — взорвался. — Секса хочу! Трахаться! С бабой! Ясно? — прокричал и снова развалился, закрывая глаза. Попытался успокоиться. Бесило все. Ромка, Олеська, одноклассники, школа, дядя Саша со своими нравоучениями, вообще вся эта ситуация.