Измена. Ты нас предал (СИ)
Потом наступила темнота…
* * *
Мне так хорошо и легко. Я чувствую полную отрешенность от бренного мира и беззаботность. Я словно обрела невесомость и могу быстро передвигаться.
Я бегу в красивом длинном платье, цвета фиалки по огромному цветочному полю и с моего лица не сходит улыбка. Я смеюсь и радуюсь. Кружусь на месте, создавая прекрасные фиолетовые волны шелка вокруг себя.
Прекрасные цветы разных оттенков, яркие и светящиеся под лучами ласкового солнышка.
Срываю самый красивый цветок, крупный, с бархатными красными лепестками. Я видела его раньше, в детской книге, что мама мне читала перед сном, когда я была еще малюткой.
Воспоминания о детстве разливаются по телу, даря еще больше ощущение счастья. Я громко смеюсь и снова кружусь с цветком в руке. Подношу его к лицу, вдыхая аромат свежей первозданной природы и закрываю глаза от наслаждения.
Медленно открываю глаза и вижу белое полотно перед собой. И понимаю, что это потолок какого-то помещения, я лежу на кровати и начинаю двигать пальцами рук. Кто-то берет их в свою ладонь и нежно касается губами.
Запах природы медленно сменяется смесью лекарственных препаратов и хлора. Пение птиц и шелест листвы растворяются, оставляя едва слышный гул аппаратов и ежесекундный сигнал.
Опускаю взгляд ниже, вижу просторную светлую палату. Вижу Риту, обеспокоенную, опухшую от слез. Она держит платок у лица и не сводит с меня глаз.
Поворачиваю голову влево и вижу его. Моего мужа. Лицо изможденное, круги под глазами, глаза красные и тревожные.
Начинаю постепенно вспоминать предшествующий вечер и первым включается материнский инстинкт.
— Что с ребенком? — резко сажусь на кровать, едва не сорвав катетер с тыльной стороны ладони. Замечаю, как злобно Рита мечет свой взгляд в Артема.
— Все хорошо, родная. С малышом все в порядке, — он гладит по животу. — У нас крепкий ребеночек. Маленькая моя, сколько же ты пережила…если бы я раньше знал, что ты беременна…
Что он здесь вообще делает? Возле меня. После вчерашнего.
— Отойди от меня, — еще слабая, дрожу, но его присутствие только усугубляет мое состояние.
Видеть и слышать его больно.
В один миг рухнул мой фундамент, на котором я думала, стояла прочно. Моя опора, в которой я была уверенна, как ни в ком и ни в чем. Опора оказалась мыльным пузырем. То в чем я еще вчера была так уверена, оказалось ложью. Как больно. Боже как же больно когда рушится твой нарисованный розовый мир, когда разбиваются вдребезги твоя вера в хорошее и в правду. Может ее и не существует? Я сама ее себе придумала, нарисовала и свято верила. Какая же я дура. Просто последняя идиотка. Как я могла верить, что мне верен на его этих концертах.
Рита подошла с другой стороны койки и взяла мою руку, в знак поддержки. А Артем смиренно выполнил мою просьбу.
— Родная, знаю. Я последний мудак, — его руки дрожат, он трет красные глаза, переживает очень. А что это уже изменит? — Клянусь, я всю жизнь буду вымаливать твое прощение.
— Мне это не нужно, — совершенно твердо и резко отвечаю я. — Ты просил помочь тебе сделать выбор… — каждое слово давалось мне большим трудом — Я помогу. Это будет последняя помощь, моя тебе. Я подам на развод. Больше не терзай себя выбором. Иди к ним. Я никогда тебя не прощу за предательство. Никогда не прощу тебе твою измену. И у меня одна, последняя просьба — исчезни из моей жизни, навсегда.
— Я сейчас уйду. Обещаю. Но ты должна знать, я не изменял тебе. Это случилось…по пьяни. Не по моей воле. Один раз. И получился ребенок. Я не верил. Думал, это очередной обман, фантазии фанатки. Но тест ДНК показал, что это мой сын. Сидя за решеткой, один со своими мыслями я понял одно, что больше не могу тебя обманывать. Я виноват, и готов искупать свою вину. Но я не помню эту девушку, не помню как я с ней…
— Замолчи, — я крепко сжала глаза и зубы, прошипела ему. Его голос, его жалкий вид невозможно было терпеть. — Убирайся.
