Единственная для бандита

грани срыва. Логично. В данной ситуации.
— Вы уже успели посмотреть видео с камер наблюдения? — стараюсь соблюдать железное спокойствие.
Шансов выкрутиться нет. Я бы не успел подделать видеозапись с камер. Это было бы нереально за такой короткий срок. Новость о кончине единственного сына великого Росси быстро разлетелась по всем щелям клуба.
— Да. Ты ударил Гвидо! Как ты мог?! — воет он с оскалом на губах.
— Я защищал свою женщину. Вы же видели, что Гвидо не в себе? У него наркотическая зависимость. Экспертиза это показала! Я не виноват. Вы должны быть лояльны к случившемуся!
— Mamma Mia! Как же так? Как же так вышло? Горе! О, нет! Ещё одно горе обрушилось на семейство Росси!
Адриано тяжело даются слова. Я его прекрасно понимаю. Я сам до сих пор не верю в то, что произошло час назад.
Молния не может ударить в одно и тоже место дважды?
Но она… ударила.
Официантка приносит представителю стакан холодной воды. Фетучини залпом его осушает, вытирая потный лоб белым платком.
— Всё выглядит так, будто по твоей вине погиб второй наследник семьи Росси! Бедный Фабио… Его забрала скорая помощь. У него случился инфаркт. Леон, у тебя большие неприятности! Ты понимаешь, что ты натворил?! Или… его смерть — не иначе как провокация, чтобы развязать войну!
— Я ещё раз повторяю! — грохаю кулаком по столу, прищуриваясь. — Я защищал Лину! Свою женщину! Гвидо пытался… обесчестить её в туалете! Произошёл несчастный случай! Какая провокация? Я что не понимаю, чем нам грозит его смерть? Напыщенный пидар не слушает. Барахтается где-то там, на своей волне.
— В этот раз мы не будем к вам благосклонны. Я требую, чтобы ты отдал нам девчонку! Это уже край! Война! Понимаешь? Вой-на! Гвидо мёртв! Наш мальчик… Гви-до, — Фетучини издал нечеловеческий визг и весь затрясся. — Где она? Где эта ведьма! Из-за которой погибли сыновья Фабио!
— В дороге. Я отправил Лину домой. Как ты её назвал? — скрипя зубами я поднимаюсь со стула, вытягиваясь в полный рост. Нависаю над жирным упырём и чувствую, как мышцы во всём теле превращаются в железо.
Я держусь. Как могу. Это сложно. Я мечтаю и ему рыло расквасить за то, что он назвал Лину ведьмой.
— Мы немедленно выезжаем следом за ней!
Я с хрустом сжимаю кулаки. Прямо здесь и сейчас начнётся война.
Не позволю. Не посмеете! Всех разорву. Всех до единого Росси на тряпки порву! Никто из них не посмеет и пальцем притронуться к Лине!
Рефлекторно я опускаю руку в карман пиджака и нащупываю там холодную рукоять пистолета, как вдруг мой телефон оживает громкой мелодией входящего вызова.
Я взвинчен. Нервничаю до трясучки и ледяного озноба во всем теле. Пальцами веду по экрану, не замечаю, как нажимаю на кнопку громкой связи.
— Леон... Лина... Она... Она.
Я узнаю голос Дино.
— Говори же! — требую, предчувствуя опасность.
Фетучини хмурит брови, вслушиваясь в разговор.
Мне кажется, я больше ничего не слышу и не чувствую.
Кроме адской боли в груди. И запредельного рокота сердца.
— Авария. — Напряжённая пауза. — Лина разбилась. Насмерть.
Глава 13. Алина
Я беременна от монстра. От чудовища бездушного. Меня вышвырнули из отеля, как мусорный мешок. Я чувствую себя так погано, как никогда в жизни ещё не чувствовала. Слёзы хлещут по щекам проливным ливнем. Внутри разверзается пустота. Будущее кажется чёрным и беспросветным. Я едва понимаю, куда я бреду. Наталкиваюсь на людей в толпе, меня пихают локтями, наступают на ноги. Швыряют. Бранятся. Очнувшись, я понимаю, что стою истуканом у центрального входа в торговый центр. Как я здесь оказалась? Не помню. Надо собраться с силами и мыслями. Но в голове царит хаос. Моя жизнь. Серёжи. Сестры. Жизнь крошечного эмбриона внутри меня… Всё в один узел тугой сплелось и на мне завязано. Ко всему я причастна. Если бы не моё желание выбиться в люди и подзаработать! Кому я сделала лучше? Никому. Правду говорят, что счастье не в деньгах.
Я заставляю себя передвигаться ногами. Возвращаюсь домой, на нашу квартиру с сестрой. Взгляд падает на дорогую сумку из крокодиловой кожи. Небольшая ручная кладь — в ней всё то немногое, что я забрала с собой. В основном, элитный парфюм и золотые побрякушки, стоимостью в несколько десятков тысяч долларов. Чувствую, как истерика подкатывает к горлу. Меня вышвырнули из отеля Леона. А что, если позвонят похитители Серёжи? Опять унижаться, ползать перед Леоном?
Он дал мне срок — всего одну неделю. Не сделаю, что скажет, хуже будет. Соврать не получится. Проверит. Отправит на обследование.
Соврать? Лина, ты сошла с ума! О чём ты собираешься врать? О беременности?! Тебе нужен этот ребёнок? Я нарезаю круги по квартире. Без остановки. Бесперебойно. Как маятник, сошедший с ума.
Нужно думать о сестре, а я внезапно думаю о своей незапланированной беременности. Останавливаюсь перед зеркалом и оголяю плоский, впалый живот, ощупываю его пальцами. Представляю тут круглый живот, арбузик, улыбаюсь сквозь слёзы. Я ведь об этом мечтала - о семье, о детях от любимого мужчины. От любимого, а не от монстра бездушного.
Одергиваю футболку вниз и умываюсь, стирая с лица следы глухой истерики.
Нужно помочь сестре и перевести её в частную клинику, а со всем остальным буду справляться потом. Я жива, руки-ноги на месте - справлюсь, подбадриваю себя. Открываю наш небольшой тайничок, желая забрать деньги. Но под досками пола пустота. Деньги пропали. К горлу подкатывает паника. Я стараюсь мыслить здраво. Вдруг сестра вложила деньги в банк или отнесла их в другое место? Но у сестры даже карточки своей не было. Если она положила деньги в банк, должны были остаться бумаги об открытии вклада. Катя аккуратная и все документы в одно и то же место складывает. Я переворачиваю горы листов, но нет ничего, что указывало бы на открытие счета.
Потом я несусь в больницу, тщательно осматриваю все её вещи, в поисках хотя бы клочка бумаги или талончика электронной очереди из банка. Да хоть что-то! Пустота.
Я словно бьюсь головой об стену. Денег нет. У меня есть небольшая сумма денег на карточке. Вернее, раньше, она казалась мне просто огромной, но узнав стоимость лечения и содержания в хорошей клинике, я едва не осела на пол.
У меня нет таких денег.
Продать квартиру? Но без сестры я не могу это сделать! Она тоже числится, как собственник. Нужно оформить кучу бумаг, чтобы доказать её недееспособность. Это много времени, утекающего в никуда. Это надежда, тающая с каждой секундой моего бездействия.
Я обзваниваю знакомых. Унижаюсь. Умоляю. клянчу. Кто-то кидает небольшие суммы на карточку почти сразу же.