Единственная для бандита

своим парнем? Трахаль прибрал и твои денежки? Дерьмового ты себе парня нашла, Клубничка! Гнилого, как прошлогоднее яблоко! — хмыкает Леон. Он сделал свои выводы из моих слов, и его удовлетворила эта правда. Потом он дерзко командует мне властным тоном, от которого мурашки бегут по телу, как стадо резвых скакунов. — Ляг лицом в постель!
Лёгким толчком он вынуждает меня принять это позорное положение. Моя попа находится выше головы. Она отставлена назад и полностью доступна. Леон довольно щиплет и мнёт полушария ягодиц, а потом внезапно надавливает на ажурную звёздочку большим пальцем.
— Ах… Пожалуйста. Я ещё никогда…
— Никогда не давала в попку? — интересуется он сиплым голосом. — Девственная попка?
— Да!
Его палец надавливает, и я сжимаюсь так сильно, как только можно.
— Судя по реакции, так оно и есть. Надо же! — смеётся он. — Хоть где-то я буду первым, да?
— Я не готова. Умоляю… Меня не трогали там даже пальцем!
— Нарочно распаляешь мою фантазию, Клубничка?
Он снова шлёпает меня. Сильно и звонко так, что в ушах слышится его хлопок. Потом он обхватывает мои бёдра, фиксируя. Таранит на полную мощность, не щадя. Я поскуливаю довольно, на большее сил не хватает. Воздуха нет. Он сжигается прежде, чем я успеваю его вдохнуть полными лёгкими. Леон вычитывает свободный кислород к чертям, опрокидывает меня в жаркую преисподнюю. Я чувствую себя развратной грешницей на шабаше у Сатаны. Но как же хорошо он это делает — забивает в меня свою плоть, распаляя чувственность. Разжигает костры моей страсти, подкидывая дров каждым мощным толчком.
— Давай! Скоро кончу! — бандит угрожающе рычит.
— Я больше не могу… — всхлипываю. — Пожалуйста!
Меня разрывает на клочки оглушительным взрывом оргазма. Кровь становится жидкой лавой. Я сжимаюсь вокруг его внушительного орудия, которым он продолжает трудиться в моём лоне. Резко и сильно. Точно. Быстро. Он ас в постельных утехах и мог бы выиграть золото в Олимпийских играх по жаркому сексу, если бы такие проводились в этой вселенной.
Когда он выплёскивается, я чувствую мощные, длительные судороги его тела. И снова кончаю. Но уже вместе с ним. Потом он хрипит и падает на меня сверху. Рельефная грудь прижимается к моей с чавкающим звуком. Мы оба потные и мокрые, как будто побывали в жаркой бане.
— Сладкая Клубничка… — его губы танцуют на нежной коже моей шеи. — Первый раунд за тобой. Было вкусно…
— П-п-первый раунд? — спрашиваю спустя несколько минут.
Леон встаёт и вытягивается телом. Его мышцы словно скручены из арматуры. Они чётко выделяются под смуглой, бронзовой кожей. Леон стягивает использованный презерватив, бросая его в урну.
— Первый раунд, Красотка… Я решил, что оставлю тебя на всю ночь. И… — он ухмыляется. — Мы устроим родео. Покажешь себя хорошей наездницей, хлюпая киской над моим членом — возможно, позову тебя ещё раз…
Я шумно сглатываю. Не представляю, как выдержу целую ночь в объятиях этого сексуального и голодного монстра.
Оказывается, я не знала саму себя.
Смогла. Ещё как смогла. И выпрашивала его ласку, обжигающую, острую и безжалостную. От оргазмов перед глазами будто звёзды взрывались, а тело становилось лёгким, как лебединый пух.
Леон насытился лишь под утро. Уже рассвело, когда он откинулся в сторону с видом сытого хищника. Брюнет потрепал меня по ягодицам, сказав:
— Хорошо отработала ночь, Клубничка. Не профессионалка, но кончаешь искренне. Сжимаешь сильно… — он задумался и усмехнулся. — Отдохни. Потом решу, что с тобой делать.
Глава 21. Лина
Неимоверным усилием воли я заставляю себя забыть о гадком разговоре с Серёжей. Да, я понимаю, у него шок. Возможно, в плену его сильно сломали, подорвав психику. Логично.
Я очень надеюсь, что бывший парень одумается. Хотя бы просто попросит прощение за свои гадкие слова. Я всем рисковала ради него! Несколько месяцев назад я отдала себя на растерзание опасному зверю.
Ради Него, Серёжи, я легла под зверя, под опасного убийцу. Тогда я считала Моретти самым опасным, жестоким монстром… Ради спасения любимого стала шлюхой, постельной игрушкой мафиози.
Первое время я от Леона не видела ни нежности, ни человеческого отношения. Я была для него дыркой, сексуальной игрушкой, не более того! Я опустилась на дно ради него, Серёжи. Но он… не оценил мою жертву.
Я слишком наивная и добрая девушка. В этом, пожалуй, кроется мой самый главный недостаток, как личности. Но теперь у меня открылись глаза на правду. Я была безумно глупа, считая, что у нас с Сергеем что-нибудь получится после того, как я была игрушкой Моретти.
Не получилось бы ничего и никогда. Я жила самообманом. Я лгала себе всё это время. Я оправдывала своё влечение к Леону спасением жизни Серёжи. Но теперь шоры с глаз упали.
Я влюблена в Леона. Так сильно и откровенно! После Леона все прочие мужчины меркнут, словно тени. У нас с Серёжей не получилось бы ни крепких отношений, ни нормальной семьи. Но теперь не получится даже простого, нормального человеческого общения! Особенно после тех гадостей, что он выкрикнул мне в трубку. Мерзавец! Как он мог? Будто бы ноги об меня вытер и сбежал.
Не делай добра — не получишь зла.
Хотя, во всём нужно искать плюсы. Если бы я не пожертвовала собой, если бы не забеременела, никогда не встретила бы мужчину своей мечты.
Я приняла решение — забыть всё, что меня связывало с Сергеем. Его в моей жизни больше нет. Даже, как тени. Ведь в моей жизни появился другой мужчина. Этот мужчина стал моим личным раем. Моей греховной и ненормальной зависимостью.
Я должна забыть всё плохое, что есть в моей жизни. Мне хочется остаться с Леоном, но проклятый телефон, с которого я отправляла сообщения, служит для меня сильнейшим укором. Я думаю о том, что из-за меня Леон потерял часть денег, поставки срывались. Кажется, были потери даже среди людей мафиози. Разумеется, это грязный бизнес, и он всегда несёт в себе опасность. Не я толкала всех этих людей на преступления. Не я… Но я обманываю любимого. Это угнетает меня больше всего на свете.
Я не могу ему признаться. Не могу! Сотню раз хотела это сделать. Но я боюсь… Гнева его боюсь. Предательницей оказаться боюсь!
Я трусливое ничтожество. Знаю. Не хватает мне смелости сказать правду. А вдруг наши отношения изменятся? Вдруг Леон мне не простит обмана? В чём-то Серёжа прав насчёт Леона. Моретти — непредсказуемый человек. Криминальный авторитет. Мясник. Убийца. Зло вне закона.
Сложно. Очень, очень сложно жить. Может быть, когда-нибудь, когда пройдёт время и всё забудется, я смогу рассказать ему правду? Когда наш сынишка родится. Вырастет. Потом