Секретарь старшего принца 8

Моргнув, Элор проводит пальцами по волосам и оглядывается, словно оценивая проделанную работу.
— Этот тоннель теперь связан с секретными защитными чарами, доступ к которым есть только у нас. Посторонний сюда так просто не попадёт. Подкоп к этому тоннелю тоже не сделать. И у меня большая просьба, — Элор заглядывает мне в глаза. Очень пристально. Значимо. И голос его предельно строг. — Если случится серьёзная заварушка, и мы будем проигрывать — телепортируйся сюда. И убегай. Защитные чары императорского дворца всегда тебя пропустят.
От серьёзности его тона холодок по спине пробегает.
— А ты?
— Если что, я тоже буду уходить, но не раньше тебя. А теперь идём: мы здесь задержались достаточно для оценки строительства, да и мне пора провести очередной сеанс привыкания к менталистке в моей постели. Это очень важная терапия, лучше не пропускать.
И вроде бы напомнить, что он уже много раз со мной спал, заметить, что ничего страшного от этого не случилось. Да только когда Элор мне так доверялся, я на него воздействовала. Пусть только голосом, но воздействовала. Хотя он чётко просил меня не делать это во сне.
В шести метрах от выхода из тоннеля мы останавливаемся, чтобы активировать первую фазу телепортационного заклинания и запомнить координаты этого места.
Элор взмахом руки изгоняет магические сферы в ячейку будущей оранжереи. Вытягивает на место два сектора утрамбованной земли, чтобы маги-строители не уловили пустоты за стенкой. Аккуратно приставляет кусок вырезанной воздействием на камень стены и спекает кусок по контуру. Соединяет так, что даже при самом внимательном изучении не увидеть следов разделения.
— Отлично. Теперь будет немного спокойнее, — Элор берёт меня за руку.
Словно приличные драконы, мы торжественным шагом направляемся к выходу, ринувшиеся следом магические сферы снова множат наши тени, разбрасывая по полу и на черновую оштукатуренным стенам.
И если в норе за нами наблюдать некому, то в залитом сиянием фонарей и заходящего солнца парке желающих поглазеть достаточно: это и стражники, и гуляющие по дорожкам самые смелые обитатели дворца.
Все держатся на расстоянии, но я ощущаю на себе десятки любопытных взглядов.
А вдали за кустами пробегает хорнорд. После моей воспитательной беседы с Элором зверюга перестала так часто сотрясать парк призывным рёвом.
 
Глава 15
Принять решение о продаже всей моей собственности, удар Неспящих по которой навредит пользующимся ею существам, можно хоть за пять минут (или сколько там Элор с Арендаром и прочими Аранскими об этом думали), но осуществить такое — непросто. И не быстро: у меня почти тысяча наименований объектов во владении. И пусть мой казначей с управляющим сейчас у Аранских, пускать дело на самотёк я не собираюсь.
Именно поэтому мы с Элором после подготовки отступного пути возвращаемся в кабинет. Сидеть в прекрасном серебряном платье и работать не слишком уютно. Ну, ничего, в мужской одежде мне тоже сначала было некомфортно, привыкла, и к платьям привыкну.
Разложив листы, я восстанавливаю в памяти документы и начинаю классифицировать свою собственность: кое-что надо продать моим совладельцам. Кое-что можно сохранить: там, где аренда скоро заканчивается, выгоднее заплатить неустойку арендаторам, чем в спешке продавать. Часть собственности можно вывести из-под удара, продав её подставным лицам. Ну и кое-что оформлено не на меня, надо переоформить это на других подставных лиц. Отдельный список того, что мне не хотелось бы терять, потому что сейчас это невыгодно продавать — пусть попробуют переоформить на подставных лиц. Часть собственности выношу в отдельный список, чтобы выставили по неподъёмной цене — пусть висит на торгах. Вроде как я от этого избавляюсь, но пока продают, может, удастся с основной проблемой разобраться. Или продам по цене сильно выше рыночной — тоже хорошо.
Соблазн приберечь некоторую собственность из-за сентиментальных соображений (то, что досталось мне нелегко или манипуляциями и потому кажется особенно ценным), давлю на корню: совершенно глупая привязанность.
Пока роюсь в воспоминаниях и решаю судьбу унаследованного и нажитого добра, Элор (недовольный тем, что я вместо отдыха занимаюсь бумажками) изучает отчёты из местных служб правопорядка, озадаченных поиском Неспящих, сбежавших заключённых и снижением уровня преступности.
Изучает и периодически отрывает меня от важного дела напоминанием, что нам пора ложиться спать.
— Мне нужно подготовить распоряжения Толису и Дербену прямо сейчас, а то продадите всё бездумно с молотка, — ворчливо отнекиваюсь я первый раз: всё же казначей и управляющий у меня воспитаны в уважении к драконам, не осмелятся спорить с Аранскими и главой моего нового рода.
— Ри, продавать будут по возможности дорого.
— Я не разрешаю всё продавать, не мешай мне думать.
Этой отговорки хватает буквально на час, после чего Элор снова пристаёт:
— Ри, пора спать.
— Можешь идти, я не держу, — не отрываясь от вписывания кадастрового номера участка в список выставляемого по неподъёмной цене, отвечаю я.
— Ну, это смотря с какой стороны посмотреть…
— Смотри в свои документы, и тогда я быстрее закончу. Иначе отзову все доверенности на Толиса и Дербена, и через них вы ничего продать не сможете. А если сможете — в суд подам, всё оспорю и компенсации потребую.
Элор только вздыхает.
Чтобы ещё через час напомнить:
— Солнце уже село, лучше отдохнуть, пока есть такая возможность. Даже драконы нуждаются во сне.
— Так иди и спи, пользуйся случаем.
— Каким случаем?
— Что твой кошмарный сон занят и не мешает тебе отдыхать.
Нет, я не собиралась задевать Элора или высказывать своё недовольство, в конце концов, он просто был откровенен: менталисты — его кошмарный сон. И ему, как и мне, не раз приходилось просыпаться от кошмаров. Просто само вырвалось.
Отложив заполненный лист в стопку не подлежащей продаже собственности, я берусь за чистый лист и погружаюсь в воспоминание об отчётных документах моего казначея, чтобы выудить оттуда точные данные. Именно из-за погружения в память я не слежу за реакцией Элора. Я и не ожидаю её, потому что высказалась, не подумав, без какой-то определённой цели. По старой привычке относительно непринуждённо обмениваться подначками.
Именно поэтому совершенно неожиданно для меня ощущение резко выдернутого из пальцев пера. И внезапно — нахождение Элора прямо надо мной. И смесь пряно-хищного запаха. Особенно неожиданен — поднимающий на ноги рывок за локоть. Дезориентирующе резкий выход из созерцательного состояния получается.
И то, что Элор подхватывает меня на руки, неожиданно втройне. Нервно шуршит парча и звякают нашитые чешуйки.
— Что ты творишь?! — Во все глаза смотрю на Элора, не понимая, что случилось.