Секретарь старшего принца 5

Впрочем, все эти мысли я отбросила, чтобы погрузиться в воспоминания о прочитанных или услышанных в кратком пересказе Элора документах по делу об исчезновении магии.
О симптомах, предшествовавших полному исчезновению магии, в наших описаниях информации почти не было: запасы магии истощались, она плохо слушалась и, в конце концов, исчезала. У меня пока проблем с управляемостью не возникало, что можно считать хорошим знаком.
И в остальном я совершенно не подходила под «портрет» пострадавших: у меня не было семьи, я не общалась с детьми (только в другом мире, и вряд ли Культ мог достать меня там, скорее бы просто убили)… уровень достатка у меня в разы выше, чем у жертв. Географически я была с ними разделена, и единственное пересечение было здесь, в Академии, но на тот момент у меня проблема с магией уже существовала.
Итак, я не подходила под критерии жертв.
Дарион (боевой маг) полагал, что мои проблемы с магией связаны с перенапряжением магического источника во время боя.
Вольден (лекарь) считал, что я пала жертвой неведомого недуга, гасившего источники магии.
И был ещё один фактор — моя неспособность к трансформации в истинную форму, что тоже могло подействовать на источник, и его сбои могли лишь случайно совпасть со всем остальным.
Я не хотела верить, что Вольден прав, и мой разум всеми силами искал иное объяснение перебоям с магией.
Но сбрасывать со счетов его вариант нельзя.
И надо задуматься о состоянии костей. Если они вдруг сломаются в бою или не смогут удержать форму, когда я Халэнн, у меня будут проблемы.
Как минимум мне следовало больше есть. Теперь, когда источник магии хуже меня питает, я не могу полагаться на драконью способность восстанавливаться без физической пищи. Так же, пожалуй, следует спать каждую ночь и часов по восемь — как обычные существа.
Толпа перед зданием призыва пришла в движение — это щитовики завершили призыв (кто удачно, а кто нет), и многочисленные родственники вместе с ними поклонились и направились к выходу с территории, оставив боевых магов и их гостей одних.
Ректор Дегон трижды ударил в гонг. Первым из группы боевых магов вышел принц Арендар. А я направилась к Элору, оставшемуся рядом с Валерией. Оба явно чувствовали себя неловко, но о чём-то переговаривались.
Я миновала пёстрое семейство благородных эльфов, слегка поклонилась наместнику, кивнула его жене-человеку.
Что-то сказав Валерии, Элор огляделся по сторонам. Заметив меня, улыбнулся, чуть не шагнул ко мне. Такая искренняя радость…
Валерия тоже на меня оглянулась, а затем уставилась на двери в здание призыва, в котором скрылся Арендар.
Я только успела подойти, как вдруг двери распахнулись, и принц Арендар шагнул наружу и вскинул огромный меч с двойной гардой. Изгибающийся пламенный клинок сверкнул на солнце, в свете ярче проявилась вязь из символов четырёх цветов.
— Похоже, меч работает со всеми стихиями, — в голосе Элора звучала гордость за брата.
Принц Арендар вернул Дариону не понадобившийся второй брусок для призыва и, держа свой огромный меч за рикассо между гардой и контргардой, направился к нам. Валерия потянулась к нему и замерла, когда нас накрыла огромная тень.
В следующий миг сверху ударил поток воздуха: огромный белоснежный дракон опускался на нас. Белоснежная чешуя — бронированная разновидность чешуи ледяных драконов.
Он был действительно огромным, ненормально.
 
Глава 14
Это мог быть только принц Саран — дракон с денеей*. Самый сильный дракон в мире, способный уничтожить нас всех.
Принц Арендар закрыл собой Валерию. Её внезапно появившаяся рядом паразитина раздулась, став совсем уж огромной. Элор дёрнулся встать перед Арендаром, но я быстро шагнула вперёд и, преградив Элору путь, выдернула Жаждущего крови из ножен. Элор ухватил меня за плечо и попытался отстранить, но я, как и выхватившие оружие гвардейцы, попятилась, вынуждая его отступать.
«Теперь у тебя суицидальные наклонности, да? — Жаждущий застыл, не позволяя лезвиям соприкасаться и звенеть, явно не желая привлекать внимание Сарана. — Я тебе сразу говорю: мы эту чешую не пробьём».
Все отступали, давая невероятному дракону место для приземления.
Массивные лапы коснулись земли, крылья последний раз дёрнулись, обдавая нас воздухом, и дракон резко уменьшился до человеческой формы. Но даже так от него исходило столько магии, что трудно было дышать, я почти вся покрылась чешуёй. Инстинкты требовали бросить оружие и преклониться перед обладателем такой мощи, но разум удерживал меня на месте.
Принц Арендар и принц Саран внимательно смотрели друг на друга. Элор снова сжал моё плечо и попытался отстранить, я упёрлась.
Принц Арендар кивнул и опустил меч остриём к земле.
Принц Саран тоже кивнул и отправился к входу в здание призыва. Дарион спокойно вложил в его руки серебристые бруски, необходимые для призыва, и принц Саран спустился вниз.
Едва двери за ним закрылись, поднялся невообразимый гвалт.
У меня дрожали руки, я с силой сжала Жаждущего, чтобы скрыть эту дрожь.
Дракон с денеей — первой за тысячу шестьсот лет со времени создания рода Аранских.
Существо, способное изменить весь мир.
Неуверенный голос Элора прорвался сквозь крики и причитания:
— По-идее, мы должны сообщить отцу и королю Озарана.
Но в этом не было особого смысла: если принц Саран захочет поговорить, сам явится, а если его останавливать — нужна армия. Большая такая армия.
— Как улетит, так и сообщим, — Арендар обнял Валерию за плечи.
Кажется, он не слишком боялся.
Дарион и Дегон тоже беспокойства явлением Сарана не выказывали.
Что здесь происходило?
Не связаны ли непонятные дела Дариона с принцем Сараном тоже?
Боевые маги и их семьи напряжённо пересказывали друг другу слухи о том, что он убил своих братьев.
Я настороженно ждала развития событий. Принц Саран теперь очень силён, значит, и сущность он призовёт сильную. Сможет ли он её удержать? Если сюда вырвется то, что призвал дракон с денеей, мы можем погибнуть прежде, чем затолкаем сущность обратно в её мир.
Но окружающих, судя по всему, волновало только то, действительно ли Саран убил братьев ради трона.
Все мгновенно смолкли, когда открылись двери. Принц Саран вышел на свет солнца.
У него был шипастый щит, слитый воедино с бронёй на руке и плече, эта броня прикрывала не только руку, но и часть груди и половину лица. А ещё у него был короткий меч.
Два призванных — редкость и большая сила.
Щит и меч. Защита и нападение. И ещё невероятный ресурс магического источника, и денея, которая сама по себе как боевая единица.