Как побитая собака, он опустил голову и развернулся к двери.
— Я накажу каждого, кто причинил тебе боль. Я отомщу всем. А потом, потом ты накажешь меня за все. Я приму любое твое решение. Но я никогда не оставлю тебя и нашего ребенка.
Он ушел, а мне почему-то не стало легче. Что означали его последние слова? Кому он собрался мстить?
— Рита, ты ему рассказала про Нориана?
Подруга тяжело вздохнула и кивнула.
— Он сам все узнал. Я лишь подтвердила, что это правда.
— Как? Как он узнал? — присела повыше и Рита заботливо поправила за моей спиной подушку.
— Твой телефон у него. Он всю ночь читал там что-то, смотрел. Потом уже и мне начал вопросы задавать. И я поняла, что он прочитал твой пересказ про Нориана, что ты Дэну писала, когда просила его отца-адвоката помочь. Потом все смс от Нориана прочитал. В общем, знает. И правильно. Ему давно пора было все рассказать. Он мужик! Ты за мужем. За мужем! А тянула все одна. Он позвонил Нориану и назначил ему встречу. Так что дай ему шанс проявить себя как мужчина. Поступить так, как он должен был давно поступить и разобраться с подонком. Пусть покажет, что кроме как держать гитару и петь свои песни, он способен на что-то еще.
— Но, но, но. Они его убьют!
— Так. Успокойся, — словно приказ строго произнесла Рита, погладив меня по плечу. — Ты еще волноваться будешь из-за этого гада? У тебя под сердцем живет крошка, которую никто не защитит, кроме тебя. А ему нужна твоя защита! Значит, лежи и лечись. Из — за всяких подонков мы больше плакать и переживать не будем! Он сделал свой выбор. Ты как святая Тереза верность ему хранила, оберегала от опасности, боялась стычки с Норианом. И что получила взамен? А? Кто тебя пожалел, скажи?
— Где мой телефон? — я согласна была с Ритой, но смерти Артема я не желала, и еще я вспомнила последнее смс от Нориана. — Я сделаю только один звонок Диме и попрошу им помочь. А потом я забуду о них. Обещаю. Там же мальчик маленький! А Нориан чудовище. Ребенок ни в чем не виноват.
— Твой телефон остался у Артема. Он ушел с ним. И правильно сделал. Он видел фото своего сына в сообщении от Нориана. Очень жаль, конечно, и мальчика и даже его мать. Какой бы она не была, никто не заслуживает участи быть похищенными. Но это теперь проблема Артема, точно не твоя. Ты их не сможешь спасти, да и не должна. У тебя есть о ком зоботиться. Лежи и думай о своей малютке. Доктор настоятельно попросила тебя не волновать. Я итак много лишнего тебе рассказала, но ты же с ума сойдешь в неведении.
Рита подошла к окну, долго молча смотрела вдаль.
— Лучше подумай, как тебе жить дальше. Вот, что сейчас главное. Как и на что ты жить будешь и малыша растить. Я чем смогу, помогу, конечно. Но на Артема я бы не рассчитывала, — она опустила голову, развернулась ко мне лицом и облокотилась о подоконник. — Хотя, честно сказать, сегодня ночью я впервые на него по другому взглянула. Переживает по — настоящему. Мне даже показалось, что готов ради тебя и своего похищенного сына биться на смерть. Но время покажет его истинное лицо.
— Я до сих пор не верю, что он так со мной поступил.
— Ты знаешь, мне никогда не нравился Артем. Но даже я не исключаю, что быть может его напоили какой-то отравой. Фанатки на многое способны.
Я тяжело вздохнула. Погладила свой животик. Самое главное — моя крошечка со мной и наши сердца бьются в унисон. Я не одна. Я больше никогда не буду одна.
— Вам нужно будет обязательно поговорить. Спокойно. Без эмоций. Если любовь еще жива, все можно исправить. Если он и правда не виноват и если он сожалеет об этой бессознательной связи…
— Я не смогу простить и жить с этим. Я не могу его даже видеть.
— Ты имеешь полное право его не прощать.
— Попробую поискать работу преподавателем вокала. У меня еще остались сбережения, и выходного пособия от лейбла, думаю нам хватит примерно на год. С этой квартиры придется съезжать. Дорогая аренда, да и не нужна нам с малышом такая большая.
— Можете у меня пожить. Я все равно одна в своей двушке.