Эфирия Конец Эпохи (СИ)
Крики в подвалах Плачущего замка были не новыми для его обитателей. Многие думали, что в этих стенах Инолия сводил счеты со своими врагами. Но на самом деле, это место было выстроено вдали от остальных земель, почти на границе, для других целей.
— Вот, было тяжело, ну мы взяли ее, — сказал одни из трех охотников за головами.
— Молодцы, с вами рассчитаются на выходе. Пойдемте, поможете мне закрепить ее, — сказал красный монах.
Охотники поволокли дергающийся мешок вслед за человеком в коричневых одеяниях по каменному коридору в глубь замка.
Спустя время, отправив новость, в подвалы замка прибыл король.
— Наконец вы прибыли, ваше величество, — проговорил шепотом красный монах.
— Я надеюсь, это стоит моего визита? — спросил Конрад.
— Несомненно, мы вам сейчас все покажем.
— Еще не начинали допрос?
— Нет, ваше величество, это будет долги процесс, но уже все к этому готово. Желаете присутствовать?
— Я взгляну на нее. Присутствовать? Нет, не желаю присутствовать при вашей работе. Она мне неприятна.
— Тогда, может быть, отпустим? — ехидно спросил монах.
— Вы имеете очень хорошее жалование за это, но я смотрю, и бесплатно готовы заниматься допросами. Мне же нужны только знания, которые могут изменить судьбу человечества, — жестко ответил Конрад.
“Человечество и мою”, — подумал король.
Монах ничего не ответил, дабы лишний раз не дразнить короля, и провел Конрада в отдельную комнату.
— Смотрите, ваше величестве, все, что было при ней. Вы только обратите внимание на эти элементы доспехов.
— Вижу.
— Нет, вы только взгляните, какая обработка, узоры и еще эти камни — целое состояние, а эти дикари, наверное, и не знают, чего это стоит, — показывал монах синие латные наручи неизвестных мастеров. — Я бы сказал, это эльфийская работа, но…
— Это совсем не эльфийская, — пробормотал король, — по крайне мере, не тех эльфов, — Конрад взял этот элемент доспеха, кусок ткани, еще некоторые вещи из предъявленных ему.
— Я знал, что они что-то скрывают.
— Покажи мне ее.
— Пойдемте сюда, ваше величество.
— А где вы ее взяли?
— Нам доставили ее наемники. Зная, что мы платим большие деньги за живых. По их словам, они как-то смогли прокрасться на их территорию, правда, было их сначала десять, выжило немного. Так вот, они сами наткнулись на нее и еще нескольких.
— Это интересно. Когда их ловили раньше, то как правило, в результате их атаки. И они были все перемазаны грязью, в листве и траве… Наемники еще что-то рассказывали?
— Хотели продать рассказ со своими небылицами про чудеса лесного народа — я отказал им.
— Это ты зря. Может, среди этих баек даже были подлинные знания.
Король в сопровождении красного монаха вошел в полутемное подвальное помещение замка. Там находилось двое человек, облаченные в простые и очень плотные коричневые одеяния, приготавливая разные инструменты. На металлическом столе лежала девушка высокого роста с фиолетовой кожей, сиреневыми волосами и заостренными, очень длинными ушами, вытянутыми вверх. Тонкий хвост с окончанием виде кисти цвета волос головы был чуть длиннее ноги, к которой был притянут ремнями.
Фонари освещали тех двоих и гостью, привязанную к столу. Несмотря на мрак вокруг, она поворачивала головой и следила за королем, двигающимся в темноте.
— Я же говорил вам, ваше величество, они могут видеть в темноте. Я не раз уже это проверял.
Король вышел на свет фонаря и стал осматривать пленницу. Ее большие глаза были, как и у многих других сумеречных эльфов, — синяя радужная оболочка, почти полностью заполняющая глаз так, что светло-лиловую, почти белую склеру видно только по краям глаз. Сама радужка неоднородная, она переливалась в свете, поблескивая. А вертикальные зрачки как у кошек постоянно то сужались, то расширялись, когда она смотрел по сторонам, в темноту и на свет.
— Красивые у них глаза, — заметил король. — Она была в этих обмотках?
