Стратегия. Русский Союз
Что еще… Вот мачете недавно подарили кузнецы. Зачем, черт его знает. Мы, русско-якутские люди, таким занятиям не обучены и даже категорически не приспособлены. Не таежное это дело длинным куском металла махать, у северных народов для таких целей пальма имеется. Специально посмотрел в справочнике и словаре: machacar — по-испански «дробить», а еще лучше, как я понял, — «долбить дятлом», именно монотонно «рубать». То есть «мачете» в наше время и если ты не в пампасах живешь — этакое примитивное средство для унылого долбежно-дятловатого коцания древесины теми романтическими бездельниками, что не познали радости обретения нормальной хорошей пилы с топором, врубовой машины или должности. Откуда у людей эта наивная тяга к тростниковым тропикам? Кем они себя воображают? Негром в дырявых трусах: пот со лба ручьями, над головой надменный надсмотрщик в белом шлеме и с револьвером на поясе… А впереди — заросли в два роста: мачетируй себе на здоровье, солнце еще не зашло. Хорошо помашешь — получишь вечером две порции похлебки в награду.
На личном фронте пока без перемен. Сотников уже собирается меня в отпуск отправить, говорит, мол, будет время жену себе подобрать. А если не хватит, говорит, продлим отпускной период до окончательного решения вопроса, да… Что-то в этом есть рациональное, мужики не раз пытались меня познакомить, а времени все нет — то одно, то другое. Хотя одна… агроном из Заостровской, сосватанная недавно Сеней Туголуковым, ничего так себе, может, что-то и получится.
Не знаю, что еще про личное.
А вот по службе скажу. Есть снижение тяжких — в последнее время таких случаев вообще не было. Есть приличный рост по пьянке, тут будем работать. Хулиганки у нас почти нет, весь народ вооружен, просто так задираться не в традициях. Молодые на кулачках выясняют, но тут ничего не сделать, свежие гормоны кипят во все времена.
Полицию надо укреплять — эта мысль меня и радует и напрягает.
Союз ширится, поселений все больше, люди рождаются, идут и плывут. Просятся под крыло остатки монокластеров и большие семьи-кланы. И правильно делают. Анклавов вокруг вообще-то много, расстояния между ними объективно не такие уж и запредельные, всегда можно выбрать, к кому примкнуть. Но объединяться надо под кем-то умным и умелым, смелым и надежным. По-житейски это многие понимают, вспоминая былой исторический опыт потерянной планеты: под дурной властью объединяться никак нельзя, начнется дебилистическая эпидемия, массовый падеж разума у населения. Как и утрата хоть какой-то гордости. Заразно это. А как определить годное? Да по итогам, они тут явственно видны, причем сразу.
Опасны анклавы замкнутые, в тихом омуте, знаете ли… Но в три раза выше опасность общественного обаранивания, если вожди Нового Мира оказываются обыкновенными придурками или трусами. Люди привыкают жить под баранами, самооценка падает. Так я думаю, да… Однако не надеюсь, что со мной многие согласятся.
Как-то раз мне подумалось, что в ранге первичности причин мотивы экономического стремления к Русскому Союзу стоят далеко не на первом месте. Мир новый, богатый, щедрый, везде можно не просто выжить, а жить вполне стабильно и сыто, во всех анклавах. Тут что-то другое свою роль играет. Гордость, что ли. Принадлежность к империи, подсознательные мысли о будущем, о судьбах внуков и правнуков.
А вот что важней для нас самих, самодостаточность или перспективы расширения, — сказать сложно, оценки надо давать осторожно, если на мой взгляд. Не то нахапаем лишних… потом разгребать придется, заниматься выселениями целых народов.
И тем не менее многообразие необходимо. Многообразие взглядов и слоев без жесткой иерархии, множество подходов, постоянный внутренний тактический спор, мониторинг реальной актуальности каждой проблемы, качественное использование местных ресурсов, человеческих в первую очередь. Воспитание реальных лидеров, да чтобы с харизмой, а не с мордой… И тогда будет работать правильная, конкурентная ориентация образования и подготовки кадров в городах и поселках, как и многое другое. Внутри грамотного и здраво собранного Союза множества автономных центров быстро приспосабливаются друг к другу, ибо быстро же чувствуют чужие, а в итоге — и свои ошибки. Инерция меньше. И меньше надежд на «центр», на папу.
