Долгожданная встреча

— Спасибо за помощь, — произнесла она тихо, садясь на пассажирское сиденье.
— Думаешь, я стал бы стоять и смотреть, как ты одна со всем этим управляешься?
В голосе у него было что-то необычное, но ей не хотелось думать об этом сейчас, и весь короткий путь домой Флоренс провела молча.
Дома она направилась прямиком в спальню, сбросила туфли, разделась и накинула шелковый халат. Постель еще никогда не выглядела такой притягательной. Велико было искушение юркнуть под одеяло, выключить свет и погрузиться в крепкий сон.
— Я сварил кофе.
Флоренс обернулась на звук бархатного голоса Грегори и попыталась улыбнуться. Но улыбка вышла какой-то бледной, попытка провалилась.
Грегори подошел к ней, обнял и прижал к себе. Он хотел приободрить ее, но не преуспел в своих стараниях. Взгляд у нее по-прежнему оставался погасшим, а лицо бледным.
— Все так плохо, да? — Он почувствовал, как ее хрупкое тело сотрясает дрожь, и прижался щекой ко лбу.
Просто держи меня в объятиях, умоляла она мысленно. На некоторое время ей нужна была его сила. Достаточно всего нескольких минут, чтобы она восстановила свои собственные. А затем она выпьет кофе, может быть, включит телевизор в надежде забыться за просмотром легкой фривольной комедии.
В этот момент затрезвонил телефон, и Флоренс вздрогнула, удивившись, кто может звонить в столь позднее время суток.
— Хочешь, я отвечу? — Он не дождался, пока она решится, и подошел к аппарату.
Говорил он совсем недолго, бросил всего несколько утвердительных слов и повесил трубку. Флоренс стояла в оцепенении.
— Это Питер, — сказал он. — Ролстону отказали в освобождении под залог.
Какое огромное облегчение она испытала! В этот раз он зашел слишком далеко и не смог ускользнуть от карающей руки закона.
— Все кончено, — тихо уверил Грегори. — Твоего заявления и доказательств достаточно, чтобы засадить его за решетку.
— А его мать...
— Даже опытный адвокат теперь ничем не поможет ему. Это точно.
— Ты не можешь утверждать наверняка.
— Могу, — сказал он жестко и непреклонно. — С полной уверенностью. У Ролстона Бивиса никогда больше не будет возможности причинить тебе зло. Если он даже попытается, на него найдется управа. Он поймет, что больше не останется безнаказанным. А теперь, — прошептал Грегори, притягивая ее к себе, — что мы там собирались делать?
— По-моему, нам пора в постель.
Он рассмеялся низким хрипловатым голосом:
— Ты читаешь мои мысли!
Она помотала головой:
— Но только спать!
— Хорошо. — Он просунул руку ей под колени, поднял и отнес в спальню, по дороге выключив свет.
— Я умею ходить! — протестовала Флоренс.
— Доставь мне удовольствие...
На самом деле это он доставлял его ей. Засыпая в его объятиях, она на какое-то время забыла обо всех сегодняшних неприятностях.
Суббота выдалась на редкость беспокойной. Кое-кто из постоянных клиентов позвонил и выразил сочувствие по поводу погрома и разбитой витрины. Флоренс и Кармела никого не посвящали в подробности случившегося, даже Джоди. И день прошел как обычно — заказы, доставки... Пышные георгины, золотистые цинии, нежные лилии так и порхали в руках Флоренс, превращаясь в произведения флористического искусства.
 
Было уже поздно, когда она покончила с делами и, выйдя из магазина, сразу оказалась в объятиях Грегори. Она рассмеялась, когда он притянул ее к себе и остался стоять так некоторое время. Затем взял за руку и повел к машине.
Интересно, запланировал ли он что-нибудь особенное на этот последний свой вечер в Веллингтоне?
Флоренс надеялась, что да. Когда она одевалась, ей казалось, что так и будет, что они собираются в какое-то удивительное место и воспоминания о сегодняшней ночи она сохранит на всю жизнь.
И Грегори оправдал ее ожидания. Спустя час она сидела с бокалом шампанского в одном из лучших ресторанов, который можно только найти в столице.
Еда была исключительной, интерьер — фантастическим, а мужчина, сидящий напротив, олицетворял все ее сокровенные желания.
И все-таки к великолепию этой ночи примешивалась печаль и горечь. Последний раз они ужинали вместе, последний раз они будут спать в одной постели.
Если только... Нет, она даже думать об этом не будет! Их столь непохожий образ жизни, страны, расположенные слишком далеко друг от друга, да и многое другое... Поддерживать нормальные отношения в подобной ситуации просто невозможно.
Конечно, они будут посылать письма друг другу. Звонить какое-то время. Постепенно отношения между ними начнут затухать и, возможно, оборвутся навсегда.
Но ведь эта короткая связь была великолепна. Более чем великолепна! — поправилась Флоренс. Настолько, что теперь она не уверена, что сможет существовать без этого мужчины.
Они засиделись в ресторане и в квартиру вернулись поздно. В эту ночь она занималась любовью так потрясающе, как никогда до этого. Только он дарил ей эту неземную радость. Чтобы не расплакаться от счастья, ей оставалось только отвечать ему тем же — любовью и страстью.
Они немного поспали. Утром проснулись, чтобы снова погрузиться в нескончаемое удовольствие, а затем пошли в душ.
— Я приготовлю завтрак, — предложила Флоренс, но он прижал палец к ее губам.
— Приготовим вместе.
Бекон, яйца, хлеб, сок и крепкий черный кофе. Только Флоренс не могла проглотить ни кусочка, мысленно отсчитывая секунды до того момента, когда настанет время отправляться в аэропорт.
Они о чем-то говорили, хотя позже она не могла вспомнить ни одного своего слова. Она убрала со стола, помыла посуду, безрезультатно пытаясь сосредоточиться на мелочах, пока он в ванной собирал свои вещи: полотенце, мыло, зубную щетку.
Флоренс слышала, как Грегори вошел в кухню, как поставил на пол дорожную сумку. Его руки обвили худенькие плечи, и он повернул ее к себе лицом.
Ладонями он ласкал ее шею, потом припал к губам. Поцелуй потряс ее до глубины души. После того как он отстранился, она могла лишь молча смотреть ему в лицо.
— Выходи за меня замуж! — Эти слова прозвучали для нее громом среди ясного неба.
Флоренс раскрыла рот от удивления, да она просто онемела! В голове у нее пронесся вихрь беспорядочных мыслей... Нет, это невозможно!..
— Что ты сказал? — удалось произнести ей наконец.