Секретарь старшего принца 8
Только всё равно надо менять в герцогствах командиров и начальников управленческих и поддерживающих порядок служб. И срочно, пока они не организовались под ещё чьим-нибудь руководством. Половина ночи проходит в изучении личных дел служащих, расчётах, написании приказов о снятии и назначении на должности. Конечно, простой перетасовкой руководителей проблему не решить, но других отыскать не так просто, а на новом месте им будет не до заговоров. Элор на это надеется.
Хотя проще было бы сделать маленькие ментальные установки, которые помешают людям думать о свержении новой власти. Со временем установки спали бы сами, а сейчас помогли бы удержать ситуацию под контролем. Я бы с этим справилась. Не за один день, но справилась бы. И людям бы этим не навредила.
Но Элору неприятны такие простые пути. Я по интонациям голоса, по тому, как он избегал смотреть на меня, говоря, что надо отложить встречу с герцогами и устроить перестановки на руководящих должностях на их территориях, чувствовала нарастающее в нём напряжённое ожидание. Ожидание того, что я предложу использовать менталистику.
Уверена, я правильно интерпретирую его поведение.
И когда Элор подписывает последний документ о назначениях и, не глядя на меня, предлагает:
— Давай поспим, а завтра уже к герцогам пойдём.
Думаю, он предлагает отдых только ради возможности отложить момент, когда нельзя будет больше откладывать разговор о том, как мы с мятежниками разберёмся: простыми разговорами или моими силами.
Даже не так: учитывая, что лордов натравили на меня ментальными установками, герцогов надо проверить на такое же воздействие. Элор просто пытается оттянуть этот момент — момент, когда я снова буду вести себя, как страшная ужасная менталистка.
Напряжение и избегание взглядов в лицо ничуть не мешают Элору, оказавшись в постели, забраться ко мне под меховое покрывало и, прижавшись к моей спине грудью, обхватить за талию, поцеловать в плечо, согревая его теплом своего дыхания.
— Спокойной ночи, — шепчет Элор на ухо, устраиваясь на моих неудобно длинных волосах.
Не шевелюсь, обдумывая ситуацию.
Эту погано странную ситуацию: я Элору нужна, он не скупится на нежности и даже получает от них удовольствие, но при этом его до дрожи пугает проявление моих настоящих сил.
Сминая край покрывала, утыкаюсь лицом в мех.
Одно утешает: кажется, скоро у меня появится ещё одно сокровище.
* * *
Сон упорно не идёт. Вроде и расслаблена, и дышу ровно, и поспать надо, чтобы сбросить усталость от ментального воздействия на лордов, но покоя нет.
Мысли одолевают.
Точнее, одна мысль: а не выбраться ли мне незаметно из объятий Элора, не спуститься ли в подземелье, чтобы ментально поработать с герцогами в тишине и покое, а утром, как ни в чём не бывало, посетить их с Элором? Его бы порадовало, что я не предлагаю заглянуть в сознание пленников и отпускаю их так, а они молчали бы о влиянии.
Необязательно действовать в открытую. Менталистикой можно заниматься незаметно, ведь получалось же у меня иногда применять способности в образе Халэнна.
Это логично: Элор не видит то, что его раздражает, я не сталкиваюсь постоянно с его неприятием.
Его рука лежит на моём животе, его горячая кожа соприкасается с моей. Мы вместе, но так далеко друг от друга.
А то, что мне неприятна мысль прятать свой дар — это просто эмоции. Глупые эмоции, которые всё усложняют и рушат. Не было бы этих эмоций — сняла бы амулет абсолютного щита, теперь занявший место в кожаном браслете на лодыжке, и избавилась от страха Элора перед мне подобными, не опасаясь того, что столь глубокое вмешательство повлияет на его личность.
Элор размеренно дышит мне в плечо, щекочет кожу. Обнимает во сне.
Эмоции зло. И сейчас они не дают спать, мешают действовать, да просто выбор сделать: оставаться в постели или идти проворачивать дела в тайне?
Ненавижу эмоции.
Глава 29И сразу утром добраться до герцогов не получается: сначала надо традиционно позавтракать с подданными, чтобы продемонстрировать нашу уверенность, общность и прочие ободряющие признаки надёжно закрепившейся власти.
После ночи в раздумьях мне совершенно не хочется что-то такое изображать. И к герцогам идти не хочется. Даже солнечный свет кажется тусклым и недостаточно золотым. Залечь бы в гардеробную, зарыться в меховые покрывала. Но сначала — вытащить из витрин оба моих новых сокровища, утащить их в свой уголок, обнять, укрыться крылом…
А приходится сидеть, улыбаться, вскрывать неожиданно хороший ментальный амулет со сложной системой сигнализации на воздействие и изучать память очередного главы рода из тех, кто вместо прямого высказывания своих опасений и жалоб на угрозы предпочитают просто жить здесь…
Ан нет: изучение памяти барона Эстелвана, семейство которого составляет нам компанию этим утром, показывает, что у него куда более веский мотив жить с нами, чем слухи и угрожающие обмолвки: он здесь из-за известия о смерти Лиама Вар-Дижона. Барон знал, что Лиам симпатизировал новой власти, и верил, что за непослушание того покарали Неспящие. Но что интересно — барон в борьбе с Неспящим ставит на нас с Элором, точнее — на Бешеного пса.
От этого известия у меня даже сонливость проходит, и я присматриваюсь к лицу сидящего справа от Элора мужчины, почти старика.
Ничем не примечательное лицо, только взгляд слишком уж острый.
Этот барон — один из шпионов прежнего короля! Именно он доставил ему информацию о том, что с вампирами и Броншер-Варом расправилась я, а Элор, практически взявший вину на себя, появился, когда всё уже было кончено.
Впервые сталкиваюсь с тайным агентом короля. Точнее, впервые кого-то ловлю на принадлежности к этим загадочным осведомителям. Я уже решила было, что они перед боем за Эёран ушли в другие миры или присоединились к нашим с Элором противникам, иначе зачем им скрываться? Правители меняются, а служащие остаются, ведь хорошими кадрами умные не разбрасываются. Мы с Элором вроде не идиоты. А барон Эстелван, судя по тому, что я вскользь ловлю в его памяти, кадр хороший.
И почему он, спрашивается, отсиживается во дворце, когда мог бы в столь смутное время заработать семье титул повыше?
Для поиска ответа на этот вопрос я не смотрю на самого барона, я глубже зарываюсь в его мысли, воспоминания, среди вороха образов пытаясь отыскать нужные…
Не найдя их «на глубине», возвращаюсь ко времени перед завтраком: вдруг барон обдумывал свои мотивы перед встречей с нами?
Общая для семьи гостиная королевского дворца. Яркий свет солнца бьёт в окна. Три невестки, весело щебеча, потрошат ларец с родовыми драгоценностями, подбирая себе получше. Сыновья обсуждают дела своих арендаторов. Барон Эстелван сидит за секретером, поглядывая на внуков, которых оставят под присмотром нянек и гувернёра.