— Нет, ваше величество, — подошел к королю один из двух помощников красных монахов. — Мы сняли всю амуницию и одежду для исследования, — показал взглядом на доспех и кусок ткани в руках короля.
— Откуда это? — обратился Конрад к эльфийке, показывая наручи и обрывок полупрозрачной бирюзовой ткани неизвестного происхождения.
Она рявкнула что-то на непонятном языке, скалясь на короля. Инолия обратил внимание на ее клыки. У эльфов вообще нет клыков, у людей они не так выражены. Клыки сумеречных эльфов больше похоже на клыки животных, но меньше и аккуратнее.
— Вроде, она смирнее остальных, — заметил король, — попробуйте у нее узнать как можно больше об их народе и прочее.
— Но, ваше величество, язык сумеречных эльфов ни на что не похож, он очень сложный. Нам так и не удалось его изучить, — оправдывался монах.
— Тогда научите ее нашему языку! — рявкнул Конрад. — Мне нужна информация, не упускайте шанса, нам редко попадаются живые представители, только теперь не знаю, стоит их называть лесным народом или нет? Работайте.
— Как скажете, ваше величество, — проводил взглядом до выхода короля красный монах. — Раскалите инструменты! — приказал помощнику. — Король подкинул мне идею, надо ее обсудить с другими, я скоро вернусь.
— Ваше величество! — Конрад очнулся от своих мыслей на обращение знаменосца. — Ваше величество, мы подходим к пепельному плато серых земель. Огненные горы за тем ущельем, — указал на серо-коричневые скалы впереди.
Хорошо, — кивнул Инолия.
Стояло начало 3782-го года, снег уже не покрывал эти земли, кроме маленьких островков, еще дули промерзлые северные ветра. Хотя и летом частенько эти земли продуваются ледяными ветрами. Восьмидесятитысячная армия во главе со своим королем разворачивалась в боевой порядок, наводя лагерь и воздвигая метательные машины. Раскаты лавы огненных гор были не видны, их закрывали облака, как и солнце. Зелени вокруг тоже не было, только камни и серый пепел, перемешанный с пылью.
— Девять легионов, еще два легиона менариев, десять тысяч ополченцев на охране лагеря и твоя пятнадцатитысячная конница, не говоря об тридцати онаграх. Хватит ли мне этой мощи? — спросил Конрад.
— Ваши войска закалены в боях как никогда, мой король, — ответил Атус, — но, по моему мнению, это не то место, где надо применять эту силу.
Войска стали разворачивать лагерь и выстраиваться в боевой порядок, ставя онагры впереди войска. Из-за виляющего ущелья показались знаменосцы и глашатай Инолии.
— Ваше величество, — подскакал к королю глашатай с двумя знаменосцами, — на ваши требования никак не отреагировали.
— Такое чувство, — предположил знаменосец, — что там вообще никого нет. Ворота закрыты, на стенах пусто и никаких посторонних звуков, кроме урчания гор.
— Что вы видели за ущельем? — спросил Конрад.
— Оно виляет как змея, — показал жестами знаменосец, — потом выходит на каменное плато, которое разрезается могучей стеной с воротами, из-за которых выглядывают необычные постройки. Перед воротами пропасть, через которую к воротам идет каменный мост. Как мне показалась, эта пропасть рукотворна.
— Какова ширина ущелья и сколько места перед мостом? — поинтересовался Атус.
— Ширина хорошая, легион походным строем легко войдет, и каменистая дорога подходит для лошадей, — ответил глашатай. — Перед пропастью, что начинается от стен, достаточно пространства. Я думаю, там смогут легко разместиться несколько легионов.
Король внимательно выслушал своих послов, сравнивая их рассказы с донесениями его разведчиков о местности врага. Единственная разница была в том, что по донесению лазутчиков за стенами кипела невообразимая работа, шум и топот стоял повсюду, разносясь эхом по горам.
“Неужто нас ждали?” — подумал Конрад.
— Что думаешь, генерал? — спросил король у Атуса.
— Я думаю, что нам нечего делать на краю света. Вы знаете о последних донесениях с наших земель: там зреет большое недовольство, люди не видели своего короля много лет, они думают, что его уже нет в живых. И этим хотят воспользоваться покоренные вами народы.