Про «чисто демократию» я сейчас вообще не говорю, ибо страсть как не люблю этого заезженного слова, употребленного всуе. Но и тут додумать легко.
Как показали последние события, многие племена и народы все еще живут вчерашним подходом, так и не осознав на новом месте, что кажущаяся единственно верной строгая устойчивость гомогенной общественной привычки прошлых лет каждый раз оборачивается крупным ударом о грунт.
Четыре дня назад на Сороковку, а это один из опорных «трассовых» поселков Пакистанки, заявились сразу несколько семей, представители разных афганских племен, с требованием экстренно переправить их, ни много ни мало, в лагерь беженцев! Представляете? Староста поселка просто обалдел — какой такой лагерь? Какие беженцы, что это за новости? Вызвали по рации Демченко, Сережа примчался туда на разборки, смотрит: точно, требуют. Память, понимаешь ли!
Кормите, поите, в ООН обсуждайте!
— Я, конечно, послушал их немного для порядка, пока в себя не пришел после такой наглости, а потом говорю — мол, у нас имеется только один лагерь, товарищи, это ИТУ у Синего, выбирайте себе по душе, можете там хоть уголек колоть, хоть РУДУ рубить, — рассказывал нам начальник Госдепа. — Знаете, мужики, они ушам своим не поверили… Загалдели, заерзали! В их понимании, а точнее, в установках их лидеров белые люди просто генетически обязаны заниматься гуманитарной помощью! Типа мы в вечном ответе за всех, кого еще не приручили, типа этих несчастных, а уж лагеря беженцев вообще должны были заранее выстроить и облагородить елочками.
А вот я предполагал возникновение подобных моментов, потому спросил первым:
— И что ты им сказал?
— А что тут скажешь. Сказал, что ни детища Шойгу, ни его преемников поблизости нет. Ау! Да и они вряд ли занимались бы этой хренью. Сказал, что даю три дня на самоопределение. Локалки пустые есть, земли навалом, рабочие руки вижу. Не разберетесь — мы вас направим, сами определим место жительства. Или вышибем пинками за самые дальние пределы. Вот и все переговоры. Что, пошли место выбирать…
«Шестерка» стояла возле «Гаваны», но побаловаться кофейком мне явно не удавалось: Эльдар уже подходил к машине.
— Привет, командир!
— Привет-привет, Монтана… Не успел я, тоже хотел туда зайти, кофейку взять горячего. Ладно уж, поехали, что ли.
— А че поехали-то, щас сбегаю, у меня и термос есть, — предложил парень.
— Тогда давай уж я сам схожу.
— Не-а. Меня быстрей обслужат, сегодня на смене знакомая официантка, — решительно отрезал татарин, открывая ключом водительскую дверь. Запирает по привычке, смотри-ка… — Садитесь, Петр Игнатьевич, я быстренько.
Я снял и аккуратно сложил куртку, удобно устроился на заднем диване, осмотрелся и сразу же заметил на полке самопринтную книжицу. Знакомо. Уже и Сотников почитывает наших местных авторов. Интересный феномен, смоделировать или предугадать который на Старой Земле было бы затруднительно. Пишущие попаданцы… Хотя если разобраться, то причины становятся понятными. О чем люди думают, кроме работы? Что их волнует? Война в Ираке? Московские рефлексии? Иронические детективы на исчезнувшей подложке?
Жители России неохотно читают старую «художку». Слишком уж оказалась велика пропасть между цивилизациями, контрастно чуждыми и даже наивными (и уже точно тупиковыми) представляются былые устремления и реалии. Старый мир вообще превратился в некую мифологию. Мегаполисы все эти, самолеты, метрополитен, огромные промышленные центры синего стекла, гигантские высокотехнологичные армии, повальное вранье и самообман…
Вот и зародилось новое течение самодельных авторов, и дело это пошло продуктивно. Пишут в основном фантастику, и почти вся она так или иначе касается актуального для нас — люди просто выплескивают на бумагу свои версии произошедшего, предлагают варианты.