Точно в сердце
Подхватив рюкзаки, ребята выстроились в боевой порядок. Защелкали механы – правила требовали транспортировать привода незаряженными. Подготовив к бою и проверив оружие и защиту, выдвинулись вдоль дороги, чуть на отдалении, углубившись в лес. Шли медленно и сторожко, каждый контролировал свой сектор.
Мне досталась левая обочина растрескавшейся бетонки и позиция предпоследней в конце растянувшегося строя. Противника первым заметил тот же самый парень, что дал мне карту. Его крик разорвал напряженную тишину леса:
– На тры часа! Контакт!
Одновременно раздался стрекот очередей. Наши среагировали мгновенно, развернувшись в сторону противника.
Глава 6
Я инстинктивно бросилась на землю, прячась за стволом ближайшего дерева и пытаясь осознать, кто по нам бьет. Уняв колотящееся сердце и немного успокоившись, приняла относительно удобное положение, поправила съехавшую на лоб каску и совместила зеленую точку на коллиматоре с задом, так удачно выглядывающим из-за сосны по ту сторону дороги. Игрок увлекся перестрелкой с нашим авангардом и главным образом скрывался от них, не ожидая подлой атаки с тыла.
Палец плавно нажал на спусковой крючок. Оснащенная технологией отдачи «эмка» дернулась в руках. Первые два шара короткой очереди выбили мелкие кусочки коры из древесного ствола, третий все-таки настиг пятую точку противника. На всякий случай я выстрелила в него ещё дважды и оба раза попала.
– Да убит я!
Расстроенный скорым поражением мужчина, вынул красную повязку и, помахав над головой, принялся на ходу завязывать ее на манер пионерского галстука. Удалялся он в сторону стационарного мертвяка, потирая зад.
– Похоже, респа пока ничья, – озвучил всеобщую догадку пулеметчик, крупный мужчина с усами, выглядящий лет на сорок плюс.
– Вальтер Коту, Вальтер Коту! – раздалось в рации, торчащей у него из кармана.
– В канале! – хрипнул искаженный помехами голос Кости.
– Догнали группу противника. Квадрат девять-дэ! – коротко проорал Вальтер в рацию. – Тоже идут брать респ. Как у вас?
– Мясо!
Подтверждая его слова, на заднем плане непрерывно стрекотали привода и раздавались отрывистые команды. Прогремели один за другим два взрыва, предваренные характерным, похожим на резкий вздох, хлопком. Нам их было слышно и без рации – в ход пошли игровые минометы. Наш противник тоже активизировался. Огонь сконцентрировали на пулеметчике, который шел впереди меня. Я тоже оказалась под обстрелом, и не могла поднять головы. К тому же стрелявшие не стояли на месте и все время перемещались.
Наши тем временем перегруппировались и ответили дружно, в свою очередь, вынуждая противника залечь. Пулемет застрекотал вновь, тут и мне опять удалось внести вклад в общее дело. Сраженные моей рукой игроки направились в мертвяк.
– Двое минус! – шепнула, ощущая, как захлебываюсь адреналином.
Что-то упало слева.
– Граната! – рявкнул замыкающий, и ломанулся в сторону, хрустя ветками.
Предупреждение заставило подскочить и броситься прочь, не разбирая пути. За спиной оглушительно хлопнуло. Я успела выбежать из радиуса поражения, но меня едва не засыпало шарами – сразу несколько противников избрали мою тушку мишенью. Наверное, за убитых обиделись. Очередь ударила в спину, еще одна пришлась по бедру, защищенному только плотной тканью. Я еле удержалась от позорного взвизга – ощущение, точно скакалкой хлестнули.
– Убита! – вскинула руку, демонстрируя поражение.
Выпущенный в запале кем-то шар пришелся прямо в кончик безымянного пальца. Попадание оказалось настолько болезненным, что на миг даже потемнело в глазах. Игра мазохистов, блин! Стиснув зубы, я зашипела, яростно махая красной повязкой и радуясь, что за стеклами защитных очков не видно, как навернувшиеся слезы туманят глаза. Именно по этой причине в прошлый раз я так и не прониклась страйкболом до конца. Порой, играть – слишком больно. Больно до крови, до вошедших под кожу шаров и выбитых по неосторожности зубов, если пренебрегать защитой.
