Снегурочка в квадрате, или Любимая для феникса

— Ты права. Я думала над этим и тоже пришла к таким выводам. Поэтому мы пока вроде как встречаемся.
— Вроде? — выгнула я бровь.
— Он меня каждый день замуж зовет. Я отказываюсь. Но пока никаких других отношений я заводить не собираюсь. Но если что Айза первым и узнает, это будет честно по отношению к нему. Ну, мы так договорись.
Я хмыкнула. Нет, все-таки я права и Айза рано или поздно добьется благосклонности от мое сестры. Я не против. Во всяком случае, он ради сестры готов на все. А там ей решать. У нее тоже характер не сахар.
 
Глава 29
Тут Эниа вдруг хихикнула.
— Что?
— Да так… Меня, когда отпустило, ну после приворота, — начала делиться сестра, подхихикивая. — Айза под нос фото Арсая сунул и спрашивает: «Как он тебе?». А я на снимок посмотрела и честно сказала, что красивый. Он так расстроился, аж поник весь. Руки опустились, плечи тоже, голова и вовсе повисла. Развернулся и как приведение пошел куда-то. И пока он не ушел я спрашиваю его, зачем он мне фото начальника показал. На что он махнул рукой и сказал, что какая разница, если он мне нравится.
Эниа уже громче засмеялась. Я же с любопытством ждала развязку истории.
— Я ему все так же честно и сказала, что да Арсай очень привлекательный мужчина. Но я не хотела бы с ним встречаться. Так он замер как статуя, даже не дышал. А потом ка-а-ак кинется ко мне и все повторяет «Правда?».
Я тоже засмеялась.
— Я вырваться все пытаюсь и киваю. А его тут очередным вопросом осеняет. Что я же бегала за ним, а сейчас уже не хочу быть с ним.
— А ты?
— А что я? Под приворотом все бегают, на то это и приворот. Айза меня потом еще раз двадцать спрашивал нравится мне Арсай или нет. Но в конце концов успокоился.
Мы полежали, слушая музыку и думая каждая о своем.
— Элиа?
— М?
— А… что у вас с Арсаем? — неуверенно произнесла Эниа.
— Приворот точно сняли?
— Да точно-точно, — в голосе сестры слышалась улыбка. — Ты просто выглядишь какой-то подавленной. Все хорошо?
Вздохнув, я чуть отодвинулась, закидывая руки за голову.
— Нормально.
Сестра помолчала некоторое время, а потом осторожно спросила:
— Хочешь я расскажу все Арсаю? Он узнает, что ты не причем.
Качнула головой.
— Эли-и-иа, — протянула сестра, садясь на постели и смотря на меня с беспокойством. — Я не стала сразу увольняться, чтобы тебе не навредить. Ты же с Арсаем была. Думала, потом, когда ты вернёшься… Элиа, может… Он тебе нравится?
— Да, Эниа. Нравится, — я ей грустно улыбнулась.
— Тогда может ты и останешься мной? Я не против. Я уеду на некоторое время, а потом познакомишь меня с Арсаем как Элиа.
Я снова качнула головой.
— Я хочу быть собой, Эниа. И хочу, чтобы любили меня. А не наш собирательный образ.
— Думаешь…
— А разве нет? Ему если и нравится, то Эниа. Ты. Я не хочу всю жизнь прятаться за маской и притворяться. И… я не хочу его больше обманывать, — я прикрыла глаза, пряча боль во взгляде от сестры.
— Что тогда делать? — тихо спросила близняшка.
— Что хочешь. Можешь увольняться, можешь продолжить работать у феникса. Можешь попробовать с Айза, а можешь остаться с… Арсаем. Как хочешь, Эниа.
Голос на имени феникса все-таки дрогнул, но я сдержалась. Не сейчас.
— А ты?
— А я… Меня тут вообще не должно было быть. И в некотором смысле не было.
— Элиа…
— Все хорошо. Правда, хорошо. Я просто устала.
Через пару минут сестра встала с постели.
— Отдыхай, — сказала она тихо и прикрыла за собой дверь.
И вот тогда слезы побежали двумя змейками, и я всхлипнула, прижимая подушку к себе и плача. Пальцы сжимали яркий зеленый шарф. Два раза разбитое сердце за один месяц — это много. Это слишком много.
— Элиа? — негромко позвала меня сестра.
— Что? — вопрос прозвучал глухо.
— Ты уже три часа лежишь. Я ужин приготовила. Будешь?
Не ответила.
Сестра, зайдя в комнату, остановилась возле кровати.
— Элиа, Арсай звонил. Извини, я достала коммуникатор из твоего пальто.
— И? Что хотел? — голос дрогнул.
— Напомнил, что хочет встретиться завтра вечером. Пойдешь?
— Нет.
Эниа вздохнула. Некоторое время помолчав, предложила:
— Может сходишь? Если не как я, то как… ты? Он поймет, он не такой плохой.
— Я знаю-ю-ю, — слезы снова потекли по щекам.
— Элиа, Элиа, — сестра бросилась ко мне.
Она успокаивающе гладила меня, когда сработал сигнал коммуникатора.
— Элиа, — начала Эниа, но я мотнула головой, прижимая подушку к себе и стараясь не всхлипывать.
Со вздохом сестра ответила. Выслушала кого-то.
— Нет. Извини, я… — Эниа бросила на меня взгляд. Слез стало больше, когда поняла кто звонит. Но плакала я молча, чтобы он не услышал. — Нет.
Сестра отключила коммуникатор.
Посидев со мной еще около получаса, Эниа ушла. Я же полежав еще немного тоже встала. Голова слегка закружилась после стольких слез. В ванной умылась прохладной водой и переоделась наконец-то в домашнюю одежду.
На кухне вкусно пахло мясной запеканкой и блинами.
— Есть будешь? — взглянув на меня, поинтересовалась сестра.
— Нет. Только чай.
Кивнув, Эниа стала готовить чай. Я отошла к окну. Знакомый укрытый снегом двор. Еще и снег пошел. И тут мой взгляд зацепился за черный массивный эскай.
— Он тут все эти три часа стоит, — тихо сказала Эниа, бесшумно подойдя.
Я молча смотрела на знакомый эскай.
— Может поговоришь с ним? — тоже смотря в окно спросила сестра.
Качнула головой и, отвернувшись, отошла к столу. Отпила горячего чая. Эниа села на свое место и пододвинула ко мне блины и брусничное варенье, больше ничего не говоря.
Когда я вернулась в свою комнату, увидела, что мигает мой собственный коммуникатор. Тот, который пришлось купить после плена у феникса.
Подойдя, разблокировала и открыла письмо. Предложение о работе. У гномов, они налаживали торговые отношения с эльфами. Стандартный договор на год с проживанием у гномов.
Задумчиво перечитав договор, ответила согласием, спросив, когда отправляться.
Арсай