Дуя на ушибленный палец, направилась в сторону мертвяка. Следом, положив оружие на плечо, тяжело топал пулеметчик, нацепив красную тряпку на каску. Мы остановились рядом с троицей «убитых» чуть раньше ребят из нашего отряда. В пылу сражения я пропустила, когда и как это произошло, и немного удивилась, увидев их на обочине. Они, расположившись в стороне от места стычки, и с интересом наблюдали, чем она закончится.
– Хорошая у тебя реакция, – один легонько хлопнул меня по плечу.
– Угу, спасибо.
От переизбытка адреналина стучали зубы, руки мелко подрагивали. Тело приготовилось к испытаниям всерьез, и теперь словно бы разочаровалось скорым окончанием боя. Несмотря на боль в пострадавших местах и на то, что, едва начавшись, игра для меня закончилась на ближайшие полтора часа, я вдруг осознала, что настроение взмыло вверх. Может, и правда стоит ездить с Варькой почаще?
– С тебя «конина», Сигурд, – флегматичным низким голосом вдруг выдал пулеметчик, обращаясь к вновь прибывшему, а точнее, выбывшему из боя последним высокому парню. – Первая кровь на ней, – он тепло улыбнулся мне. – Я с пулеметом только двоих сделал, а она троих умудрилась уложить. Молодца!
– Новичкам везет, – заскромничала я, но не сдержала довольной улыбки.
Такому «великому» воину, как я, далеко не на каждой игре удается кого-то подстрелить, так что фан я точно поймала.
– Двигаем в мертвяк, – скомандовал Сигурд и принялся рассказывать: – К желтым подкрепление подошло, респ они взяли. После отсидки найдем Вальтера, если он еще жив, или поступим в распоряжение Кота. Командование планирует отвлекающую атаку на базу противника, а ударная группа пойдет отбивать респу. На все про все у нас есть чуть больше часа. Кто не успел, тот опоздал.
– Это же только на дорогу плюс сорок минут в мертвяке? – все так же флегматично не то уточнил, не то констатировал дородный пулеметчик. – Нам не успеть.
Сигурд согласно кивнул:
– Верно. Но, когда в атаку вовремя выходили? Все равно не двинутся, пока бойцы не подтянутся. Так что в темпе, в темпе!
Подхватив немногочисленное барахло, «трупы» трусцой отправились в мертвяк, чтобы не тратить время зря. Никто не стал спорить, даже грузный пулеметчик, и я поняла, все очень хотят поучаствовать в этой атаке. Амуниция весила прилично, и по пути ребята почти не разговаривали. Топали по тропе ботинки, сопели носы, шумно пыхтел и отдувался пулеметчик – годы и нагулянный жирок брали свое. Изредка кто-то спотыкался, ругаясь сквозь зубы. Я тоже всеми силами старалась не отставать.
– Ребят, подскажите, где «Барсов» искать? – поинтересовались встречные игроки без красных повязок.
– А это, которые? «БАРСы» или «Снежные барсы»? – один из наших приостановился было, но его дернул за рукав Сигурд, принявший командование вместо Вальтера:
– Мертвые молчат! Лонг, ходу!
Все верно. Правила запрещают «убитым» игрокам вести разговоры с «живыми», припомнила я.
– Вдруг провокация, – добавил он, через несколько шагов.
– Ой, да кому мы тут нужны? – возмутился тот. – Думаешь нас дисквалифицируют за нарушение?
– Я сам тебя сейчас дисквалифицирую, если дурью маяться не прекратишь, – сунул ему под нос кулак Сигурд.
Лонг остановился и укоризненно уставился на командира. Долговязый и субтильный он полностью соответствовал собственному прозвищу. В переводе с английского «лонг» значило – длинный.
– Злой ты, Сигурд! – изрек он со вздохом и бросился нас догонять.
Я усмехнулась, отметив, что этот самый Сигурд внешне напоминает Дольфа Лундгрена в молодости. Вполне симпатичный парень.
В мертвяк мы прибыли распаренные и уставшие. Расположились на отдых, поснимали каски, оставшись только в очках. Находиться без них на игровой территории не только строго запрещено, но и попросту глупо и опасно. Всё же в лесу оказалось довольно тепло, и, не отставая от прочих, я тоже избавилась от шлема, наслаждаясь весенним ветерком, приятно ерошащим волосы и доносящим запахи дымка и шашлыков от полевой кухни. В животе громко заурчало – пока суд да дело успела изрядно проголодаться.